группа не участвовала. И он довольно-таки крепкий орешек, как ты его так быстро расколол?

- Понятно, скинь мне по сети информацию, вечером почитаю.

- Конечно. И еще вот что, та блондинка, которая каторжная из коттеджников. Она во время нападения на ферме работала, и потом ее там не нашли.

- Думаешь, она смылась?

- Думаю, что даже хуже. Убежала с бандитами, которых мы не поймали. Наши еще прочесывают местность, может, что и найдут. Два трупа бандитских нашли утром в кустах, умерли от ранений, пленные их опознали.

- Они всех своих узнали?

- В основном да, и что с трупами бандюганов делать?

- Что, после следствия в яму, сжечь и пепел в болото. И пусть это и остальные пленные увидят, кто в живых останется. Что от уродов в этой жизни даже могил не остается. Еще что?

- Еще по двум каторжанам. Они на нашу сторону в бою встали, раненых таскали, даже отстреливались брошенным оружием. Что с ними делать будем? Вроде как срок еще не вышел.

- Вольную дадим, на сходе. Раз себя с хорошей стороны показали, так и мы с хорошей. Каторга ведь это не наказание, а испытание.

- Ну, тоже правильно - Вязунец деловито кивнул.

Михаила же кольнула какая-то мысль, что они упускают нечто важное. Но он знал, что вспомнит и поймет. Такое уж у него было свойство памяти.

В столовой было шумно, многие не успевали нынче обедать дома, да и ополченцы еще несли службу, поэтому команде Пригожиной приходилось работать ударно. Света Карпова, стоящая на раздаче, сразу заметила Бойко и подозвала подойти без очереди. Вот такая у атамана была привилегия в столовой, как-то сразу так сложилась, и отнекиваться не получалось. Получив поднос с едой, Михаил ушел в свой любимый угол у окна. Этот маленький столик считался в народе "начальственным", и его никто обычно не занимал. И не из-за страха, а из-за уважения. Человек может, хочет просто покушать, отдохнуть, а тут будут его вопросами доставать. Кому такое понравится? В большинство своих заходов в столовую Бойко старался присаживаться к друзьям или знакомым, но сегодня хотелось побыть одному. На обед сегодня была наваристая уха и тушеные овощи с консервами. В обычный столовский стакан налит сладкий морс из ягод, все было вкусно. Хоть и старался Михаил обедать и ужинать дома, но в ближайшие дни будет совершенно некогда готовить ни ему, ни жене. Мимо прошел с подносом Иван Подвойский, инженер из Орши. Михаил пригласил его к себе за столик.

- Приятного аппетита, атаман

- И вам того же. Нам даже не удалось пообщаться толком сегодня.

- Да понятно, тяжелый у вас день. Я и сам тут как Фигаро бегаю, столько проблем надо решить.

- И что надумали?

- Ну, во-первых, разрушенное надо восстановить. Думаю, это не проблема. Пришлем две-три бригады, да и с новыми домами сразу поможем. Гидрогеологи вроде как уже решили вашу проблему, а конструкции водонапорной башни у нас готовы. Можем присылать и в июне устанавливать, а к осени и водопровод к домам провести. Как я понял, Тозик трубы и прочую сантехнику вам уже доставил?

- Да, еще осенью успел.

- И вот какая мысль появилась еще, Михаил. Ваши снабженцы мне рассказали, что у вас много местных складов в Смоленске примечены, и рядом с железной дорогой. Может попросить шкловчан прислать сюда

тепловоз и несколько вагонов. Мы в окрестностях Орши также действовали, в вагон намного больше можно загрузить, меньше расход топлива получается.

Михаил задумался, потом подцепил вилкой картофелину и произнес.

- Разумный подход, но опять же два раза переваливать груз, это очень трудозатратно. А в нынешних условиях мы не можем себе это позволить, у нас не хватает людей.

- Ну, этот вопрос решаем. Мы уже разработали специальные транспортные поддоны, и у нас есть вилочные погрузчики. Больше всего времени уйдет на загрузку поддонов, а потом все делается быстро.

- Если так, то послезавтра озвучьте предложение на собрании, мы только благодарны будем.

- Да не за что, Михаил. Вы тут за нас воюете, кровь проливаете. Если бы не вы, то эти бандиты на нас напали. И боюсь, что мы бы такого удара не выдержали. С военной подготовкой в наших анклавах намного хуже дело обстоит.

- Так наладьте, - Михаил посмотрел на инженера в упор. - Иван, за чужими спинами теперь не спрячешься, придется и вам за оружие взяться. Если не хотите быть рабами, конечно.

Белорусский инженер не нашел, что ответить и сильно задумался.

Михаил рассматривал побитые стены фермы. Ведь только недавно ремонт сделали! А теперь: окна разбиты, стены в выбоинах от пуль, видны также щербатые пробоины от попаданий гранат, хорошо хоть механизмы особо не повреждены. Бой здесь шел недолго, и нападавшие не успели толком накуролесить. Бойко вышел во двор, уютный хозяйственный домик был сожжен. Разломан и навес со столом, два местных жителя из Алфимова пытались их сейчас отремонтировать. Только что им доставили материал с лесопилки, и они пока сортировали доски.

- Здравствуйте, Михаил Петрович, - раздалось откуда-то с боку. Это подошел с инструментом Иван Ружников. - Вот и к нам пожаловали.

Бывший председатель колхоза поставил сумку на землю и горестно вздохнул. Выглядел он не важно, глаза глубоко впали, щеки нехорошо багровели. Хотя кто в сегодняшний день выглядел огурчиком?

- Как у вас дела, Иван Васильевич?

- Да как, вот людей похоронили. Плачут все, да что уж тут поделаешь. Не ваши бы боевики, да ополчение, остались бы от нас рожки да ножки. Вот по хозяйству пока шебуршу, Антонина Ивановна в клинике, ногу зацепило. Да, слава богу, хоть жива осталась. Да и тут, - он огляделся, - главное, что скотина жива. Только одного коника подстрелили, зарезали вчера на мясо, не жилец был. А стены, что стены? Подлатаем, механика тоже мало пострадала, сейчас запчасти привезут, и будем ремонтировать. Жаль, что компьютеры накрылись, а только их поставили. Да вон еще, изверги сожгли домик.

- Вы мне, Иван Васильевич, составьте список необходимого. Послезавтра на собрании озвучим. Нам белорусы помочь сильно обещали, так что не стесняйтесь.

- И что потом? Михаил Петрович, ведь снова эти придут. Стоит ли так здесь напрягаться? Может, людей пожалеем? - Ружников с болью в глазах смотрел на атамана. Но Бойко выдержал взгляд старого, прошедшего через многое человека и твердо