Великого князя Потёмкина было трудно с кем-то спутать. Он сидел по правую сторону, прикрывая своей массивной бронёй императора от входа.

Лица Романова мне видно не было, зато я хорошо видел Тангарова, который по-прежнему сидел в развалочку, закинув ноги на стол. Он радовался моему приходу, словно ребёнок, которому подарили крутую игрушку. Вот только он ещё не знал, что эта игрушка может играючи лишить его жизни.

Для меня же он выглядел обычным заносчивым аристократом, который напялил на себя чёрную тактическую броню. Гладко выбритый светловолосый блондин, с волосами до плеч. Ему бы первым делом к парикмахеру сходить, но здесь я был не лучше. Хорошо, что успел помыться, а то бы ещё и разило как от коня. Уверен, этот засранец обязательно бы прошёлся по этому вопросу.

— У меня были дела, — спокойным голосом ответил я. — Которые не требовали отлагательств.

— Дела? — он удивился и, скинув ноги со стола, подался вперёд. — Вы слышали? — усмехнувшись, Тангаров переглянулся со своей свитой. — А мы, значит, здесь просто так сидим? Не хочешь извиниться?

— Станислав, — я поморщился. — Прекращай паясничать. Я сильно устал, поэтому предлагаю перейти сразу к делу.

Добравшись до места по левую руку от императора, я плюхнулся на стул.

— Удалось о чём-нибудь договориться? — я спросил у Соловьёва, который сидел справа от меня.

— Какая наглость! — возмутился один из генералов, который сидел напротив. — И этого человека вы называете героем⁈

— Точно! — я усмехнулся и закинул ноги на стол так, чтобы не видеть лица этого гадёныша. — Теперь всё в порядке?

— Ха! — Тангаров рассмеялся. — А мне он нравится. Сразу видно, наш человек! — с этими словами он снова откинулся на спинку стула и закинул ноги на стол.

Понятное дело, что с нашей стороны на меня посмотрели осуждающе. Зато с противоположной сразу же поджали губы и начали краснеть. Оказалось, что им категорически не понравилось, когда зеркалят их же методы.

— Господа, — слово взял Романов. — Давайте оставим ребячество на потом? Всё-таки мы все здесь собрались для того, чтобы спасти мир от вторжения технатов, — он посмотрел на Тангарова. — Станислав, прошу. Если мы и дальше будем продолжать в том же духе, то так ни к чему и не придём.

— Ладно, — Станислав перестал улыбаться и, скинув ноги со стола, посмотрел на меня.

Я тоже скинул ноги, приготовившись слушать. Дальше Романов коротко ввёл меня в курс дела, постоянно сверяясь с бумагами и Станиславом, который каждый раз важно кивал.

Я правильно сделал, что не появился на переговорах раньше. Выяснилось, что всё это время они пытались договориться о приостановлении военных действий. Хотя бы до тех пор, пока угроза мирового масштаба не была ликвидирована. Бились за каждый километр буферной зоны, которая должна была пройти в районе Минска. По крайней мере, на этом настаивали наши. А вот генералы со стороны Тангарова были подобным решением недовольны. Они хотели подойти чуть ли не под Смоленск и от него чертить линии разграничения.

— Вы не в том положении, чтобы требовать от нас подобные уступки! — рыкнул генерал, который сидел по правую руку от Тангарова. — Мы не собираемся отступать!

— С таким же успехом мы могли бы дождаться, когда вас всех прикончат технаты, а после договориться с ними и забрать все территории себе… — бархатным, но в то же время язвительным и ядовитым голосом добавил сидящий по левую руку мужчина средних лет, который явно отличался от остальных генералов.

— Вам напомнить, что случилось с флотом? — оскалившись, зарычал Потёмкин.

Недолго думая, князь поднял руку и сразу сжал её в кулак. Я не выдержал и усмехнулся, глядя на Тангарова, которого, кажется, продолжали развлекать подобные переговоры.

— А может, дождаться, когда их ещё и скверна с другой стороны начнёт жрать? — мужчина продолжил изгаляться. — Зачем мы вообще сюда прилетели?

— Скверну я уже уничтожил, — пришлось вмешаться. — Уничтожу технатов и приступлю к установлению прочного мира на нашем шарике, — добавил я с полной серьёзностью. — Поэтому советую прислушаться к Его Величеству и генералам.

— А пупок не развяжется? — Тангаров моментально оживился.

Я готов был поспорить, что его глаза слегка замерцали. Что это? Какой-то ментальный дар? Что он пытается сделать?

— Тишина, — доложил паразит. — Скорее всего, это что-то врождённое, но я подобного никогда не видел.

— А ещё вы, возможно, не заметили, но его кожа… Она слегка потемнела, — добавил Хлад.

Я ничего подобного не заметил, но, судя по тому, что рассказали мне друзья, он сам по себе неординарная личность. Уверен, у него и даров как дров за баней. Жаль, что никого из присутствующих я так и не смог просветить «радаром».

— А ты подожди, и сам увидишь, — я усмехнулся в ответ. — Впрочем, есть большие подозрения, что победителей не будет, — покопавшись в сумке, я нашёл антимагическую шайбу и бросил её на стол. — Такая чуть не отправила тебя на тот свет. Узнаёшь? — серьёзным голосом спросил я.

Стиснув зубы, Тангаров моментально помрачнел. Ещё бы, ведь Кисса буквально выдирала её из него когтями. До сих пор не понимаю, как он сумел выжить. Повезло, что крючки не вцепились в жизненно важные органы.

— Узнаю, — сказал он, взяв в руку шайбу и начав её изучать.

— А теперь представь, что против нас начнут использовать тысячи снайперских винтовок с подобными снарядами, — продолжил я. — Я уже встречался с подобными снайперами. Они использовали ребёнка лет восьми.

— Что-то мне не верится, — возразил один из генералов. — Восьмилетний ребёнок не мог стрелять из снайперской винтовки, он слишком маленький для этого. Да он её даже не поднимет, не говоря уже о том, чтобы определить ветер, прицелиться…

— А он и не стрелял, — парировал я. — Он выступал в роли наводчика. А стреляла здоровая стальная псина с винтовкой, которая была не меньше пушки на броневике. Надо ли говорить, что такая дура попадала в цель с нескольких километров? Да и сам мальчик… Это был порабощённый, части тела которого уже были заменены. Встретитесь с таким, и неизвестно, кто выйдет победителем из боя…

— Интересно… — прошептал мужчина, сидевший по левую руку от Тангарова. — Если ваш так называемый герой говорит правду, то нам есть чего опасаться, — он взял из рук Станислава шайбу и начал её разглядывать.

— Глупости, — проворчал генерал. — Земли на всех хватит. Поделим пополам Российскую Империю.

Мне показалось, что Романов только что что-то сказал, но, повернувшись к нему, я увидел, что он смотрел на шайбу и мужчину, который вертел её в руках. Наверное, зря я её вынул, ведь именно она и отправила его в нокаут.

— За подобные разговоры у нас предусмотрена смертная казнь, —