сильно заинтересован — пусть покажет это даже в таком паршивом местечке. С милым рай и в шалаше, говорят у нас. Смею надеяться, что от смены гендера в пословице, результат не изменится.

Решено. Романтический пикник у пруда. Звучит, по-моему, восхитительно, если не знать небольшого нюанса. Что этот пруд перестал быть прудом лет двадцать назад. Мысли вновь возвращаются к Кайрену. Интересно, как проходит их свидание с Изольдой? Уже нет сил прогонять эти мысли, так что решаю поддаться соблазну и вечером хорошенько расспросить Изольду.

К вечеру в резиденции становится заметно тише. Где-то далеко в саду ещё слышны голоса слуг, но в жилом крыле уже почти никого нет. Я сижу в библиотеке и пытаюсь читать книгу, но ловлю себя на том, что уже третий раз перечитываю одну и ту же страницу. Мысли упрямо возвращаются к завтрашнему дню. И к пруду. Не могу понять, хорошая ли это идея. Но отказываться от нее мне почему-то не хочется.

Дверь тихо открывается. Я поднимаю голову. На пороге стоит Изольда. Она выглядит немного взволнованной… но при этом странно счастливой.

— Здравствуй, Мариэт! Я как раз искала тебя — она заходит с широкой улыбкой и садится напротив.

Я улыбаюсь в ответ, но сама ощущаю, что лицо пропитано фальшью. Медленно откладываю книгу в сторону. Изо всех сил стараясь не думать о том, почему она такая счастливая после встречи с Кайреном.

— Здравствуй! Зачем искала? — я немного прочищаю горло и не успеваю удержаться от вопроса — Ты такая счастливая… Что-то случилось на вашем свидании?

— Я завтра выбываю из отбора. — выпаливает Изольда и продолжает смотреть на меня, будто ожидает искренних поздравлений и аплодисментов.

Я моргаю.

— Что?

Изольда нетерпеливо вскакивает и начинает расхаживать по комнате.

— Сегодня у меня была встреча с герцогом… — начинает она активно жестикулируя.

— Да я помню! — перебиваю я ее — Но при чем здесь это? Он что прогнал тебя? Почему?

Изольда начинает смеяться и порывисто подбегает ко мне, обнимая за шею.

— Нет! Мариэт, ты такая смешная! Это я сказала ему, что хочу уйти. И он согласился!

Я замираю на несколько секунд, стараясь не задохнуться в тисках этой хрупкой с виду девушки. До меня медленно начинает доходить.

— Это из-за Дарио?

Чувствую себя последней дурой. Кажется, ревность совсем закрыла мне глаза. Изольда отстраняется и довольно кивает.

— Он замечательный! Представляешь, он сделал мне предложение! — она радостно восклицает, пытаясь обнять меня вновь, но я ее опережаю.

Во-первых, это чудесная новость и я очень рада. А во-вторых, лучше уж я буду душить, чем меня. Когда наши радостные визги немного стихают, а объятия становятся не такими тесными, мы снова садимся друг напротив друга.

— Изольда, я очень-очень рада за тебя — я пытаюсь подобрать слова — Но это так быстро!

— Наше знакомство было ярким, — с улыбкой отвечает она — И мы много общались эти дни. Мы просто созданы друг для друга, я чувствую.

Я некоторое время молчу. Никак не могу привыкнуть к этим скоростям. И самое странное — ведь здесь почти не разводятся. Большинство браков действительно выглядит благополучными и счастливыми. Никак тут не обошлось без вмешательства Пятой, или других божеств.

— Я так понимаю, ты согласилась?

Изольда кивает.

— Он не благороден от рождения, — продолжает она. — Но более достойного человека я не встречала. И знаешь… ему совершенно все равно, что мой род разорился.

На самом деле это самый лучший расклад для Изольды. Если бы она не выиграла отбор герцога, дальше всё могло сложиться куда хуже. В ход пошли бы благородные пожилые мужчины всех сортов. Просто потому, что молодые уже обручены или ищут более выгодную партию.

— А что говорят твои родители? — спрашиваю осторожно, потому что часть ответа могу представить.

— Я поняла, — Изольда хмыкает — что не обязана соблюдать все эти правила. Вся это напускное благородство чаще всего таит за собой одну лишь гниль. К тому же, Дарио достаточно обеспечен и мне не нужна их помощь. Так что… я не собираюсь им говорить пока мы не поженимся.

— Изольда… это так смело! — я смотрю на нее с изумлением.

Она опускает взгляд. Её руки сжимаются в кулаки. Потом она резко поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза.

— Я больше не буду разменной монетой для получения прибыли. Не буду товаром. Я хочу жить свою жизнь свободно.

Мы еще какое-то время болтаем. Изольда и Дарио собираются в ближайшие дни уехать в Союз Островных городов и там узаконить свои отношения перед богами и людьми. В Эстравии без согласия родителей подобное возможно только в праздник Цветения. А вот в Союзе нравы гораздо либеральнее.

Мы еще болтаем какое-то время и расходимся по комнатам совсем поздним вечером. Итак, теперь в отборе нас осталось трое: я, Сюзана и Летиция.

Глава 27. В которой я узнаю, что аромат гари бодрит получше кофе

Утром я проснулась как от толчка. Сначала мне показалось, что меня разбудил сон. Но сон уже распался, растворился где-то на краю сознания, а вместо него осталось странное ощущение тревоги. Как будто кто-то осторожно постучал в дверь и убежал. Я лежу неподвижно и прислушиваюсь. Тихо. Даже, пожалуй, слишком. Я уже начинаю поворачиваться на другой бок, чтобы поспать еще, но улавливаю странный запах.

Пахнет гарью. Сон слетает с меня в мгновение ока и через секунду я оказываюсь на ногах. Пол холодит ступни, но это последнее, о чём я думаю. Я бросаюсь к двери и распахиваю её. Коридор пуст. Запах становится сильнее. Более того — теперь кажется, что в воздухе висит лёгкая пелена дыма.

— Что за… — бормочу я, быстро шагая вперед.

Сердце заводится в тревожном ритме. Я ускоряю шаг, почти бегу по коридору. За очередным поворотом мне открывается весьма неприятная картина. Одна из тяжёлых портьер у окна медленно тлеет, распространяя вокруг себя тошнотворную вонь и дым. Я начинаю кашлять. Пламя совсем небольшое, но ткань уже почернела по краям, а снизу лениво поднимаются тонкие струйки дыма.

— Сгореть из-за подожжённой портьеры в магическом мире… — бормочу, пытаясь примириться с реальностью. — Нет, спасибо.

Пламя тем временем начинает разгораться активнее.

— Эй! — кричу я. — Кто-нибудь!

Ответа нет. Я хватаю стоящую у стены декоративную вазу с водой и выливаю её на портьеру. Раздается шипение. Пламя становится значительно меньше, но окончательно не гаснет.

— Да где же вы все?! — голос срывается — Пожар!

Я кричу снова. Наконец где-то в глубине коридора слышатся торопливые шаги. Через несколько секунд