учёная из Национального научного фонда улыбнулась мне, сверкнув ослепительно белыми зубами.

А вот плотный мужик в дорогом костюме — по виду не учёный и не военный — нахмурился и поджал губы. Наверное, какой-нибудь сенатор. Похоже, он уже прикинул, во сколько государству обойдётся всё это спасение Арктики.

Во всяком случае, равнодушным моя речь никого не оставила.

— Молодец, Толя. Я, правда, ничего не поняла, но тебе хлопали сильнее, чем остальным! — похвалила шёпотом Светлана, навалившись на меня с левого бока.

— Ты ко мне не жмись. И руку с коленки убери, — прошипел я. — Из роли ассистентки выпадаешь.

А ещё норвежцы могут увидеть. Оно мне надо? Напишут потом какую-нибудь чушь в газетах. Марта Светку знает и, уверен, ничего такого не подумает. Но всем-то не объяснишь.

— Ой, извини, — Светлана послушно отодвинулась. — Просто за тебя порадовалась.

Дальше совещание шло уже без моего участия. Ну и без Светкиного, разумеется. Она сидела рядом с умным видом и внимательно слушала следующих ораторов, ничего толком не понимая.

Когда всё закончилось и мы собрались уходить, моя скромная персона неожиданно вызвала интерес. Первым подошёл мужчина из норвежской делегации.

— Анатолий, рад снова вас видеть, — обратился он ко мне по-немецки.

И тут я вспомнил, где его встречал.

— Добрый день, господин Сюсе! — обрадовался я.

Это был Ян Педер Сюсе, нынешний премьер-министр Норвегии и бывший председатель Северного совета. Его сыновьям я когда-то давал автографы после соревнований в Норвегии. Помню, он ещё предлагал мне принять участие в работе какого-то летнего университета. Я пообещал посоветоваться с товарищами и благополучно забыл.

— Познакомите меня со своей очаровательной спутницей? У вас в стране, я смотрю, много красивых девушек, — вежливо попросил Сюсе, почтительно поклонившись Аюкасовой.

Правда, по-немецки его комплимент прозвучал как ругательство, что Светку слегка насторожило. Но уже через минуту она оттаяла под потоком любезностей, которыми засыпал её Ян Педер, а я добросовестно переводил.

Выяснилось, что остановился он в том же отеле, что и мы, и потому предложил возвращаться вместе — пешком. Тем более погода наконец наладилась: тучи разошлись, и местами даже проглядывало солнце.

Но сразу уйти не получилось. У выхода меня караулил ещё один жаждущий моего общества — плотный дядька лет сорока в аляпистой рубашке.

— Мистер Штыба, уделите минуту вашего времени. У меня к вам деловое предложение.

Как истинный американец, он оказался деловит и нахрапист.

— Слушаю вас, — доброжелательно кивнул я.

— У вас неплохой английский, — первым делом польстил мне американец. — Я — Луи Фальсиньо. Промоутер, глава компании Momentum Productions. Среди прочего мы занимаемся боксом.

— О! Тогда мы почти коллеги, — обрадовался я.

— В данный момент я организую показательные бои с участием советских боксёров. Планирую отобрать дюжину спортсменов и устроить турне. Условия отличные: контракт на три года, двадцать пять тысяч долларов плюс премиальные за победы. Все расходы беру на себя: питание, гостиницы, транспорт.

— И много уже набрали желающих?

— Пока согласились Ружников, Ваулин и Артемьев…

— Витька? — удивился я.

— Мы рассматриваем двоих с такой фамилией. Возможно, братья, — пожал плечами промоутер.

— А правила какие? У нас, как вы знаете, три раунда, а не двенадцать, как у профессионалов.

— Для начала — четыре-шесть раундов по три минуты. Перерыв между раундами — минута. Десятибалльная система подсчёта очков, регистрация в профессиональных реестрах…

Последнее он протараторил особенно быстро, словно надеялся, что я не расслышу.

— И автоматическая потеря любительского статуса, — перебил я его. — Но это, конечно, сущая мелочь.

Фальсиньо расплылся в широкой улыбке, явно оценив мой сарказм.

— Может, обсудим всё за обедом? Я приглашаю вас и ваших спутников. Здесь, внизу, есть отличный ресторан.

Глава 14

Глава 14

Не сказать, что предложение меня совсем не заинтересовало. Всё-таки я уже олимпийский чемпион и, если карты лягут удачно, могу стать им ещё раз. Хотя вряд ли… Но загорелось внутри проверить себя!

Но вот если сейчас сунусь в профессиональный бокс, шансы на второй титул исчезнут наверняка — вместе с любительским статусом.

С другой стороны, если Витька действительно собирается подписывать контракт с этим Луи, грех не узнать подробности. Посмотреть на этого «жучка» опытным, так сказать, взглядом.

— С удовольствием побеседую, мистер Луи. Правда, нашим спутникам эта тема, думаю, не слишком интересна. Например, вот эта милая девушка вчера долго не могла уснуть, но стоило начаться боксу по телевизору — сразу отключилась.

Чёрт…

По лицу Педера я понял, что истолковал он мои слова не совсем неправильно. Решил, наверное, что я Светку шпехаю, раз уж в курсе, когда и под что она засыпает.

— Она сама мне утром рассказала, — поспешно уточнил я.

— Как же она могла уснуть? — искренне изумился Фальсиньо. — Бой ведь закончился быстро! Джонс уже во втором раунде оказался в нокауте.

— Мне было интересно! Я просто очень спать хотела, — вякнула Светка, неожиданно продемонстрировав кое-какие знания языка Шекспира. Хотя сам Шекспир, думаю, перевернулся бы в гробу, услышав её произношение.

В итоге Светку с хвоста сбросить так и не удалось, и Педер Сюсе отправился домой один.

— Сейчас я организую турне по городам США, — начал Луи, едва официант принял у нас заказ. — Но занимаюсь не только профессиональным боксом. Мы продвигаем боевые искусства вообще: рестлинг-шоу, спортивные фестивали, совместные проекты со спонсорами и средствами массовой информации… Кстати, в каком весе вы сейчас выступаете?

— Уже в полутяжёлом. До восьмидесяти одного килограмма.

— Точно! Я же видел ваш прошлогодний бой с Генри Маске. Отличный поединок!

— Спасибо.

— У моих партнёров есть один очень перспективный боец — чемпион WBO Майкл Мурер…

— Чемпион США среди любителей, бронзовый призёр Игр доброй воли, — перебил я, давая понять, что пересказывать мне биографию Мурера совсем не обязательно.

При этом, разумеется, не стал добавлять, что знаю о нём и то, чего пока не знает он. Например, что скоро Мурер перейдёт в тяжёлый вес, станет чемпионом мира, а потом проиграет Джорджу Форману, сделав того самым возрастным обладателем чемпионского пояса.

Ах да, на закате своей профессиональной карьеры он, помнится, ещё