Эйсон и Илай стали наблюдать за тем, как кости, плоть, кожа и крылья Тэйна начали стремительно восстанавливаться, а через пяток секунд падший вдруг утробно и глубоко вздохнул, но в себя так и не пришел.

— Чтоб я сдох! Ранкар, ты же… — сдавлено пропыхтел Аванон, поднимая на меня лицо, но внезапно он осёкся, а брови его подлетели вверх. — Что с твоим левым глазом? Почему он… почернел⁈

Почернел, значит. Выходит, вот какова плата.

— Неважно! — отмахнулся я. — Помогите Тэйну и будьте готовы сваливать отсюда, а я закончу кое-какие дела. Грация вам в случае чего поможет.

Из воронки я выбирался медленно. Очень медленно и неспешно. И проблема была не в том, что я задумался. Проблема состояла в том, что левой стороной я почти ничего не видел. Левый глаз словно исчез. Он полностью погас. Но цена была не важна, если Тэйн уцелел.

Ярость до сих пор снедала изнутри. Не знаю, что означал Альянс Душ, но моё время в этом состоянии быстро улетучивалось. Площадь по-прежнему находилась во власти могильной тишины. Отмеченные, воители Альбарры, херувимы, все они не сводили взглядов с меня и двух оберегов в небе. Все ждали, чем окончится перепалка.

— Эй, старикан! — окликнул я пожилого серафима. — Если не хочешь сдохнуть, то объяви победителя в схватке.

— Боюсь, случилась… ничья! — громко отрапортовал он, со страхом косясь на оберегов. — Оба противника живы. Получается, оба проиграли.

— Ничья, значит… Ничья… — повторил я, а после тихо расхохотался, повторяя одно и тоже слово будто мантру. — Ничья… НИЧЬЯ… Ничья… Вижу, вы все прогнили до нутра. Весь ваш вшивенький мирок и все души в нём. А ведь ты говорил, Арес, что победа досталась Тэйну… — вспомнил я, поднимая на него глаза, но продолжая смеяться.

— Увы, сопляк, — пожал тот плечами, довольно скалясь. — Я не властен приказывать херувимам. Они не подчиняются мне. Я не их покровитель. Они здесь хозяева.

— А вы что скажете? — тихо спросил я, поднимая глаза на патриархов Небесного Града, который в этот самый момент всячески поддерживали жутко израненного Роланда. — Тоже согласны на ничью?

На миг возникла томительная пауза и троица глав тотчас переглянулась между собой, а далее в один голос заявили:

— Ничья! Каждый остаётся при своём.

— И снова… ничья, — повторил я, обнажая зубы, а после тихо пробубнил себе под нос. — Каждый остаётся при своём, но я лишился глаза. Как славно.

— Как вижу, ты спас его, — с толикой веселья заметил Арес, глядя на то, как парни вытаскивают из воронки бессознательно Тэйна. — Я удивлён.

— Знаешь, бог Войны, я не нарушу нашего договора. Я стерплю. Сегодня я стерплю твою выходку. Но ты должен мне удар. Удар, который пришелся на моего друга. Осмелишься ли ты принять его и все последствия, что за ним последуют? Ты же… очень справедливый бог, не так ли? Мой друг рядовой смертный и он принял твою полноценную атаку. Наверное, уже завтра пойдут слухи о том, что ты не сумел убить обычного падшего. Тц-тц-тц! — зацокал делано я, качая разочаровано головой. — Как интересно…

Довольная улыбка померкла на лице у оберега и тот понял, что запахло жареным. Даже Танатос перестал скалиться. Зато площадь с херувимами тихо загудела в такт моим словам и это не укрылось от внимания обоих божеств.

— Так и быть! — напыщенно воскликнул Арес, а после развёл руки в сторону, между делом продолжая парить в небе. — Давай! Действуй, сопляк. Я приму твой удар и все последствия.

— Да, теперь я вижу, что ты действительно очень справедливый бог, — широко улыбнулся я, а после громко заключил. — НАДЕЮСЬ, ВСЕ СЛЫШАЛИ⁈ ВЕЛИКИЙ АРЕС ПРИМЕТ ОТ МЕНЯ УДАР И ПРИМЕТ ВСЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ПОСЛЕ! ВОЗРАДУЙТЕСЬ ЕГО ЩЕДРОСТИ И ВЕЛИКОДУШИЮ!

Ярость пожирала изнутри будто яд, гнев требовал выплеска, злоба не знала границ. Но вместо того, чтобы сыпать проклятиями, я вновь тихо рассмеялся, снизу-вверх глядя на Аресу и Танатоса.

— Что ж, готовься, бог Войны…

Материя Опустошения — Восход Опустошителя…

Материя Опустошения — Верховный Арбитр…

Облачение Опустошителя…

Жажда Опустошителя. Третий эшелон…

От выплеснувшейся в реальный мир мощи содрогнулось всё пространство рядом. Источники безумно заревели в едином слаженном ритме. Сила и мощь, коих не видел еще Небесный Град заставили всех содрогнуться. За спиной медленно материализовалось два огромных крыла и при помощи потока Гравитации я беспрепятственно воспарил в небо, оказавшись гораздо выше обоих оберегов.

Грация, забери парней и Ведьму, когда всё начнется.

Мр-р-р…

Пару секунд я наблюдал за площадью Света с высоты птичьего полёта, а после сухо заключил:

— Вы сами избрали свою судьбу, так что будьте вы все прокляты, — а после сместив взор на бога Войны, я чуть громче добавил и резко спикировал вниз: — Арес, лови…

Поток Опустошителя…

А теперь…

— Таран Опустошения…

Я впервые со всей безжалостностью задействовал всё, что имел и мог. Выплеснул всё в одном ударе. Сокрушающая мощь Опустошителя вырвалась в реальный мир будто бушующая волна. Она сметала всё на своём пути и весьма быстро приняла форму огромного тарана. И размер его был гораздо больше всей площади Света.

Чудовищная сила рухнула вниз будто гигантская звезда. Лишь завидев технику, Арес и Танатос начали понимать, в чем дело, но стало слишком поздно. Таран рванул стремительно вниз. Бог Войны и бог Смерти всё же сумели заблокировать мою финальную атаку, но те, кто находился внизу и те, кто был на площади, им всем пришлось уносить ноги.

Концентрированная мощь Тарана Опустошения ударил по площади Света, разрушив её до основания, а затем устремилась вглубь острова, уничтожая и разрушая всё на своём пути. Всё, до чего могла дотянуться. Техника не только уничтожила всю площадь Света, она пробила Небесный Град насквозь в одном месте, создав колоссальных размеров дыру. Но даже пробив остров насквозь Таран устремился куда-то вниз через облака к земле. А следом за техникой, под нарастающие крики и вопли разумных, начал падать вниз и сам мегаполис.

— МЕЛКАЯ ТВАРЬ! — заревел свирепо Арес, изнывая от злобы и глядя на массовое разрушение. — ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ⁈

— Вот теперь, бог Войны, у нас с тобой ничья…

Глава 13

Последствия…

— МЕЛКАЯ ТВАРЬ! — заревел свирепо Арес, изнывая от злобы и глядя на массовое разрушение. — ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ⁈

— Вот теперь, бог Войны, у нас с тобой ничья…

Невозможно было развидеть то, что творилось внизу. Крик и вопли нарастали. Паника охватила округу. Огромное количество херувимов взмывали в небо, наблюдая за нарастающим хаосом, а те, кто не умели летать уносили ноги от эпицентра разрухи как можно