гильдии. У Эмины — небольшой защитный амулет, способный нагреваться при приближении яда. У слуги ничего запрещенного не было.

Капитаны обеих шхун передали списки команд.

Моряков разместили в главном зале и на собственных судах. Платить за проживание согласились только четверо: Верн, Эмина, пожилой торговец бумагой и молодой счетовод, страдавший морской болезнью.

Комнат не хватало.

Дален закончил четвертую к сумеркам. Старая балка из мастерской оказалась пригодной. Он заменил сгнившую лагу, настелил временный пол и предупредил, что тяжелый шкаф ставить нельзя.

Комнату получили Эмина и ее служанка.

Верна поселили в третью.

Торговцу бумагой пришлось уступить комнату Саверу: картограф согласился временно перебраться в бывший кабинет управляющего, потому что хотел работать возле документов.

— Я плачу за отдельную комнату, — напомнил он.

— И получите скидку за сегодняшний день, — сказала я.

— Насколько большую?

— Пятая часть стоимости.

— Четверть.

— Вы переезжаете в помещение с более просторным столом.

— Но без кровати.

— Дален поставит складную койку.

— Все равно четверть.

— Пятая часть и бесплатный ужин.

Савер задумался.

— С пирогом?

— Если Марта согласится.

— Не согласится, — донеслось из кухни.

— Тогда без пирога.

— Четверть, — сказал Савер.

— Пятая часть.

— Хорошо. Но завтра возвращаюсь в комнату.

Так мы открыли четыре гостевых помещения.

Одно занимал корабельный лекарь.

Три приносили плату.

Еще несколько человек платили за еду и место в главном зале.

Денег все еще было недостаточно даже для нового комплекта замков, но впервые доход за день превысил стоимость использованных дров и продуктов.

Я пересчитала монеты дважды.

Не потому, что не доверяла Марте.

Потому что хотела убедиться, что цифра действительно положительная.

— Богатство? — спросил Риан.

Он стоял с другой стороны стойки и наблюдал, как я складываю серебро в отдельный ящик.

— После вычета расходов — чуть больше девяти крон.

— Ради этого вы весь вечер спорили о цене каждой комнаты?

— Девять крон оплатят работу двух человек на день и часть нового замка.

— Одного замка.

— Значит, завтра нужно заработать больше.

— Шторм закончится, и торговцы уйдут.

— Зато расскажут, что здесь можно остановиться.

— Или расскажут про протекающую крышу, проверку багажа и ночного вора.

— Поэтому к их отъезду крыша должна течь меньше, проверка стать быстрее, а вора желательно найти.

Риан оперся локтем о стойку.

— У вас на каждую плохую новость появляется новый список работ?

— Иначе плохая новость остается просто плохой.

В главном зале стало теплее. Люди с двух новых судов смешались с моряками «Северной звезды» и островитянами. Марта подала рыбную похлебку, хлеб и пирог с луком. Эмина Халлер сидела рядом с Теей и расспрашивала ее о лечебных травах Кайрна. Верн разговаривал с капитаном Воссом о стоимости временного ремонта корабля.

Нисса ходила между столами с корзиной жетонов.

Мы успели составить простые правила обмена. Деревянные кружки не являлись деньгами и не обменивались на серебро. Они только подтверждали, что человек передал гостинице определенное количество продуктов или выполнил работу. На каждом стоял знак маяка и номер.

Риан прочитал правила до открытия столовой.

— Совет все равно может заинтересоваться, — сказал он.

— Пусть сначала заинтересуется Кайрном настолько, чтобы прислать материалы для маяка.

Он не нашел возражения.

Пока я делала запись о новых гостях, к стойке подошла Эмина.

— У вас необычное место.

— Необычное — вежливое слово для полуразрушенного?

— Я говорила не о здании.

Она поставила пустую кружку.

— В других гостиницах хозяйка не ведет расследование вместе с командующим береговой стражи.

