которые устанавливают в день появления разломов. Там же идёт идентификация и смена одежды или системного снаряжения по возможности.

Меры крайне превентивные, так как ни о каких болезнях речи не было. Казалось бы, на гигиену можно забить — хлебай себе зелья лечения после каждого чиха и будь здоров, но нет. Такое только в моём, и разве что Легиона случае возможно, на всех остальных не хватит. Ну и идентификация была крайне важна после случая с вышедшими из портала клонами.

Меня узнали, и я в принципе мог не заниматься подобным, но это уже был бы моветон с моей стороны. Так что прошёл со всеми. Зашёл в палатку, дождался своей очереди, сложил все системные вещи в ящик, обычные — отдельно. Обмылся, подождал, пока мне выдадут стандартную униформу Выживальщиков. Не обошлось и без нашивки, прочитал её:

《Выживет умнейший》

Креативность зашкаливает, ничего не скажешь. Я уже и не помню, чьей идеей было лепить подобные лозунги. Корчагиной, кажется. Пиар-кампания так себе, постоянно воротит от того бреда, что на них пишут.

Усевшись рядом с работающей сушилкой, принялся ждать. Аппарат был коммерческого типа, ничего системного, так что находиться мне тут ещё полчаса, и я сейчас сидел и невольно наблюдал за перебранкой двух бойцов.

— А я тебе говорю, что это херня полная! — горячился один из бойцов, тыча пальцем в направлении другого. — Какой нахрен «тактический отход»? Мы же их почти положили!

— Серёга, ты дурак? — отвечал второй, более спокойно. — Видел, сколько их из нор повылезало? Нас бы там просто залили. Командир правильно решил.

— Да дохрена ты понимаешь! Ты же у нас на прикрытии… А я там был, ну прям там! Ещё пару минут, и мы бы их всех, понимаешь, всех!

— Ага, и легли бы сверху сами. Всё, не кашляй, надоел.

— Самый умный? Да у меня репа в минусах! Мне каждый разлом на счету! А тут такая возможность упущена…

— Зато живой остался. И репутацию наберёшь ещё. А вот жизнь — она одна.

— Легко говорить тому, у кого всё в плюсах…

Я слушал их препирательства вполуха, больше думая о своих делах. Интересно, как там дела у остальных идут? Давно не общался с Легионом. И с Кирой надо серьёзно поговорить — о свадьбе, о будущем… Беременность в нашем новом мире — дело непростое. Особенно учитывая постоянные войны и…

— Эй, а это разве не… — вдруг прервался один из собеседников, уставившись на меня.

— Кто? — второй тоже повернулся в мою сторону.

Оба бойца замолчали, словно проглотив языки. Сидели, хлопали глазами и пялились на меня, как на диковинного зверя. Я моргнул в ответ, сделал максимально каменное лицо и открыл капитанский чат, делая вид, что их вообще не замечаю.

[Макс]: Где Купринов потерялся? Мне нужно троса 300к.

[Рыжий]: Да хрен его. Может, застрял в разломе?

[Круглов]: В разломе он. Макс, трос на четвёртом.

[Макс]: Какого он там? Тащите ко мне.

[Круглов]: Вот сам бери и тащи, если нужно. У тебя сколько людей работает?

[Макс]: Мало!

[Круглов]: Всё, не гуди, сейчас отправлю.

[Ной]: Ку-ку.

[Макс]: О, Лёха, привет. Зайдёшь ко мне?

[Ной]: Зайду. Железок надо, и побольше.

[Макс]: Эт легко. Обеспечим. Кстати, а что за они-бабу Порох с собой притащил?

[Ной]: Они-бабу?

[Макс]: Ну, рогатую.

[Круглов]: Мужики, заканчивайте. Рабочий чат же. Сам спросишь у Пороха, как он вылезет. А по они-бабе — у нас контакт с зоркиналами в разломах сегодня, Макс. Ты бы чат лучше глазами читал, а не ху…

Я закрыл чат. У них там своя атмосфера, лучше не лезть. Просто подготовлю инфо-пакет по поводу того, что узнал от Йона и отправлю им потом. Пусть думают, верить ему или нет.

Снова взглянул на двух бойцов. Они всё ещё сидели, так ничего и не сказав. Даже не перешёптывались. Ну и чего им нужно?

— Чего глазеем? — спросил я максимально добродушным тоном.

— Вы… вы же… — начал было первый.

— Я — кто?

— Ной… легенда… — выдавил тот, который Серёга, кажется.

— Легенда — это красиво звучит, — усмехнулся я. — Но обычно легенды мертвы. А я пока что живой и не собираюсь этого менять. И вам не советую.

Не знаю, кто из них там собирался на рожон лезть, но почувствовал, что сказал что-то в тему, важное. По крайней мере, они вернулись к своему спору и оставили меня в покое.

Сушилка наконец закончила свою работу, издав характерный сигнал. Я поднялся, забрал свои вещи из обоих барабанов, переоделся через системный инвентарь, и направился к выходу из палатки.

— Босс! — окликнул меня Серёга. — А можно… автограф?

Я обернулся и посмотрел на него долгим взглядом. Ну, почему бы и нет? Вернулся обратно. Присел, чувствуя на себе уже несколько взглядов — ещё несколько бойцов подошли, но заходить не спешили.

— Проходите, — буркнул им, доставая из инвентаря кусок хитина.

Обернулся в Древнюю Форму, услышав пару матов и звук падающего тела. Нацарапал прямиком на хитине удлинённым ногтем автограф, поднялся и бросил его Серёге.

— Спасибо! — сказал он, ловя хитин на лету.

Больше я с ними не общался и автографов у меня не просили. Надо бы посмотреть на себя в зеркале, когда в форму обращаюсь. Уверен, страшилище ещё то.

Направился в первую очередь к Максу, думая о они-бабах. Знакомое что-то, вот прям на самом краю сознания, но не могу вспомнить, что это конкретно значит. Да и не буду интересоваться у этого ксенофила.

Подойдя к ТЦ, почесал репу, пытаясь понять, что случилось со зданием. Нет, я, конечно же, понимаю, что системный камень, который они откуда-то притащили, очень крепкий. Но зачем перестраивать весь фасад у целого торгового центра, им что, заняться нечем?

А может, и нечем. Вот будь я обычным человеком, да даже бойцом Выживальщиков, то чем бы я сам сейчас занимался? Сходил в разлом, закрыл его со своей плюсовой репой, пострелял там внутри, достал трофеев, может, ещё в один-два сгонял, и всё. Это предел. Больше просто выносливости не хватит, почернеет вся. То, что моя треть сейчас — это в средней статистике у бойца почти полная шкала.

В итоге весь остаток дня остаётся свободным. Можно либо отправиться на ротацию в Морвальд, сменить бойцов на позициях и вступить в самую настоящую войну против расы жуков, обзывающейся сеурракс.

Я думал, что