реальное и парадоксальное, даже зловещее. Термины «псих», «сумасшедший» и «безумный» часто употребляются в отношении Джокера, но является ли трикстер из вселенной DC настоящим психопатом? Безумие подразумевает неспособность рассуждать здраво и стремление к хаосу ради самого хаоса. Безумие связано с деменцией, которая характеризуется ухудшением памяти и/или интеллектуальных функций. И все же возникает вопрос: является ли очевидное желание Джокера смотреть, как мир сгорает, нелогичным? (Было ли убеждение Таноса о том, что он действует во имя всеобщего блага, уничтожая половину вселенной, нелогичным?) Наводит ли замысловатый план Джокера на мысль о его ограниченном интеллекте? Мы знаем, что Джокер хочет подорвать властные структуры (порядок), и поэтому он направляет свое оружие на Бэтмена, который их поддерживает, – звучит довольно логично (хотя и немного экстремально)? Что касается психопатов, то им не хватает эмпатии, они обаятельны, жестоки, склонны к манипуляциям, импульсивны и не испытывают чувства вины. Они лгут, обманывают, воруют и являются мастерами пустых жестов; они легко владеют языком, лишая слова того, что обычно связывает их с чувствами и моралью[164]. Есть параллели, и все же Льюис Хайд говорит о трикстерах: «Трикстер – это, помимо прочего, привратник, открывающий дверь в загробный мир; те, кто принимает его за психопата, даже не подозревают о существовании такой двери»[165].

Возможно, одна из дверей, в которую стучится Джокер, – это стигматизация. Джокер может существовать как психопат или безумец в контексте повествования фильма, но в реальной жизни он действует в другом ключе, как мифологическое воплощение социальных норм и ценностей. Американская психиатрическая ассоциация утверждает, что более половины людей с психическими заболеваниями не получают помощи в связи со своими расстройствами. Часто люди избегают или откладывают обращение за помощью из-за опасений, что к ним будут относиться по-другому, или из-за страха потерять работу и средства к существованию[166]. Это связано с тем, что стигматизация, предрассудки и дискриминация в отношении людей с психическими заболеваниями были серьезной проблемой в 2008 году и остаются ею по сей день. Является ли Джокер продуктом своей среды? Насколько он сам виноват в своих поступках? А что насчет Брюса Уэйна? Страдает ли он от депрессии? И какую заботу мы, как общество, должны проявлять по отношению к тем, кто испытывает проблемы с психическим здоровьем?

«Клоуны не носят с собой оружие»

Артур Флек не был счастлив ни одной минуты за всю свою жизнь. Так он говорит своему психотерапевту. Речь идет о парне, который в детстве подвергался физическому насилию (со стороны одного из ухажеров его матери) – его привязывали к батарее, он недоедал, был в синяках и побоях, перенес тяжелую травму головы, жил в грязи и испытывал пренебрежение. Его мать (Пенни Флек) никак на это не реагировала, и суд признал ее виновной в том, что она подвергала опасности жизнь своего ребенка. Кроме того, она ему не биологическая мать (которая давно от него отказалась), а приемная, к тому же страдающая бредовым психозом и нарциссическим расстройством личности.

Позднее издевательства продолжают преследовать Флека; даже будучи взрослым мужчиной, он подвергается нападкам со стороны детей на улице. В итоге Флек становится бездельником, живущим с женщиной, которая способствовала жестокому обращению с ним, и заботящимся о ней. Днем он работает клоуном-продавцом, а по ночам пытается стать стендап-комиком. Его шутки мрачные: «Надеюсь, в моей смерти будет больше смысла, чем в моей жизни[167]», – и неудивительно, что его психические проблемы настолько глубоки, что он провел некоторое время в психиатрической больнице и принимает семь разных лекарств, чтобы перестать чувствовать себя так плохо. Он слишком много курит и мало ест, из-за чего выглядит изможденным и болезненным. Похоже, у него синдром Туретта, из-за которого он смеется так, будто умирает. Флек говорит своему психотерапевту: «Все, что у меня есть, – это негативные мысли… Я сказал, что всю свою жизнь я не знал, существую ли я на самом деле». И все же его мама говорит ему улыбаться и делать счастливое лицо – распространять радость и смех. Он пытается сделать из этого карьеру.

Флек пишет в своем дневнике: «В психическом заболевании хуже всего то, что все хотят, чтобы ты вел себя, будто его нет». Возможно, это выполнимо, если ты принимаешь лекарства, но из-за сокращения бюджета отменяют и терапию, и лекарства. Так что вот такой клоун носит с собой оружие. У Флека, как и у большинства из нас, есть предел, поэтому, когда он достает этот пистолет и стреляет в тех придурков с Уолл-стрит в поезде, мы понимаем его. Хватит – значит хватит. Его нарастающая ярость отражает состояние города, который «сходит с ума» и «вот-вот взорвется». Флек начинает отключаться от реальности, представляя себе девушку, которая заботится о нем, спит с ним, боготворит его и, возможно, даже любит. Но она ненастоящая. Что делать парню? Убить всех хулиганов и свою маму. Почему бы и нет? Это приятно – придает сил, как будто справедливость восторжествовала. Наказать обидчиков. Заступиться за маленького.

«Я не чудовище, я вижу их насквозь»

К тому времени, как Артур Флек попадает в «Прямой эфир! с Мюрреем Франклином», он уже станцевал на лестнице и носит шутовские наряды. Жизнь обошлась с ним сурово, и мы знаем, что для многих людей ничем хорошим это не закончится. Он знает правду. Мюррей – не тот отец, о котором он мечтал, а скорее мошенник. А Флек – кликбейт. Джокер говорит: «Вы видели, что творится на улицах, Мюррей? <…> Если бы я умирал на тротуаре, вы бы перешагнули через меня!» И люди смеются. Над его неврозом и странностями. Над его болезнью. А потом… этот пистолет. Наконец-то Артур Флек появляется на экране. Все, что ему было нужно, – это резня. Льюис Хайд напоминает нам, что сказки о трикстерах «не являются, как иногда утверждается, просто рассказами-предостережениями, которые призваны показать проступок, чтобы люди избегали его. Это воодушевляющий опыт нарушения правил»[168]. Флек наслаждается своим новообретенным статусом лидера, визионера, анархиста. Улица – его сцена. Он окунает руку в смерть и рисует на своем лице кровавую улыбку. Кажется, жизнь поставила его на путь столкновения с насилием – конечно, он сам несет ответственность за свой выбор, но разве мы не причастны к становлению Джокера? В контексте фильма он представлен как герой для масс, но в жизни Джокер вернулся к разговору, на который намекал Николсон и который приукрасил Леджер. В своей речи на оскаровской церемонии Феникс говорит:

«[Фильм] подарил мне возможность дать мой голос тем, у кого нет