чтобы он молчал и не мешал мне. Ручка под моей ладонью опустилась, дверь начала открываться. Я отступала вслед за ней. И когда она приоткрылась, резко, со всей силой, что у меня есть, толкнула её назад. Раздался глухой стук и стон.

— Да что тут происходит, — выругался мужчина и шагнул в комнату, открывая дверь.

Я спряталась за дверью и выглядывала в маленькую щелочку. Не дышала и надеялась, что мое везде стучащее сердце он не слышит.

Мужчина открыл дверь шкафа и нырнул в него. Я аккуратно вышла из-за двери и бесшумно выползла в коридор. Мне нужен был телефон. Который, как назло, остался в моей спальне! Значит, добегу до милой соседки-старушки и вызову полицию от неё. Там же пережду.

Я попятилась назад и резко повернулась, чтобы убежать, но тут же наткнулась на человека в черной маске. Врезалась ему в грудь и сразу отпрянула.

— Ты что тут делаешь? — испуганно спросил он.

— Живу. А ты? — тоже испуганно ответила я.

— Где картины? — спросил он, повышая тон.

— Какие картины? — переспросила я.

— Не прикидывайся. Отдай картины, и мы спокойно уйдем.

Позади его спины что-то взметнулось в воздух, подлетело и накрыло парня с головой. Это же мое одеяло! Парень забарахтался, закричал, и я ринулась к выходу.

Но не успела. Меня схватили за руку, я резко затормозила и рухнула на пол. Протянула руку и схватила лежащий на полу стул.

— Ушли отсюда! — крикнула я, уже не чувствуя себя от страха. — Я вас убью этим стулом!

Парень засмеялся, я швырнула стул, и он, моментально поменяв траекторию, прилетел смеющемуся по голове. Он отшатнулся и влетел в стену затылком. Застонал, и пока он отходил от удара, а второй скидывал одеяло, я вскочила на ноги. Снова схватила стул и направила на них, отступая к выходу.

— Держи её, она ментов вызовет, — застонал парень у стенки.

— Ваня, свет! — крикнула я.

Тут же в коридоре загорелись все лампочки, и парни зажмурили глаза. Я побежала к двери на ощупь, зная путь. И уже добежала, но остановилась.

А вдруг они решат поджечь дом, чтобы скрыть улики? И тогда Ваня никогда не выберется отсюда.

— Черт, — выругалась я.

Развернулась и побежала на кухню. Мне нужно было что-то, чем можно напугать их. Схватила нож, но пользоваться им опасно, вдруг убью ещё нечаянно. Открыла мусорку, достала пустую стеклянную бутылку от лимонада, ударила её о край стола. Бутылка звякнула, но не разбилась. Я ударила посильнее, и раздался звон стекла. В руке оказалось самое настоящее оружие с острыми краями.

— Даю вам возможность уйти живыми отсюда! — крикнула я, держа перед собой бутылку. — Я псих, и у меня справка есть!

Подошла ближе и замахнулась на парня. Он отскочил от блестящего острия. Я зарычала, как зверь, и начала наступать на них.

— Проваливайте и забудьте дорогу сюда!

Парни медленно отступали к выходу, и я снова зарычала. Пусть думают, что я правда псих.

Слегка отступила к полке, схватила второй рукой книгой и кинула в них. Потом ещё одну, ещё и ещё. Я подкидывала, а Ваня подхватывал и целился прямиком в голову. Парни замахали руками, пытаясь отбиться от града книг. Томики со стуком падали вниз, а я кидала и кидала. И только они оказались на пороге, дверь с большой скоростью начала закрываться, ударила их, и они оказались на улице. Щелкнул замок.

Я подошла к окошку и смотрела, как они убегают от странного дома, где живет ненормальная. Их фигуры скрылись где-то вдали, и только тогда меня начало отпускать. Я сползла вниз по стенке, ещё держа в руках бутылку. Трясло так, что стучали зубы.

— Полиция… — тихо сказала я. — Надо вызвать полицию.

Но встать не могла. От пережитого ужаса тело окаменело, и я приросла к полу.

— Вань… телефон… в комнате… — с трудом выговаривая слова, сказала я.

Телефон прилетел мне в руки через несколько секунд. С трудом попадая по клавишам, я набрала 112 и невнятно, ошибаясь, спотыкаясь в словах, сказала диспетчеру о взломе. Девушка с безразличным голосом ответила, что наряд приедет и велела ничего не трогать.

А я не собиралась ничего трогать. Я и вставать не собиралась. От двери сильно тянуло холодом, но я не мерзла. Мне было жарко. Безумно жарко.

— Саш… — тихо сказал Ваня. — Ты молодец. Они ушли. Ты справилась.

— Они вернутся… Если не они, то другие… Проклятье Татьяны свершится, — произнесла я. — Это отсрочка неизбежного. Я ключ. Я должна замкнуть круг. Род закончится. Ты освободишься.

— Нет, этого не будет. Не говори так.

Я уронила голову на колени и закачалась, как маятник. Будет. Это уже сбывается. И если я не найду способ, как снять проклятие другим способом, в следующий раз спугнуть грабителей не получится.

Ваня оказался рядом. Сначала он забрал у меня бутылку, с силой вырвав её из рук. Потом я почувствовала, как он берет мою ладонь. Я всхлипнула от страха и его близости, и мне так хотелось, чтобы он обнял меня. Но это было невозможно. Как и все происходящее казалось невозможным. Но оно происходило. Оно было.

Полиция приехала только через два часа. Я все это время просидела на полу, приходя в себя. Двое мужчин в форме и один в гражданском обошли дом, спросили об украденном, о самих ворах. Услышав, что ничего не взяли, и лица были спрятаны, а руки в перчатках, они посмотрели на меня так, словно у меня и правда справка есть.

— Поставьте сигнализацию, — посоветовал полицейский в форме.

— У вас есть что из ценного? — спросил следователь в гражданском.

— Нет. Бабушкин хлам только, — ответила я. — Но ко мне приходили двое мужчин, предлагали продать им дом. Представились строительной компанией.

— Это не они приходили? — следователь посмотрел на меня.

— Нет… думаю нет. Те двое взрослые, а приходили молодые — по голосу понятно было. Высокие, худые…

Полицейский обошли дом, спросили про осколки на кухне, и я сказала, как есть — хотела напугать. Потом не дали написать заявление, задавали ещё кучу одних и тех же вопросов.

Ушли они через полтора часа, забрав мое заявление и пообещав разобраться. Но их тон говорил о другом — кражи не было, на меня не напали, лиц не видно. Иголка в стоге сена, которую, конечно же, искать никто не будет.

Проводив полицейских, я принялась за уборку. Ваня помог расставить книги, я убрала осколки, бросила в стирку одеяло, отмыла полы. Без физических и каких-либо других сил я налила себе чай и села на кухне. В окно уже