Сил за незаконное использование чужих богов и создание ситуаций, повлекших за собой опасность для их жизней и душ.

«Бедная, бедная Элия, неудивительно, что она буквально кипит от возмущения. Ох, как же мне перед ней теперь оправдаться? И правда, я кретин! Сначала нужно было все выяснить, а потом уже хорохориться, пуская пыль в глаза. Что, если она на меня всерьез обиделась и никогда не простит? Ой! Надо исправлять положение», – мысленно запричитали Силы, не зная, с чего начать.

А «бедная» Элия бушевала всерьез. Богиня чувствовала себя преданной Силами, которые всегда любила, которым практически безоговорочно доверяла, зная, что они не способны на подлость, как люди или боги. С рук принцессы слетали серебряные шары пылающей магической энергии, полные силой Звездного Тоннеля Межуровнья. (Герцог Лиенский умер бы от досады, если б узнал, какое красочное шоу пропустил.) Аура трещала от избытка могущества. С великой силы богини готовы были слететь все запоры.

Братья попятились подальше от Источника и постарались слиться с меблировкой залы и стенами. Ухватив замершего в восхищении Кэлберта за руки, Джей и Рик потянули брата под стол, где уже успели с комфортом расположиться Кэлер и Элтон, прихватившие со стола по бараньей ноге и бутылке вина.

– Я призову Черную Тьму и Разрушителей, камня на камне не оставлю от твоего вонючего грота! Скотина! – точно кобра, шипела принцесса, казавшаяся в эти минуты не богиней любви, а олицетворением самого возмездия.

– Элии лучше поперек дороги не становиться, – гордо шепнул Джей, ткнув Кэлберта локтем под ребро, и всучил ему кусок горячего пирога с паштетом (целое блюдо этой пышущей жаром сдобы прихватил со стола Рик).

– Я понял, – шепнул в ответ пират, как загипнотизированный взирая на завораживающее, словно шторм в десять баллов, зрелище и мысленно благодаря все известные Силы, что сестра никогда еще так не серчала на него.

– Элия, прости! Успокойся, умоляю! Прости! Я ничего не знал! Ай! – жалобно запричитал Источник, уворачиваясь от чрезвычайно болезненных для энергетической оболочки Сил шаров, сотворенных из чуждой мирам энергии.

На счастье зала, шары принцессы были нацелены только на Источник и почти не причиняли вреда материальной обстановке. Но как они поведут себя при соприкосновении с живой плотью, никто из лоулендцев проверять не хотел.

– Раньше думать надо было! – жестоко расхохоталась принцесса и принялась собирать энергию для более сильного броска.

Братья во все глаза наблюдали за увлекательной сценой, но, имея достаточный опыт общения с сестрой, даже и не думали вмешиваться. Если Элия имеет право на месть, пусть отомстит, а если нет, то все равно не найдется во всех мирах кретина, что попытался бы остановить принцессу, если ему дорога жизнь и душа, решили для себя боги.

– Элия, милая, я действительно ничего не знал! Прости, я солгал, я никуда не отправлял вас! Ай! Я врун! Да, я подстроил встречу с Кэлбертом, знал о появлении амулета с даркомантом и буре между мирами. Я прочел это в сознаниях моряков с яхты «Принцесса» и пиратских кораблей. Но во всем остальном я совершенно ни при чем! Прости! Успокойся! Ай-ай! Жжется! Пожалуйста, успокойся! – отчаянно вопил Источник, и в голосе его слышались рыдания. – Если хочешь, я раскрою перед тобой сознание, убедись, что я не обманываю! Элия-я-я! Я просто не хотел выставлять себя идиотом перед всеми вами!

Очередной огромный шар в руке принцессы перестал расти и замер, так и не отправившись в полет вслед за десятком собратьев, жаливших Силы словно гигантские шершни. Богиня недоверчиво прищурилась, анализируя информацию. С одной стороны, Источник высказал сейчас две совершенно противоположные версии событий, но с другой – последняя из версий вполне могла быть истинной, исходя из логики поведения и психологии Сил.

Решив не гадать, а убедиться во всем лично, богиня встряхнула руками и процедила:

– Ладно! Проверю. Открывай сознание.

Магический шар холодного огня растаял в воздухе.

Источник издал эквивалент гигантского человеческого вздоха облегчения, и голубые цветные искры закружились у головы молодой женщины, складываясь в некое подобие сетки. Принцесса закрыла глаза и сосредоточилась на исследовании открывшейся перед ней картины. Элия рассматривала память Силы, такую непохожую на память человека, подобную красивому разноцветному ковру, свитому из миллионов различных не только по цвету, но и по структуре нитей, смысл которых могли постичь только боги.

Через несколько минут принцесса вышла из глубокого транса и задумчиво промолвила:

– Ты действительно не лжешь.

– Ох, я так рад, что ты мне поверила, Элия! Ты больше не сердишься на меня, правда? Что я могу сделать, чтобы ты больше не сердилась, принцесса? Только скажи! Прости, я честно не знал, где ты, как тебе плохо. Но я это так не оставлю, обязательно подам жалобу в Суд Сил, даю слово! Только не злись на меня, пожалуйста! – Просительный тон Источника стал просто умоляющим; будь он созданием из плоти, наверное, опустился бы перед принцессой на колени. – Ты ведь знаешь, как дорога мне. Я бы никогда не простил себе, если б ты, богиня любви, стала Пожирательницей душ. Прости. Мы снова друзья, а? Друзья?

– Хорошо, – сухо кивнула принцесса.

Она все еще злилась, но не на Источник, а на те неведомые Силы, которые в очередной раз вздумали играть с ее судьбой и судьбой ее родичей.

Источник радостно замерцал и воскликнул с детской непосредственностью:

– Ой, здорово! Спасибо! Я так боялся, что ты обиделась на меня навсегда.

«Что ж, оставим разборки с предполагаемыми врагами на потом, а сейчас нечего пугать своей мрачной физиономией друзей и родных», – решила принцесса. Она рассмеялась, и темное облако обиды, закрывшее душу богини, растаяло как дым.

Поняв, что метание шаров на сегодня окончено и гроза прошла стороной, из своих укрытий начали выбираться мужчины, оживленно обсуждая эффектное зрелище.

Убедившись, что на него больше не сердятся, Источник исчез, оставив на немного пострадавшем в процессе разборки столе свежую череду изысканных закусок и несколько ящиков с отличным вином в углу. Заодно, кстати, он с шиком приодел принцессу и пирата и почистил их от наслоений пустынной пыли.

Лоулендцы радостно загалдели и ринулись к столу.

А неугомонный Рик, размахивая сразу двумя пирогами с разной начинкой, зажатыми в руках, закричал снова:

– Сестра, ну, рассказывай, что же все-таки с вами произошло! Или я умру от любопытства, и тебе придется регулярно спускаться в семейный склеп, класть цветы у урны с моим прахом, начищать ее серебряные бока и инкрустацию из драгоценных камней, чтобы они блестели в свете факелов!

– Я такая белоручка, Рик, что ни за одной урной, тем более за урной брата, ухаживать не