— В других гостиницах реже крадут доказательства в первую неделю работы.

— Верно.

Она оглянулась на брата.

— Верн собирался попросить вас продать ему остров.

— Он еще не успел увидеть большую часть.

— Ему достаточно услышать, что старый путь можно восстановить.

Я перестала писать.

— Кто сказал ему о пути?

— Капитан. Не ваш, а нашей шхуны. По морю уже расходятся слухи, что возле Кайрна снова зажглись приливные знаки.

— Когда он это услышал?

— На Большом Береге, до нашего выхода.

— Мы активировали знаки меньше двух суток назад.

— Новости на кораблях иногда идут быстрее самих кораблей. Особенно если за них хорошо платят.

— Кто сообщил?

— Не знаю. Верн услышал разговор двух капитанов в порту.

Я посмотрела на Риана.

Он заметил мой взгляд и подошел.

Эмина повторила рассказ.

— Какое именно было сообщение? — спросил он.

— Что отвергнутая невеста наследника получила Кайрн и запустила старый Камень. Один человек утверждал, что Восточный пролив скоро откроют.

— Имя капитана?

— Не знаю. Судно с красным парусом, название начиналось на «Р».

— Когда вышло с Большого Берега?

— Утром вчерашнего дня.

Риан позвал стражника и велел записать описание.

— Слух появился раньше, чем корабли могли узнать о спасении обычным путем, — сказала я.

— Патрульное судно отправляло сигналы в гарнизон, — ответил он.

— Но не на Большой Берег.

— Нет.

— Значит, кто-то сообщил с Кайрна.

— Или наблюдал с моря.

— Человек, повредивший знак, мог остаться рядом и увидеть огни.

— Мог.

Эмина переводила взгляд с одного на другого.

— Я сказала что-то важное?

— Возможно, — ответил Риан. — Благодарю.

Она вернулась за стол.

— Слух привлечет людей, — сказала я.

— И тех, кто хочет открыть путь, и тех, кому это невыгодно.

— Тогда закрывать гостиницу поздно.

— Я не предлагал.

— Но подумали.

— Подумал усилить охрану.

— Это принимаю.

Риан посмотрел на меня.

— Без спора?

— Не привыкайте.

На этот раз он действительно улыбнулся.

Улыбка появилась быстро и так же быстро исчезла, но полностью изменила его лицо. Резкие черты стали мягче, а серые глаза — теплее.

Я неожиданно поняла, что смотрю слишком долго.

Вернулась к книге.

— Что с поиском блокнота?

— Пока ничего. Проверим чердак после ужина.

— Я пойду.

— Нет.

Я подняла голову.

— Почему?

— Потому что восточная часть крыши опасна.

— Я могу осмотреть безопасный участок.

— В темноте?

— С лампой.

— Нет.

— Мы договаривались без решений за моей спиной.

— Я говорю вам в лицо, что не позволю идти на сгнивший чердак ночью.

— Вы не можете запретить мне осматривать собственное здание.

— Могу закрыть опасную зону в рамках расследования и безопасности.

— А если там лежит украденная книжка?

— Ее найдут мои люди вместе с Даленом.

— Тогда я буду ждать у входа.

— Это бессмысленно.

— Зато вы не сможете вынести найденное без моего ведома.

Его лицо снова стало привычно суровым.

— Вы полагаете, я украду доказательство?

— Полагаю, что все находки на моей земле должны быть зафиксированы при мне.

— Хорошо. Ждете у лестницы. На чердак не входите.

— Согласна.

— Слишком быстро.

— Я умею отличать разумное ограничение от попытки забрать управление.

— Иногда.

— Чаще вас.

Чердак проверили около десяти вечера.

Дален первым поднялся по узкой служебной лестнице, закрепив вокруг пояса веревку. За ним пошли два стражника. Риан остался у проема, я — на площадке ниже.