и Рус расположились на диване, а наши гости придвинули поближе к дивану кресла, и устроились поудобнее с ароматным напитком в руках.

Я не выдержал.

— Слушаем вас.

Главный Призрак усмехнулся.

— Нет, это мы слушаем вас. Вы же к нам обратились. С просьбой о помощи. Так что вам нужно?

Рус нахмурился. Яр поставил чашку с кофе на стол, и встал.

— Пожалуй, я налью себе чего покрепче. — И направился встроенному в дальнюю стену бару. — Если кто-то желает присоединиться, бар в вашем распоряжении. — Хрустальный звон кубиков льда в кромешной тине прозвучал как тревожный звон колоколов. Не предвещая ничего хорошего.

Я уставился прямо перед собой, сложив вцепившись пальцами в подлокотники. Ох как не желая вспоминать прошлое. Но осознавая, что придется. Причем, во всех подробностях.

Первым заговорил Рус.

— С чего начать?

— С самого начала. Нужны все подробности. Даже самые мельчайшие детали могут быть важны. Рассказывайте все.

Руслан хмыкнул.

— Хорошо. Шесть месяцев назад у нас на фирме началась утечка информации. Мы выяснили, что нас кто-то обкрадывает. Начали расследование. Одновременно, в нашей компании появляется новая сотрудница. Пришла устраиваться на работу молодая девушка. Лео сразу ее заприметил. Мы тогда только избавились от очередной любовницы, а по совместительству, нашей ассистентки. Так что место оказалось вакантным. Мы предложили его девушке, Есении Михайловне Павловой. Двадцати пяти лет. Невзрачная серая мышка. — Руслан печально усмехнулся. И продолжил: — Оказалось, не только мы положили на нее глаз. Наш бывший начальник отдела кадров. Бузакин Олег. Мы тогда дружили с ним. Он подкатил к нашей Есе прямо на собеседовании. Предложил ей сделку из разряда… хочешь должность, хорошо отсоси. И расстегнул прямо при ней ширинку. Вывалив ей на обозрение свой огрызок. — При этих словах Рус поморщился. — Девушка оказалась, хоть и невзрачная, но с характером. И то, что она ему ответила, слышал весь офис. Над ним еще долго потом насмехались. Кликуха «Огрызок» намертво приклеилась. В общем, она послала Олежку в пешее эротическое турне. И убежала, хлопнув дверью. Это все мы уже потом выяснили. Когда приняли ее на работу, и поручили СБ собрать на нее полное досье. — Рус на мгновение замолчал, сделал глоток кофе. — Лео столкнулся с ней, выбегающей в слезах из нашего здания. И мгновенно запал. Захотел ее. Учуял аромат нашей пары. Уверял что она та самая. Конечно, мы отнеслись к его словам с одной стороны скептически, а с другой, его предчувствие, не раз спасало нам жизни, и не подводило.

— Поэтому, Рус приказал привести девчонку к нам. Предложил ей работу. Малышка оказалась сплошной проблемой. Делала все, лишь бы не привлекать наше внимание. Одевалась скромно. Вела себя корректно. Не вызывающе. Никакого макияжа вообще. Никакого парфюма. Лишь чистый аромат морской свежести, манго и мяты. Наш персональный тропический ад. Ибо раем сложно назвать непонятно откуда взявшийся постоянный стояк, и посиневшие за месяц ухаживаний яйца. Да, к девочке, такое свежей и чистой, без всей этой силиконовой мерзости, нас потянуло сразу. Всех троих. Все почувствовали в ней пару. Вот только подступиться не смогли. Она в упор не замечала наших стараний. Вела себя сугубо по-деловому. Потом, случился тот гребаный корпоратив. На котором Олежек насмехался над нами. Предложив на спор… Если мы трахнем ее за неделю, все трое, и предоставим видео, то выиграем. Если не сможем, то дарим ему всю нашу фирму. Мы тогда подвыпили. И согласились… Уже на утро, протрезвев, осознали насколько лоханулись. Так нельзя поступать с собственной парой. — Рус снова замолчал. Мрачно уставился на Призраков. — Считаете нас мудаками? А мы тогда такими и были. И не хотели из-за глупого спора, просрать бизнес ради которого горбатились не один год. И девушку терять не хотели. Стали ею буквально одержимы. Дьявол. Хотели ее до одури. Телом. Сердцем. Душой. Хотели для нее всей вселенной стать. Чтоб не то, что жила, дышала только ради нас. Эгоистично? Да похрен. Уже через неделю, решили, что она будет нашей навсегда. Наша сладкая райская одержимость. И однажды, ее стены рухнули… — Рус замолчал, прикрыв глаза, словно сам потерялся в воспоминаниях. Думаю, в невероятно восхитительных.

— Хватит релаксировать, продолжай Руслан. Предаваться своим эротическим фантазиям, и дрочить, будешь, когда все расскажешь. — Эхом отлетел от стен бас одного их Призраков.

— Ублюдок.

— Неет, мои родители настругали меня в законном браке, — насмешливо протянул второй Призрак.

— Хватит, словно дети малые. — От громогласного еще моложавого рыка содрогнулись даже стекла в панорамных окнах кабинета. Все вскочили, и как по команде, обернулись, выхватив оружие.

— Не стрелять! — Крикнул Руслан. Опуская свой глок. — Дед, твою мать… Сколько раз сам повторял нам, не подкрадываться к человеку с оружием в руках. — И спокойнее произнес. — Опустить оружие. Это наш дедушка, Амирхан.

Мы обняли дедушку.

— Дедуля, рад видеть, — поприветствовал по-простому самого дорогого, после Яра, Руса, и Еси, для меня человека.

Ведь это именно он спас нас двадцать один год назад…

— Лео, Рус, Яр. Мальчики мои. Дайте на вас посмотреть. Как выросли. — Амирхан добродушно подшучивая, обнял нас троих по очереди. Затем, по-хозяйски уселся в кресло… и хлопнул ладонями по столу. Мы вздрогнули от неожиданности, даже Признаки поежились под суровым властным взглядом дедушки Амирхана.

Мдя, в своем репертуаре. Уж что что, а нагнать страху дедуля умел. — Призрачная Триада. Кто вы такие выспрашивать не буду. И так все знаю. — Призраки недоуменно переглянулись. — И не нужно мне тут переглядываться. Я так понимаю, у вас интерес до банды Красавчика. А у нас до некоего Петра Кабанова, и его подельников. Он же Кевин Мейнард. Нам нужно знать все, что вам удалось на него нарыть.

— Мейнард? — переспросил я.

— Да, внук, тот самый. С кем вы так неосмотрительно заключили контракт. И чуть не просрали весь свой бизнес. Вы чем думали, олухи? С кем связались? Это же он подставил Есению. Он заказал ее похищение. Он над ней издевался. Разве я не прав? — Обратился дед к Призракам.

— Правы, да не во всем. Мейнард лишь пешка. Главного заказчика мы до сих пор не выявили…

Голоса превратились в нестройный гул. Я словно слышал их со стороны. Снова погружаясь в пучину воспоминаний. Словно опять оказался там, в том карцере…

* * *

Двадцать один год назад

Московский интернат

Та самая ночь…

Шли пятые сутки моего заточения в карцере. Я по-прежнему сидел на матрасике в углу комнаты. Боясь пошевелиться. Находясь в ужасе от того, что здесь случилось накануне ночью…

Когда опричники отстегали кнутом мальчика моего возраста. Почти забили его насмерть…

Кровь стыла в жилах,