всего, как и столица, Шейлинг. Туда волна нападающих обычно не докатывается.

— Я и не беспокоюсь, — пожала плечами.

Не рассказывать же, что будущее с Ивенгом пугает меня куда больше, чем твари?

В путь двинулись лишь на следующий день.

Иньшен приходил в себя стремительно, лечение явно помогло. После того как его резерв восстановился, раны затянулись сами, а обилие воды и еды прибавило сил.

Спали мы порознь. Не просто отдельно — еще и отгородившись друг от друга привязанными к деревцу конями и костром.

На этом настоял наг.

Я была бы не против прижаться к теплому боку и наконец согреться, но возражать не стала. И так уже чуть не отдалась прямо на песке, не хватало еще сильнее опозориться.

Приходилось мерзнуть в одиночестве.

Выступили поздним вечером. Иньшен рассудил, что так будет легче передвигаться, да и в движении теплее, чем ежиться на прохладном ветру под тонким плащом. Когда над пустыней заалел рассвет, устроили из плащей навес под одним из крутых барханов и задремали. Караулили по очереди, но, к счастью, твари нас больше не тревожили.

Глава 21

Когда неделю спустя на горизонте показалась бурая линия крепостной стены, я сначала не поверила глазам.

Но полоса ширилась, росла, и вскоре места сомнениям не осталось.

Мы добрались.

Стражи на воротах при виде нас засуетились, решетка со скрипом поползла вверх, а створки — в стороны.

Оборона приграничной заставы выглядела надежно. Пожалуй, крепче и внушительнее, чем со стороны Поднебесной. Еще бы, им не только атаки кочевников приходится отбивать, но и тварей отшвыривать обратно в пустыню.

Крепость врастала в монолитную скалу, сиявшую на солнце отшлифованными гранями. Наверняка постарались демоны — только они умели из обычного камня сделать настоящий природный заслон против врагов.

Тесные улочки после бескрайних песчаных холмов выглядели непривычно.

Давили.

А еще тут были люди.

Они торговали, что-то выкрикивали, переговаривались, громко смеялись.

Понимая мое состояние, а возможно, и разделяя, Иньшен выбрал самый отдаленный постоялый двор, в тихом переулке за небольшим садом. Зато там имелись совершенно роскошные купальни. Скромные, если сравнивать с теми, что во дворце отца, но после лужиц в оазисах — божественные.

Оставив истощенных коней на попечение слуг — в глазах несчастной Бао при виде изобилия яблок, моркови и овса мелькнуло нескрываемое блаженство, я втащила сумы в отведенную мне комнату и тут же поспешила приводить себя в порядок.

Небольшой источник питал три бассейна. Один из них снабдили подогревающим артефактом. Недешевое удовольствие.

Я даже не спросила, сколько будет стоить проживание!

А, неважно. Мы на территории нагов, Иньшену и разбираться. Принц, поди, ему и так все вынести должны в пиале, готовое. Судя по восхищению, сквозившему в речах трактирщика и встречных стражей, его здесь знали и уважали.

Перепробовав все три, я выбрала самый теплый бассейн и растеклась в нем довольной медузой. Пузырьки из источника щекотали ступни, разбросанные по полу лепестки роз благоухали вовсю. Мыло местное оказалось выше всяких похвал, даже интереснее, чем то, что я привезла с собой из дворца. Сладковато-ванильное, оно взбивалось в пышную пенную шапку, легко смывалось и оставляло волосы шелковистыми и послушными. Кажется, в составе масло, но какое — не пойму. Нужно будет спросить.

Распаренная и довольная, я вышла во двор и наткнулась на мрачного Иньшена.

— Ты что здесь делаешь? — удивилась я.

— Тебя жду, — буркнул наг, разворачиваясь. — Ушла, и нету. Ночь уже!

— Прости, — потупилась я.

И правда увлеклась. Но почему он так встревожился? Неужели злодеи, что покушались на наш отряд на территории Поднебесной, доберутся до своей цели и в Шийлигджи?

— Думаешь, мне и здесь грозит опасность?

— Вполне вероятно. Постарайся далеко от меня не отходить, — добавил Иньшен. — Наши комнаты рядом, в случае чего — кричи.

— Пусть они в случае чего кричат, — фыркнула я.

Время, когда я могла позволить себе демонстрировать слабость, закончилось. Пора вспомнить, что я не просто тринадцатая принцесса рода Танли, но и бесстрашный воин. Во дворце, особенно среди местных женщин, Иньшен меня защитить не сможет. Придется справляться самой.

Я долго лежала в постели, не в силах заснуть. Уши то и дело ловили посторонние звуки — звон посуды, голоса, шелест шагов. После звенящей тишины Пустошей каждый из них заставлял меня подскакивать и напрягаться, готовясь защищать свою жизнь.

Как уснула — не заметила.

Присутствие постороннего живого существа неподалеку щекотнуло чувства.

Еще не открыв глаза, швырнула в ту сторону крошечный сгусток магии и была вознаграждена паническим писком.

— Мышь, — отметил Иньшен, не поведя и бровью.

— Точно, — с облегчением выдохнула, поднимая голову.

Мы больше не в Пустошах, где нужно следить за каждым шорохом. Вокруг стража, люди, сигнал тревоги не услышит лишь глухой.

Погодите-ка.

Я ведь лежала одна.

Как так получилось, что моя щека покоится на широкой груди нага?

Давя нарастающую панику, огляделась.

Это еще и не моя комната!

Как я умудрилась во сне миновать две двери и пролезть в постель к Иньшену? Позор-то какой!

Могла ведь и промахнуться. Влезла бы к какому-нибудь торговцу… Вряд ли пострадала бы физически, но моя честь!

Впрочем, ей тоже хуже не будет. После месяца наедине… не удивлюсь, если из дворца шивона меня сразу же отправят обратно к отцу, как порченый товар.

— Прости! — слетая с горячего торса, выпалила я.

И поспешно зажмурилась, потому что спал Иньшен, по обыкновению, в одних штанах.

Отчего-то в пустыне его склонность разоблачаться меня так не смущала.

— Ничего страшного. Я все понимаю. Новое место, непривычная обстановка. Не переживай так.

Наг потянулся, лениво встал, не торопясь прикрыться и будто даже рисуясь.

Да, я подглядывала из-под ресниц, не в силах удержаться от соблазна.

Иньшен развернулся спиной, натягивая рубашку, и от игры литых мышц у меня резко пересохло во рту.

— Пойдем, я провожу тебя. Проверю, чтобы никого не было в коридоре.

В голосе нага не слышалось насмешки, лишь забота и тепло.

Я молча кивнула.

Хотелось попросить его остаться, остаться самой — и не ехать в Шейлинг вовсе. Но нельзя. Нельзя.

Как и обещал, принц выглянул за дверь, убедился, что поблизости никого нет, и, ухватив меня за руку, потащил за собой. Шаг, еще шаг, два поворота ключа — надо же, я и запереть не забыла, какая предусмотрительная! — и мы в моей комнате.

— Встретимся за завтраком, — светло улыбнулся Иньшен, будто бы просыпаться в одной постели — самое обычное для нас дело.

Замер.

И медленно, очень медленно развернулся в сторону кровати.

— Замри. Не двигайся. И ради всего