21. Полина

В кабинет Ясногорской иду как на расстрел. Дорога к деканату кажется бесконечной, и я еле волоку ноги, чтобы услышать очередной выговор, или же вообще новость об отчислении.

Только не сейчас, когда Малиновский меня заметил! Умоляю!

Чувствую себя удрученно и беспомощно. Снова.

Стоит вот такой капризной Майе сморщить носик, и мама тут как ту, забыв, что она вообще-то декан, а не… даже не знаю, как назвать такое слепое потакание своему чаду.

— Можно?

— Полина, входи, — машет мне Евдокия Львовна, — придерживая телефонную трубку плечом.

Она заканчивает разговор, помечает что-то на бумаге, то и дело бросая взгляды на меня.

Не дышу, дожидаясь окончания ее беседы, онемевшими пальцами сжимаю свой рюкзачок, лежащий на коленях.

Как бы мне сейчас хотелось, чтобы сейчас сюда снова влетели Дамиан с Филиппом и забрали меня. Но увы.

— Итак, Полина Баженова, — она откладывает телефон и достает мое личное дело из верхнего ящика.

Далеко убирать не пришлось…

— Слушаю Вас, Евдокия Львовна, — сохраняю непоколебимый вид.

— Прости, что пришлось забрать тебя с занятия, но разговор нам предстоит важный.

— Догадываюсь…

— Правда? И о чем же он будет?

— Ну, о том, что я снова посмела сесть рядом с Майей? — говорю с вызовом и пожимаю плечами.

— Ах, это, — она устало комментирует упоминание о дочери, — нет, я позвала тебя не за этим.

— Тогда для чего же?

Она загадочно улыбается, а затем нажимает кнопку вызова и просит секретаря принести нам кофе, что напрягает еще больше.

— Полина, — снова пауза, — ты наверняка слышала, что ежегодно Академия отбирает лучших студентов для стажировки за рубежом.

— Эээ… конечно! — вру.

— Каждый факультет выдвигает по три кандидатуры, обычно это учащиеся старших курсов, но в этот раз я решила сделать исключение и взять студента с первого курса.

— Мхм, — киваю, не понимая, при чем здесь вообще я.

— Так вот, этим первокурсником будешь ты. Скажи, тебе это интересно?

— Вы серьезно? — проговариваю одними губами.

— Абсолютно. Если пройдешь отбор, то следующее полугодие проведешь в Европе. А именно в Академии Бельмонт, во Франции.

— Но я не говорю по…

— Не переживай, обучение будет на английском языке.

Дверь в кабинет отворяется и нам приносят резной деревянный поднос с двумя чашками кофе. Ноздри щекочет жареный запах свежих зерен, но прикоснуться к напитку я не решаюсь.

— Прошу прощения, но… — кажется, я перестаю дышать. — но почему я? Оценки у меня хорошие, но ведь не идеальные.

— Здесь дело не в оценках, — она сама снимает с подноса чашку и ставит ее поближе ко мне. — Здесь важна смелость, потенциал, страстное желание в конце концов. Наш последний разговор здесь показал мне, что все перечисленные качества тебе присущи. Ты очень смелая, Полина. Но примешь ли ты такое предложение?

— Я в приятной растерянности, Евдокия Львовна!

Учеба в Европе! Она шутит?

Неужели на моей улице перевернулся грузовик в удачей? Сначала Малиновский, теперь это?

Такие возможности давно перестали быть само собой разумеющимися в моей жизни, поэтому мне с трудом верится в услышанное.

Подумать только!

Мои пальцы нетерпеливо обнимают тонкий фарфор чашки, принимая ее тепло.

— Нужно решить до понедельника, и будем оформлять заявку… — Ясногорская открывает ноутбук.

— Зачем ждать понедельника? Я совершенно точно согласна! — ерзаю на стуле, боясь, что она вдруг передумает и найдет кого-то другого.

— Я не прогадала, — довольно говорит она. — Сейчас я отправлю тебя к координатору международных программ за подробной информацией. Она поможет тебе составить правильное резюме и написать письмо-обоснование.

— Отлично! Я готова!

— Как только тебя одобрят, — говорит она без всяких сомнений, — займемся подготовкой студенческой визы и бронированием билетов.

— Точно, билеты… — спохватываюсь и закусываю губу.

— Не переживай, Полина, все растраты на стажировку оплачивает Альдемар, а точнее, наш спонсорский фонд.

— А могу я узнать, кто оплачивает конкретно учебу в Бельмонте? — задаю вопрос с очевидным ответом.

— Фонд пополняется всеми спонсорами и самим Альдемаром, поэтому Академия распоряжается им на свое усмотрение.

Размыто, но, по крайней мере, это не личный карман семьи Бушар.

Молча киваю. Мне нужно переварить произошедшее за сегодня.

— Еще кофе?

— Нет, спасибо. За всё, — ошарашено улыбаюсь. — Я могу идти к координатору?

— Да, — она поднимается с места, провожая меня к выходу, — и помни, Полина, Альдемар всегда даёт только один шанс. Эти стены не терпят нерешительности. Я очень рада, что ты согласилась рискнуть.

--

Счастливой пчелой лечу по коридору, обняв свои пожитки. Сердце колотится где угодно, но не в грудной клетке. Оно тарабанит в глотке, в ушах, в каждом пальце.

Не могу поверить! Я так мечтала вырваться. Господи!

Отчего-то на глаза наворачиваются слезы. Слёзы надежды, услышанных молитв и даже легкой гордости от того, что у меня получается.

Как оголтелая сбегаю вниз по мраморной лестнице, и чуть ли не падаю на последней ступени.

Благо меня подхватывают крепкие руки, не давая распластаться носом в пол.

— Осторожно! Бегать по коридорам запрещено, а вот на улице — в самый раз, — улыбается мне Ян.

Он всегда в нужном месте и в нужное время. Высокий, плечистый, в фирменной университетской куртке с логотипом в виде большой буквы «А». Выглядит круто.

— Ой, привет, — неловко поправляю волосы. Я вчера продинамила его, даже не объяснившись. — Прости, что вчера не появилась, просто….

— Просто вчера был дождь, — он перехватывает мою фразу. — Я сделал один круг и вымок насквозь. Возвращался в хлюпающих кроссовках.

— Да! Я даже выходить не стала, — ориентируюсь на ходу, — а сообщить тебе не могла.

— Нужно это исправлять, — он достает телефон из кармана, — ты не против обменяться номерами?

— Я? Эээ... Нет, конечно нет, — нашариваю свой смартфон в рюкзаке, погрузив руку по локоть.

Диктую Захарову свой номер и сохраняю его контакт.

Когда нажимаю кнопку сохранить, на весь экран появляется надпись «Дамиан». На неожиданный звонок Бушара тело реагирует выплеском адреналина.

Он будто почувствовал, что мы с Яном рядом находимся.

Ставлю вызов на беззвучный и отворачиваю экран, сжимая телефон в руке.

— Побегаем сегодня, если погода позволит? — улыбается Ян.

— Блин, знаешь… У меня сегодня столько всего произошло, что в ближайшее время я планирую жить в библиотеке и ни на что не отвлекаться, — оправдываюсь. — Еще и работа, да и я подруге обещала помочь с комнатой…

— А что с комнатой?

— Она только заселилась, думаю, там не помешает генеральная уборка, возможно, перестановка.

— Так давай я тоже помогу! — вызывается он.

— Ну, не будешь же ты полочки натирать, — прыскаю.

— Почему нет? Тряпкой пользоваться я умею, — ухмыляется он по-доброму, а от его глаз разбегаются улыбчивые складочки. — Встречаемся