class="p1">Дети остаются в группе, а нас просят подняться в актовый зал. Там мы садимся на неудобную лавку, и уже через несколько минут нас начинают подпирать с обеих сторон.

Чтобы было хоть чуть-чуть полегче, Илья поднимает руку и заводит ее на спинку моего стула. Теперь я прижата к его груди.

- Удобно, - хрипит он мне в волосы, трудно вдыхая.

- Все нормально, - отвечаю неловко и кладу свою ладонь на его ногу. - А тебе?

- Терпимо, - скучающе рассматривает обстановку зала.

Я закусываю нижнюю губу.

После вчерашнего разговора как-то сразу все поменялось. Должно было стать легче, но пока я этого не чувствую.

Нам обоим немного неловко.

Но ведь все пройдет?

Свет в импровизированном зале приглушается, на сцену выходят дети. Они радуются, поют, некоторые рассказывают стихи и участвуют в конкурсах. Удивительно, но я не вспомню, чтобы мы вот так, вдвоем, вместе посещали утренники Насти или Артема. Зато с внуками вот… удалось.

На несколько минут отключаюсь от действия на сцене, а когда возвращаюсь мыслями в зал, появляется главные герои - Дед Мороз и Снегурочка.

- Раз, два, три. Елочка, гори! - просят дети.

- Надо громче!

- Раз, два, три. Елочка, гори! - надрываются.

Дед Мороз со смешной бородой, больше похожей на волнистый каракуль, садится на стул, а группа принимается танцевать под детскую песенку «Снежочки».

Лева с Лешей активно дурачатся и под финал номера начинают драться на полу.

- Твою мать… - тихо хрипит Александров.

Потом мы задираем подбородки в потолок и делаем вид, что это не наши дети. Чьи-то чужие. Соседские.

- Ну а сейчас, дед Мороз будет раздавать подарки, - Ольга Сергеевна наконец-то разнимает ЛеваЛешиков, как называет их Илья. - Нужно подойти к нему и рассказать, за что вы любите своих родителей, бабушек и дедушек, которые пришли сегодня сюда.

Малыши наперебой верещат. Их выстраивают в колонну и начинают с самых воспитанных, потому что каждый из них говорит складно и важно.

Зрительный зал встречает выступления детей умилительным мычанием.

- Ом-м-м-м-м-м!

- Я люблю своего папочку за то, что он зарабатывает деньги и научил меня правильно мыть моего петушка…

- Ом-м-м-м-м… - мычат со смехом.

- Степочка, - останавливает мальчика воспитатель. - Ты молодец. Получи свой подарок…

Доходит очередь и до наших.

Я к тому моменту совершенно забываю, что сижу в объятиях бывшего мужа. Здесь хорошо, тепло и уютно. Я пригрелась, как змея. Откинувшись на плечо Ильи, с улыбкой наблюдаю за Лешей, который тянется к аутентичной бороде:

- Пи-с-да! - Как обычно, чуть путается в звуках.

Все заливисто смеются.

- Лева скажет за двоих, - Ольга Сергеевна командует. - Как самый разговорчивый!

Я с гордостью смотрю на внука.

- Я люблю свою бабушку, потому что она очень милая и красивая, - начинает неплохо. - А еще она готовить самый вкусный пирог из яблок…

- Это правда, - недовольно подтверждает Илья.

- А еще она работает с ленивцами…

Зрители откровенно ржут.

Лева оправдывается:

- Что смешного? Дед, ты же сам так говорил. Сидит там ваша Оля с ленивцами и борокрахами.

- Крахоборами… - Илья даже не отнекивается.

Я толкаю его в бок локтем. Он ржет.

- А где вы работаете? - уточняет Ольга Сергеевна.

- Я… да… - теряюсь.

Не говорить же, что в Администрации города?

- В зоопарке, - помогает мне Александров.

- А еще я люблю дедушку. Готовит он невкусно, бе-е-е-е-е, - Лева демонстрирует язык, - но зато разрешает нам поиграть с ножиком. Во. С таким больши́м, - вытягивает обе руки в стороны.

- «Срожиком» - подтверждает шмыгающий носом гриб Алексей. После драки мишура слетела.

- Игрушечным, конечно, - оправдывается Илья перед родительским сообществом.

- Ну конечно. А каким же еще? - я еще раз давлю локтем в бок.

Прости нас, Господи! Когда вернутся их родители?

После того как дети, уже одетые и чумазые от конфет, оказываются в моей машине, мы с Ильей останавливаемся друг напротив друга.

Я выправляю волосы из-под воротника шубы и смотрю на него. На суровое лицо падают снежинки.

Одна, вторая, третья.

Сразу же тают.

Вот бы так и прошлое, да? Просто бы растаяло… без следа.

- Завтра уже Новый год, - брякаю я зачем-то и тут же жалею.

Илья молча кивает.

Смотрит на меня выжидающе.

Я вдруг хочу его пригласить на праздник к нам, но тут же себя одергиваю. И дело вовсе не в том, что ему есть с кем отметить? Наверняка он с кем-то договорился. Хоть с той же Аленой.

Просто…. между нами целых десять новогодних ночей врозь.

И все очень непросто.

Мы оба это понимаем.

- Хорошо вам отметить, - он кивает на близнецов, раскачивающих мой «Тигуан».

Я усмехаюсь.

- Спасибо.

Он делает шаг ко мне.

Прижав к своей шее, поглаживает по голове.

- С наступающим тебя, Оля! - говорит чуть сдавленно и отдаляется.

- Счастливого тебе Нового года, Илья!

Я сажусь в машину.

И уезжаю.

 Глава 28. Ольга

Остановившись на парковке возле муниципального детского сада, дергаю вниз солнцезащитный козырек и поправляю вишневую помаду на губах.

После бессонной ночи сомнений и раздумий мои глаза выглядели такими уставшими, что пришлось рисовать новые. Беззаботные и не уставшие.

Кажется, у меня получилось.

Это странно, но после вчерашнего разговора с Ильей волнуюсь страшно. Ведь правда далась нам непросто. Чтобы хоть как-то это смягчить, я предложила помочь ему с детьми, но он отказался.

Собрался и уехал…

- Все будет хорошо, Александрова! - закрываю солнцезащитный козырек.

Найдя в сумке флакон с французскими духами, делаю буквально один «пшик» на уложенные мягкими волнами волосы, чтобы они источали притягательный, женственный аромат, но при этом другие родители в зале не задохнулись. Годы посещений всевозможных утренников с моими детьми многому меня научили.

Рядом паркуется Илья.

Я забираю сумочку и, запахивая полы шубы, выхожу из машины.

- Привет, - говорю с легкой улыбкой.

Илья серьезен:

- Доброе утро, Оль. Сейчас я их транспортирую.

По одному достает из машины детей.

Я быстро осматриваю их лица. Умыты, зубы чищены, аж сверкают.

- Хоя.

- Оля.

- Привет, мои дорогие.

Обнимаемся.

Все вчетвером заходим в группу и окунаемся в уютную атмосферу Нового года. В воздухе пахнет чем-то сладким и лаком для волос.