меня появились свечи, а пространство рядом с Улимой полыхнуло желтыми искрами зарождающегося огня. — Вспомнила, что захватила огниво. В башне темно, — почему-то шепотом пояснила она, направляя летящие искры к краю травянистой мочалки.

Затем наклонилась и выдохнула воздух, раздувая первый несмелый огонёк.

С огнивом Улима справлялась мастерски. Через мгновение на лице девушки заплясали оранжевые всполохи, глаза довольно заблестели.

— Ты так за мной наблюдаешь, будто впервые видишь, как разжигают огонь, — добродушно отметила она.

— Впервые вижу, — честно признался я, поочередно поджигая каждую свечу от пылающей мочалки. Обесценить старания Улимы заявлением о том, что мне они в целом без надобности, я не осмелился.

— Ну конечно, у эльфов же магия, — ехидно протянула она страшным голосом.

Я предпочёл не ответить и наконец перешагнул порог башни.

— «Спасибо Улима, теперь я точно не потеряетесь в темноте», — донёсся мне в спину язвительный комментарий.

Я обернулся и приложил палец к губам. Издали девушка со свечой напоминала теплый маячок, сулящий спокойствие и надежду. Жаль, что я не мог пришвартоваться в этой тихой гавани, даже если умом очень того хотел.

Напомнив себе, что сейчас не лучшее время для меланхолии, я решительно зашагал вверх по щербатым ступеням. Отсвет пламени гладил покрытые водорослями и проросшим сорняком стены. Во многих местах были трещины, кое-где ветер проникал через сквозные дыры, щекоча пламя свечи, запускавшей вокруг меня таинственный танец теней. Кругом была зловещая тишина, нарушаемая только едва слышным касанием моих подошв о камень.

Уж не знаю, какие древние инстинкты проснулись во мне, но ступал я легко, почти по кошачьи, не касаясь пятками пола.

В одном из лестничных поворотов огонь выхватил из тьмы пустующий дверной проём. Похоже, раньше здесь располагалась жилая комната. Замедлив шаг, я вытащил из-за пояса трофейный стилет и осторожно заглянул внутрь помещения. Пустота. На заваленном каменными обломками полу я заметил несколько мышиных скелетов. Узкое окно заросло дикой кортадерией, в темноте прохожей на мохнатое чудовище с множеством длинных перьев на спине. Я двинулся дальше.

И хоть до самой верхней площадки я никого не встретил, напряжение моё нарастало с каждой ступенью, с каждым заброшенным помещением и тёмной нишей. Забравшись практически под крышу Стражницы, я осторожно ступил на неровный пол круглой комнаты, по стенам которой утопали во тьме узкие пятна бойниц. В центре тлел недавно потушенный костёр. Значит, неприятель тоже не забыл про встречу.

Я сглотнул, поудобнее перехватывая стилет. Не успел сделать и пары шагов вглубь, как горло обожгло холодом металла.

— Да неужели ушастый оборванец выполз из-под юбки принцессы и пожаловал к нам, — прохрипел незнакомец, прижимая холодное лезвие ножа к моей шее.

Даже не поворачиваясь, я узнал говорившего — бритоголовый хам, пристававший к Латифе и угрожавший мне ранее. Характерный кислый запах его дыхания не давал ошибиться.

— Как приятно, что именно ты напоминаешь мне, что в отличии от тебя, в моём окружении есть такая достойная юбка, и не только она. Не приходится попрошайничать на улице, — проворковал я в ответ.

— Заткнись! — прорычал собеседник, сильнее вдавив лезвие в нежную кожу.

А вот сейчас было больно.

Эффект неожиданности прошёл, и я был готов обороняться. Нет. Я буквально жаждал размазать засранца по стене, вместе с его сальными шутками.

— И манеры пьяного лавочника, смотрю никуда не делись. — хмыкнул я и сделав резкий рывок рукой, потушил свечу о лицо врага.

Неприятель взвыл, рефлекторно отталкивая меня прочь. Кинжал звонко зазвенел, падая на каменный пол.

Помещение моментально погрузилось во мрак. Пошатнувшись, я отскочил в центр, крутанулся на месте, разметав угли и подняв волну пепла. С другого конца комнаты слышалась грязная брань обожженного врага. Оставалось надеяться, что я не выжег грубияну глаз.

— Ребята, выходите, самое время надрать эльфу задницу! — проорал дурным голосом бритый.

Из бойниц в разных концах комнаты шагнули трое.

Я присвистнул. — Четверо на одного. Да ты, как я погляжу, не обделён благородством. Слушай, лысый, зачем тебе женщины, у тебя есть такие верные друзья. — Веселился я, стараясь не обращать внимание на адреналин, бешено несущийся в крови под гулкий стук сердца. Рука сама собой сильнее сжала рукоять стилета. Аж пальцы заломило. Неожиданно, в тишине клацнуло огниво, озарив собравшихся ярким пламенем только разгоревшегося факела.

— Идиот! Погаси немедленно! — рявкнул бритый на одного из дружков. — Поганец увидит наши лица!

— Так мы все равно не собирались оставлять его в живых. — Промычал несущий свет в массы, однако факел послушно потушил.

Но поздно. Острый эльфийский взор успел оценить до зубов вооруженных противников, облачённых в дубленые куртки с металлическими пластинами на груди и плечах. Признаться мне польстило, что, собираясь поколотить одного ни в чем не повинного эльфа, эти ребята одевались как на самое настоящее сражение.

Не дожидаясь пока противник использует численное преимущество, я ринулся к выходу, стараясь на лету вонзить стилет в ногу ближайшего соперника. Каким-то непостижимым образом, тот был готов. Хлёсткая подсечка заставила меня споткнуться. Я полетел носом в пол, но в миллиметре от серого камня был пойман за волосы и вздёрнут обратно на ноги.

Обидчик тут же получил чувствительный удар локтем, от чего хрюкнул и ослабил хватку. Не успел я и шагу ступить, на меня навалилось трое крепких мужчин. Завязалась громкая возня, сопровождаемая звуками ударов, кряхтением и периодическими вскриками. Увлечённые пошлым мордобоем, противники казалось напрочь забыли о прекрасном оружии висящим у каждого на поясе. Я же тщетно пытался расчистить себе путь стилетом.

Тонкий надломленный звон металла запустил волну ледяных мурашек по всему телу. Кажется, моё необычное оружие не вынесло столь яростной схватки и просто переломилось у основания на две рваные части. В одночасье я почувствовал себя голым и беззащитным пред жгучей яростью людей рядом со мной.

Точный удар в солнечное сплетение мигом вернул меня в реальность, заставив хватать воздух ртом. Я согнулся, пытаясь прийти в себя. Возня прекратилась так же резко, как и началась. А возле моего лица возникла физиономия бритого. На правой скуле которого ярким пятном расцветал свежий ожог.

— Мы слышали ты не один. Девчонка, что пришла с тобой, осталась внизу?

Теперь он поймал меня. Я молчал, стараясь ничем не выдать ужас, сковавший всё внутри. Стоило представить, что эти уроды могли сделать с ничего не подозревающей Улимой, как меня резко бросило в жар, затем снова в холод. Ладони вспотели и мелко затряслись.

— Крюбен, приведи девчонку, пора повеселиться. — Ласково протянул бритый, будто прочитав мои страхи. — А эльф насладится зрелищем.

Один из скрытых мраком силуэтов метнулся к выходу.

Перед глазами поплыли красные пятна — смесь