Развернулся, споткнулся о стоящее на полу ведро, изящно подпрыгнул и развернулся только у выхода.

— Не подпускай чужих, поняла?

— Нет, не поняла, — нарываюсь. — Знать бы, кто свой, кто чужой. И вообще, я думала, что вы даёте мне полную свободу. Разве не так говорилось вначале?

Решительный Десидер вернулся, шагнул ко мне, вплотную подошёл к столу, на котором я так и осталась сидеть. Одним жестом подвинул меня к краю, развёл ноги, стал между ними.

— Я хочу, чтобы ты была моей, — раскрывает ладонь, подносит к моему лицу кулон в виде оскалившегося зверька. — Вот. Я пришёл за этим. Только на тебе нет цепочки, чтобы его надеть. У тебя уже три кулона. Почему ты не надела ни один?

— Потому что я не знаю, что вы мне предлагаете.

— Что мы предлагаем? — Десидер подтянул меня за бёдра ближе к себе, настолько близко, что его твёрдый член упёрся в развилку моих ног. — Разве не понятно, что предлагают, когда говорят: «Хочу, чтобы ты навеки была моей»?

— Нет, непонятно, — сдерживаю улыбку. — И в первый раз ты не говорил «навеки».

— Это тебе сказал Априоль, — Дес раздражается и снова выглядит неуверенным. — А я не мастак красиво говорить. Я больше по другим удовольствиям спец, — вжимает в меня член. — Наденешь? — проходят десятки секунд, прежде чем я понимаю, что речь сейчас о кулоне. Протягивает его мне, я беру, рассматриваю, открываю коробочку с цепочкой, кладу в отдельную ячейку.

Десидер следит за моими действиями, а когда я возвращаюсь взглядом к его лицу, вижу, как он втягивает нижнюю губу, словно сдерживает недовольство.

— Ладно, — отходит. — Я пойду… Там это… Дела…

Десидер убежал, а я подошла окошку, смотрю на лужайку. Восемь мужчин стоят, переговариваются, активно жестикулируют. Вонтер крутит ладонью у виска, говоря что-то Десидеру, тот отмахивается и отворачивается.

Я смотрю на всё это и улыбаюсь.

Ну как дети, ей богу.

Глава 21

Ближе к вечеру обнаружила на своей кровати розовое платье с романтичными рюшами. Приложила его к себе, посмотрела в зеркало.

Давно не видела себя счастливой. Вот такой, как сейчас. Глаза светятся, щёки розовые, плечи расправлены. Мама бы порадовалась, увидев меня такой.

Сегодня я старалась. В хорошем настроении это легко. Красиво оделась, тщательно прихорошилась, приготовилась к выходу. Именно в этот момент в дверь постучали.

— Можно?

— Входи.

Априоль в роскошном белом костюме, с аккуратной укладкой и улыбкой, лишающей сил и разума.

— Тебе очень идёт, — говорит о моём наряде.

— Спасибо, тебе тоже.

Подходит ближе, медленно притягивается к моей щеке, оставляет там ощутимый след. Остальные комплименты высказываются мне прямо в ухо, и я успеваю несколько раз изменить цвет лица от взволнованно-бледного до пристыженно-алого.

— Здесь не хватает украшения, — Априоль ведёт пальцем по вершинам моих грудей. — Подвеска с тремя кулонами отлично подошла бы. Как ты считаешь?

— По-моему, платье настолько роскошное, что никаких украшений к нему не нужно. Я уже чувствую себя прин… То есть, чувствую себя прекрасно.

— Ладно, пойдём, — подаёт мне локоть, и я цепляюсь за него, приподнимаю юбку, как принцесса, и позволяю красивому мужчине себя вести.

На нижнем этаже нас встречают семь мужчин. Все в идеально сидящих костюмах, и у меня на несколько мгновений обрывается дыхание. Никогда не видела столько красоты в одном помещении.

— Можешь выбрать двоих для сопровождения, — говорит Априоль и указывает на ожидающих мужчин. Каждый смотрит так, что не остаётся сомнений — все хотят быть выбранными. Это тешит моё женское самолюбие.

— Может, вы сами определитесь? Мне не принципиально.

— Мы не смогли определиться, поэтому выбор за тобой.

— Ладно, пусть будут Дар и Вонт, — улыбаюсь самым крупным мужчинам, они сдержанно кивают, бросая остальным взгляд со смыслом: «Понял?».

— А я? — возмущается Десидер.

— Так сказали же двоих, — пожимаю плечами.

— Ах да, — Десидер изобразил покорность, но мне показалось, что на его зубах что-то скрипнуло. — Транспорт ждёт, — буркнул и пошёл к выходу.

Транспорт — это вполне себе реальный айракон. На нём мы добирались в Марсанию. Для меня пояснили, что это не совсем Аир. Это его подобие, созданное с помощью магии.

На айракона меня усадил Дар. Сразу за мной сели Априоль, далее Вонтер, Дарисвальд и все по цепочке. На мой вопрос, зачем нужно было выбирать двоих, мужчины промолчали.

В городок мы прибыли уже через десять минут. Априоль взял меня под руку. За нами Дарисвальд и Вонтер, остальные рассредоточились вокруг. Такая подготовка насторожила, и к моему уже имеющемуся волнению прибавился страх надвигающейся опасности.

— Не волнуйся, крошка, это обычный выход в народ, — вполголоса говорит Априоль и сказочно улыбается, изящным жестом приветствуя всех встречных. Перед нами склоняют головы, выкрикивают восхваляющие слова.

— Принц Априоль! Принц Априоль! — кричат девушки, подбегая к нам. — Мы вас любим, принц Априоль! — сладко сообщает самая высокая из них и изображает отточенный реверанс. — Позвольте подарить вам это, Ваше Высочество.

Миловидная блондинка склоняет голову, приподнимает ярко накрашенные глазки, с обожанием смотрит на Априоля и ждёт ответа так, словно сейчас вершится её судьба.

— Благодарю, — принц принимает подарок, но сам к нему не притрагивается, кивает Десидеру, чтобы тот забрал.

Девушка чуть не плачет от радости и в то же время досадует, потому что подарок оказался в других руках.

Мы обходим столпившихся девушек, мужчины по краям создают для нас коридор. Остальные горожане столь смело не подбегают к принцу, но кланяются так, что едва не чиркают лбами землю.

— Принц Априоль! — снова девичий голос. — Позвольте! Позвольте, прошу!

Впереди стоящие Джаймир и Тройсен осматривают, что несёт девушка, пропускают её к нам.

— Принц Априоль, — девушка стала на колени, полностью села на голени, склонилась к отполированным мужским ботинкам.

— Прошу, встаньте, — говорит Априоль, а девушка продолжает сидеть со склонённой головой и прижатыми к груди руками. — Прошу, не нужно, встаньте, — просит Априоль, а когда реакции не следует, обходит сидящую, увлекая меня за собой.

— Что это было? — спрашиваю, когда мы отошли. — Почему она так села?

— Хотела, чтобы я её поднял, — говорит Априоль, слегка повернув голову ко мне, но его тут же отвлекают, и он приветствует народ, красиво общается с обычными людьми, выслушивает их рассказы, всем одинаково улыбается.

Сколько ещё нам встретилось девушек, женщин и мужчин, пока мы дошли до площади, я не сосчитала. Одно поняла: Априоля здесь любят. Все стремятся перекинуться с ним хоть парой слов, а девушки стараются сделать что-то такое, чтобы он к ним прикоснулся.

Неоднократно горожане подходили и к Дарисвальду. О чём-то просили, благодарили, подносили дары. Он слушал их, размеренно кивая.

Позже,