– Эрел наколдовал нам хлеб на палочке и травяную рыбу, – сияя, сообщил Танн, когда Мелина вернулась. Действительно, в ночном воздухе витал соблазнительный аромат. На длинных деревянных прутьях, воткнутых в землю под углом, что-то шкворчало над огнём.

– В моём мире тоже есть хлеб на палочке. Но вот о травяных рыбах я никогда не слышала, – пробормотала Мелина.

– Они водятся на моей малой родине, – объяснил Эрел. – А название такое получили, потому что любят прятаться в танцующих водорослях. Поймать трудно, но такое объедение!

Некоторое время все трое молчали, уставившись в огонь, ожидая, пока еда приготовится.

– Я бы хотел узнать больше о твоём мире, – тихо сказал Эрел.

Мелина задумалась, о чём можно было бы рассказать. И рассказала про своих родителей, про переезд в новый город – тут пришлось объяснять, что такое вообще город, – и новую школу. Даже про Лизу и подвал рассказала.

– Какая подлая девчонка, – сердито заметил Эрел. – Что же ты не применила против неё магию? Твою особую магию?

Мелина усмехнулась.

– Я не владею никакой магией. Я ведь уже говорила об этом.

Эрел нахмурился.

– Но ты изменила натуру чулусов и птиц-шпионов. Спасла меня и Танна в туманном лесу. Что это тогда, если не магия?

Мелина польщённо улыбнулась.

– Наверное, я просто нашла свой скрытый талант, – шутливо сказала она.

Но Эрел кивнул и, по-видимому, говорил совершенно серьёзно.

– Просто попробуй! Я объясню тебе, как здесь работает магия.

Она смущённо покачала головой.

– Давай! – Он вскочил, осторожно вложил ей в руку, которую она подняла, пытаясь отстраниться, магический шар и свёл на нём её пальцы, так, чтобы они касались холодного льда. В этот момент его глаза как будто светились для неё одной, и на сердце у неё стало тепло. Ещё ни один мальчик не смотрел на неё так.

– Ты могла бы наколдовать себе шарф, который согревал бы тебя в прохладные ночи, – мягко сказал он. – Крепче сожми шар и сосредоточься на шарфе, который тебе хотелось бы иметь. Когда увидишь его перед собой, скажи «Гаджа энд’эрр» и представь, как шар тает и магия из него перетекает в твой новый шарф.

Мелина готова была рассмеяться и вернуть шар обратно Эрелу, но он так выжидающе смотрел на неё, что разочаровывать его не хотелось.

– Гаджа энд’эрр, – медленно произнесла она.

Шар в её руке расплавился – как кусок льда на солнце. Ничего похожего на магию. И шарфа было не видать. Она извиняюще улыбнулась, но Эрел вовсе не выглядел разочарованным.

– Попробуй ещё раз! Ученику волшебника нужно быть очень терпеливым – и верить в себя.

Но Мелина отмахнулась и снова села у огня. Она не хотела обманывать его, делая вид, что она действительно волшебница.

– Я проголодалась. Может, в другой раз.

Некоторое время Эрел выжидательно смотрел на неё. Затем он вынул из огня палку и, улыбаясь, протянул ей.

– Неудивительно, твоя кула совсем не утоляет голод.

– Спасибо! – Мелина откусила кусочек соблазнительно пахнущей рыбы, но тут же испуганно дёрнулась назад. Она обожгла себе губы.

– А в вашем мире готовая еда разве не горячая? – полюбопытствовал Эрел. Ей стало неловко, и она осторожно отщипнула кусочек хлеба.

– Горячая! Просто я раньше не ела у костра.

– Не ела у костра? – Эрел смотрел на неё, вытаращив глаза. – А где же вы едите, когда собирается много гостей?

– Дома едим. За обеденным столом, – ответила Мелина.

– А у нас обычно половина деревни собирается вместе на ужин и заодно поболтать, – ответил Эрел, который оторвал кусок от своей рыбы и сейчас держал его в руке. Пальцы у него огнеупорные, что ли?

Танн кивнул, дожёвывая хлеб и разделывая свою порцию рыбы.

– Посиделки у костра для меня были самыми приятными, когда мы ходили в лес рубить дрова. Каждый вечер на вертеле были дымчатые гуси или пещерные лисы, а также припасался бочонок ночного напитка. Поруби-ка дрова несколько часов без отдыха, живо проголодаешься.

Эрел рассмеялся.

– Я могу себе это представить. Но если тебе это так нравилось, то почему ты стал учеником чародея?

Танн некоторое время смотрел на пламя, тени и свет блуждали по его лицу, как будто рассказывая его историю.

– В общине было здорово. А вот дрова рубить – скука смертная. В какой-то момент я осознал, что мечтаю совсем не о том, о чём мечтали мои друзья. Мне хотелось однажды уйти из деревни боганов, повидать мир. А у нашего народа правила… довольно жёсткие.

Эрел внимательно посмотрел на него.

– И как же ты связался с Салиусом?

Танн бросил свою палку в огонь.

– Я всегда вызывался добровольцем, когда нужно было доставить кому-то волшебную древесину. Салиус был одним из наших постоянных покупателей. Однажды он пригласил меня в свою хижину-обманку и показал мне то, чего я никогда не видел и не увидел бы в родной деревне. Я был очень впечатлен. И когда он спросил меня, хочу ли я стать его учеником, я сразу сказал «да». Это был мой шанс!

Эрел нахмурился.

– Он просто так пригласил тебя к себе? Просто потому, что ты принёс ему дрова? Извини, я не хочу тебя обидеть, но, если у волшебника есть хижина-обманка, он обычно не рассказывает об этом поставщику дров.

Танн выпятил нижнюю губу.

– Мы славно пообщались, он был очень добр ко мне. Когда он попросил меня оставить оружие у входа, я ему объяснил, что топор ветра – не оружие и что взят он был из Пещеры Ветра. Салиуса это всё очень заинтересовало. И пещера, и моя жизнь у боганов…

Эрел резко поднял голову.

– Пещера Ветра? Он спрашивал тебя о Пещере Ветра?

Танн сел прямо и стал оправдываться:

– А что такого? Я ему понравился, и он спросил меня, доволен ли я своей работой лесоруба. Я подумал, что это было очень…

– Значит, сразу после того, как ты упомянул пещеру, он предложил тебе стать его учеником? – нервно спросил Эрел. – Он расспрашивал, где она находится?

Мелина изумлённо посмотрела на него.

– К чему ты клонишь?

Танн обиженно покачал головой.

– Всё было не так. Мы выпили по чашке папоротникового чая и разговорились. Обычно боганы говорят об этом без подробностей. Как и сейчас. А может, мне и не стоит вам всё рассказывать, раз ты все мои слова переиначиваешь!

Эрел провёл рукой по волосам.

– Прости. Ты тут ни при чём. Просто звучит так, будто Салиус знал название пещеры. Да и вообще: маг проводит эксперименты с живыми существами, и у него есть собственная переходная комната – с