— Считай, что мы в расчете, — прошептал я. — Боюсь, больше ты ничем не сможешь помочь. Так что беги, пока одна волчица не сделала тебя своим рабом.

Суббота что-то рыкнул на собачьем, потоптался на месте, а затем сорвался куда-то в сторону. Так даже лучше. В глубине души я был рад увидеть старого приятеля перед концом.

Можно было много и долго рассуждать о том, как так получилось, но не оставалось ни сил, ни желания.

Сглупил, да. Жалею? Нет. Получилось и получилось. Ну и ладно, хоть что-то хорошее сделал напоследок. Возможно, впервые в жизни просто так.

Отключился спокойно, даже не понял, в какой именно момент это произошло. Очнулся буквально тут же, от непрерывной боли, потому что меня непрерывно трясли. Отрубился, очнулся — тряска. Кажется, меня то ли везут, то ли тащат по земле, то ли просто началось землетрясение. Может, подземный червь никак не может найти мою тушку, вот и роет вокруг?

Уснул, очнулся. В этот раз в полной темноте и при этом не трясло. Это оно? Помер наконец?

Ко рту что-то прикоснулось, в горло полилась странная горьковатая жидкость. Накатила тяжесть… Последняя мысль, промелькнувшая в голове, вряд ли принадлежала мне:

— Лучше… Бы… Тостер…

Дальше пошли сны… Обрывочные, бестолковые, чаще просто бредовые. Очнулся лежащим на чем-то мягком. Взгляд тут же уперся в странный потолок из досок с бревенчатыми балками поперек.

Проморгался и прислушался к ощущениям. Слабость была дикая, боль ноющая, но не такая сильная. Пальцы шевелятся, что уже хорошо. Вроде не парализовало.

— Четверг? — мысль улетела в пустоту. Нет отклика, он меня не слышит. — Четверг, разверни интерфейс доступа, высший приоритет задачи.

Тишина. Он просто меня не слышит.

— Черствый, Емини, Тройственность, Вечно, Если, Рим, Грубо.

Пароль входа в административный режим так же улетел в пустоту. Это значит что? Что модуль связи не просто отключен, пароль выше любых блокировок. Модуль поврежден, и я просто не могу контактировать со своим ИИ-компаньоном.

При этом я его чувствовал, что было странно, но логично. Все-таки его энергетическая структура буквально оплетает мой мозг. Понятно, что у нас теперь есть некая более глубокая связь, нежели обычный интерфейс ввода-вывода информации, которым было наше мысленное общение.

Так, получается, я жив, Четверг жив, уже неплохо.

Попытался подняться, спину прострелило болью, в глазах полыхнуло так, что я со стоном завалился обратно. Боль стала сильнее, захотелось тут же отключиться, спрятаться в спасительной тьме.

— Очнулся, — в помещение влетела девушка и тут же что-то поднесла ко рту. — Пей, пей. Горицвет с молоком снимет боль, тело укрепит. Пей.

Я пил горькую жидкость и не морщился. Боль действительно начала отступать.

— Полегче? — перед глазами появилось веснушчатое улыбчивое лицо в обрамлении соломенных волос.

— Спасибо, — слово далось с трудом, будто ком в горле встал.

— Хорошо, что очнулся. Как себя чувствуешь?

Отвечать правду не хотелось, потому что некрасиво так материться при незнакомой девушке. Поэтому ответил просто:

— Паршиво.

— Тебе сильно досталось. С кем ты бился, что тебя так поломало?

— От дикого медведя убегал, — постепенно голос возвращался.

— Да, здесь такие водятся. Но они обычно… Ладно, я Вешка. А тебя как зовут?

— Рейн. Ты меня спасла?

— Я? Нет, тебя дедушка Мазай привез. На телеге притащил откуда-то. Говорит, целый день тащил до самой ночи.

— Со мной был шипогрив. Кажется.

— Нет, ты один был. А шипогрив, это кто?

— Такая большая собака, только вместо шерсти у нее острые шипы.

— Так правду говорят, — глаза Вешки округлились. — Страшный демон тебя оберегает. А я думала, дед Мазай врет, как обычно. Он так-то хороший, но как горицвета перепьет, так начинает всякие басни рассказывать.

— А что он говорит? Что за демон?

— Говорил, будто на опушку к ручью за рыбой ходил, а на него демон страшный напал, каких никто не видел раньше. Напал, схватил и потащил куда-то. А там ты лежишь. Ну и демон сказал ему, мол, спаси хозяина, а то съем.

— Так и сказал? — попытался улыбнуться я.

— Ну… — замялась Вешка. — Так дед Мазай рассказывал, а как там на самом деле, я не знаю.

Меня спас дед по имени Мазай… Или это очередной сюр, и я все еще сплю, или Логосу не чужда ирония. Тогда надо поменяться масками с Роджером.

Значит, Суббота меня не бросил, а пошел и привел помощь. Сообразительный пес, ничего не скажешь. Ну и раз Вешка шипогрива не видела, значит, сам он сюда не суется. Кстати говоря, а «сюда» это вообще куда?

— Вешка, а где я вообще?

— В Старых Лыхах. Это наша деревня. Мы тут живем.

— Деревня? Живете? Я вообще где, в Логосе хотя бы?

— Конечно в Логосе, — усмехнулась она. — Где же еще можно жить? Не в глубине же.

Фух. Выдохнул. Хотя бы тут все стабильно. Стабильная сдвоенная полусфера с точкой посередине, как описал бы наше положение Четверг.

— Лежи, набирайся сил. Я попозже еще зайду.

Вешка ушла, и я больше не предпринимал попыток подняться. Лишь слегка повертел головой, оглядывая место, где оказался. Деревянный сруб, нехитрая мебель также из дерева, никакого металла.

Тепло, по-своему уютно. Я лежал на довольно мягких шкурах, мог нащупать мягкую плотную шерсть. В углу заметил лавку, на которой лежали мои вещи. Карманы надо бы проверить, но костюм, плащ и ботинки на месте, из-под них виднеется тонкая цепь кинжала. А тесак я и так видел, стоит, прислоненный к стене. Ничего не тронули, ничего не украли. И главное, не убили, чтобы забрать эйб и способности. Даже удивительно. Я в раю?

Через несколько часов ко мне пришел новый гость. Пожилой мужчина с длинной бородой. Одет в простые одежды, думаю, лен, вышитый простеньким алым узором по краям. Сам дед был довольно крепким на вид, хоть возраст уже и брал свое, давя на плечи и пригибая к земле.

Старик опирался на сучковатую палку и пригибаться явно не желал. По крайней мере плечи держит ровно, а взгляд прямой и уверенный. Вряд ли это тот самый Мазай, мне кажется, этот старик не смог бы тащить меня целый день, даже на телеге. Хотя…

Я рефлекторно попытался оценить его ранг через энергетический спектр, но глаз пронзило такой болью, что она рикошетом отдала в затылок. Мне на мгновение показалось, что я вообще вот-вот ослепну. Проморгался, вроде бы помогло.

Боль постепенно стала утихать, а круги перед глазами таять. На этом я решил пока прекратить эксперименты со способностями.

— И правда очнулся, — голос сухой, уставший, но дружелюбный. —