жена хочет разобраться в тонкостях управления Мелисмардом и разделить со мной тяготы рутины, — произнес он.

Супруга министра вспыхнула, будто восприняла это как нападку.

— Всем нам есть дело до чужих детей лишь до того момента, как мы не обзаводимся своими,— сказала она с вызовом. — Но вы правы, хорошая жена должна стать опорой для своего мужа.

Я опасалась, что после такого заявления и сам министр Ролан не захочет со мной разговаривать. Но он пока был всецело поглощен жареной уткой.

Ксаврен отложил вилку и накрыл ладонью мою руку. Его поддержка в этот момент была как нельзя кстати.

— На самом деле, женский взгляд помогает посмотреть на некоторые вещи под другим углом.

Вынужден признать, что о каких-то проблемах я совершенно не задумывался, — произнес он.

Но Телессия все еще поглядывала на меня с подозрением.

— Насколько я помню, раньше вашу супругу не особо волновали беспризорники, — она обратилась к Ксаврену, сознательно игнорируя меня.

— Не буду скрывать, что первой эту тему подняла Риана, — сказала я. - А мне после стало интересно.

Упоминание сестры Ксаврена было моим последним козырем. Даже если к жене лорда подданные могли относиться предвзято, то желание любимицы всего двора должно было вызывать сочувствие.

— Как файре Риана восприняла тот факт, что ее любимый брат больше целиком не принадлежит ей? — вновь оживилась Телессия.

Я поняла, что так или иначе буду вынуждена поделиться с ней каким-то фактом, который она сможет с гордостью нести подругам на обсуждение.

Мне даже стало жаль женщину, которая так активно старалась добыть хоть какую-то сплетню.

— Мы с Рианой проводим много времени вместе и стараемся стать подругами, — ответила я с улыбкой. — Я с интересом вникаю в темы, которые волнуют ее пытливый ум.

Собеседница, кажется, была удовлетворена и сделала соответствующие выводы.

— Это так похоже на нашу дорогую Риану! воскликнула она и повернулась к мужу. — Ролан, дорогой, ты обязан помочь нашим девочкам разобраться во всем, ведь кто, кроме тебя, знает все об образовании!

Чтобы привлечь внимание мужа, Телессии пришлось пихнуть того в бок. Только тогда министр отложил жареную ножку и посмотрел на меня, будто впервые увидел.

— Хотите, я устрою для вас экскурсию в академию? — спросил он внезапно.

— С удовольствием, — отозвалась я. — Но меня интересует весь процесс от изучения азов до освоения высших наук. Хотелось бы начать со школ.

Мужчина задумался

— Не думаю, что это будет интересно, но можем и это организовать, — сказал он. – С удовольствием составлю вам компанию. Если хотите, можно даже файре Риану взять с собой.

Ксаврен обещал подумать над тем, чтобы разрешить сестре присоединиться к моей экскурсии.

Вечер снова потянулся лениво и безмятежно. Министр решил, что я праздная дурочка, которой будет достаточно показать парадную сторону процесса обучения. Его жена также сочла меня непредставляющей опасности.

Ксаврен же смотрел на меня, не скрывая восхищенной улыбки.

Мне было лестно, что он оценил мои качества и поддержал. Казалось, что отношения между нами становятся все теплее.

— Что ж, был рад познакомиться, — сказал министр поднимаясь. — Я пришлю вам записку.

— Буду рада видеть вас с ответным визитом, — прощебетала Телессия.

Ксаврен пошел провожать гостей, а я поспешила к Риане, чтобы поделиться с ней новостями. Было еще не поздно, и я надеялась, что девушка обрадуется, когда узнает, что сможет составить мне компанию в поездке.

Но дойти до покоев сестры лорда мне помешала внезапная встреча в темном коридоре.

Молодая женщина куда-то спешила, деловито размахивая руками при ходьбе. Но, увидев меня, она остановилась, как вкопанная.

Сложив руки на груди, она оценивающе осмотрела меня с головы до ног.

У меня не было ни малейшего сомнения о том, кем была незнакомка.

Женщина рассматривала меня, словно я была не человеком, а манекеном в магазине. Так пренебрежительно, будто я была чем-то неживым, декорацией или вещью.

— Мне казалось, что попа у меня не такая плоская, — разочарованно бросила она, осмотрев меня с тыльной стороны.

Обойдя меня по кругу, девица нагло подцепила ярко-красным ногтем золотую цепочку, что спускалась под платье. Пропустила ее между пальцами, недовольно поцокала языком и толовой покачала.

— Не знала, что Ксан стал так на кости кидаться, — задумчиво проговорила она, будто сравнивая размер моего бюста и своего. Всегда думала, что он любит, когда руке есть, за что зацепиться.

Увидев, что она тянется к моей груди, я отскочила в сторону.

— Что вы себе позволяете?! — зашипела я, вновь обретя возможность не только шевелиться, но и говорить.

Бывшую Ксаврена я не видела до этого момента.

Но была уверена, что это именно она.

— Хелесия, кажется? — уточнила я, отходя на безопасное расстояние и на всякий случай оглядываясь в поисках подмоги.

Но коридор был пустым.

Услышав, как я назвала ее новым именем, девица зашипела, будто разъяренная кошка.

Растопырив пальцы, она навострила свои коти в мою сторону, будто собиралась расцарапать мне лицо.

— Ты присвоила мое имя и украла моего мужа! — воскликнула она.

Я поняла, что бесполезно с ней разговаривать вежливо и учтиво, такие только грубость понимают, а уважают — силу.

И если поначалу я даже думала сообщить своей предшественнице, что меня с Ксавреном ничего не связывает, кроме рабочих отношений и годового контракта, то теперь мне хотелось поставить ее на место, а заодно немного уколоть, чтобы отомстить за мучения Ксана.

— Не ты ли сбежала с другим мужчиной, бросив жениха у алтаря?! — пошла я в наступление.

— Не ты ли сама от всего отказалась? А теперь пришла к нему назад проситься? Да только место законной жены тебе уже не получить.

Я била наугад. Не знала точно, какие у моей предшественницы были перспективы.

В какой-то момент я подумала, что Ксаврен мог пообещать ей взять ее в жены после того, как я вернусь в свой мир. Вот только если бы все было так хорошо, то не стала бы эта женщина, мучимая ревностью, поджидать меня в коридоре.

Она, кажется, тоже поняла, что выдала себя.

— Ты же понимаешь, что когда Ксан смотрит на тебя, разговаривает, обнимает и приходит к тебе ночью, то любит в этот момент он мое тело? — спросила она с наглой ухмылкой.

Меня будто в живот ударили.

Как бы она не выглядела, сейчас она была абсолютно права. Все те взгляды,