Прохор задержал взгляд на мне.

— Забавно.

Я выжидающе посмотрел на него и Прохор продолжил.

— Ещё неделю назад ты переживал из-за каждой бронзовой монеты, а я собирался тебя выселить.

Я усмехнулся.

— Неделю назад я не разговаривал с бароном.

* * *

Улица встретила меня тем же самым воздухом, кажется я даже уже начал привыкать. Сырой, чуть сладковатый от дыма.

Я прошёл мимо небольшого местного трактира. Он был центром притяжения местных жителей "нижнего" городка. Подниматься куда-то в центр или в ремесленный район было далеко, возвращаться по темноте же никто не хотел. Да и не ждал их там никто…

Здание выдавало, что его собирали не для красоты, а для того, чтобы оно выдержало как можно больше зим. Первый этаж был сложен из тёмного камня, местами уже потемневшего от влаги и времени, а второй — из деревянных балок, между которыми виднелась старая штукатурка с многочисленными трещинами.

Крыша была низкой и тяжёлой, покрытой потемневшей черепицей. На некоторых участках её заменяли более новые куски дерева, заметно отличавшиеся по цвету. Над входом висела вывеска, которую ветер и дожди успели изрядно потрепать. На ней когда-то был нарисован кувшин, но краска выцвела настолько, что теперь больше напоминала случайное пятно.

Из трубы на крыше поднимался тонкий дым.

Не тот густой чёрный дым, который шёл от кузниц, а обычный домашний — от печи, еды и тёплой комнаты.

Дверь была сделана из толстых досок с железными полосами по краям. Не для красоты — просто чтобы она не развалилась от постоянного использования. Рядом с входом стояли несколько деревянных скамеек, уже отполированных одеждой и тысячами присевших людей.

Когда дверь открылась, наружу вырвался тёплый воздух вместе с запахом жареного мяса, хлеба и чего-то пряного.

На мгновение я задержался.

Внутри было тесно, но людей оказалось много.

Кто-то громко спорил о цене на зерно, раздались отрывки истории, которую, судя по реакции остальных, уже слышали десяток раз.

У окна сидел старик, медленно разбирая какую-то деревянную деталь. Рядом мальчишка пытался повторять его движения, но каждый раз делал всё слишком быстро и получал недовольный взгляд.

Обычный вечер.

Я медленно пошёл дальше, но не потому, что спешить было некуда и мне было нечем заняться. Шёл медленно потому, что впервые смотрел на город не как человек, который в нём живёт, а как человек, который пытается понять, как он устроен.

Сейчас я как никогда внимательно рассматривал каждую деталь фонарей. К сожалению первое время придётся за основу использовать уже существующие основы. К сожалению, потому что большинство из них были очень грубыми, просто кусок профиля, вероятно даже пустой внутри. Порой даже казалось, что столб просто воткнули поглубже в землю. Здесь даже это благо, ведь главное — это свет, безопасность, но как же хочется, чтобы каждый столб был не просто куском металла или дерева.

Тем не менее, каждый фонарь стоял как отдельное произведение искусства. А каждый новый фонарь, я был абсолютно уверен, можно будет открывать разрезая красную ленточку. Я остановился рядом с ближайшим столбом, как раз ярким примером. Металлический столб, грубый и не обработанный, а вокруг камни. Видимо выкопали яму, вставили столб и засыпали камнями.

Что меня смущает, так это контраст между столбами фонарей. Такие простые фонари ставили, потому что не было монет, а безопасность важна, и лучше хоть такой? Или этому была какая-то другая причина? В одну ли их пору устанавливали? Я потрогал металл и покачал головой, кажется мне этого уже не узнать.

Холодный, с шероховатостями, следами ржавчины и старой краски, которая уже давно перестала быть краской, похоже, что на ней было даже несколько застарелых слоев. А вот наверху столба то, что будет подлежать замене. Конструкция для масляного светильника, простая и практичная.

Я прищурился, оценивая крепление. Фактически это была просто площадка, чаша или поддон для масла, и держатель для фитиля. Всё, никакой магии, никакой инженерии. Просто попытка держать огонь там, где он не должен был падать вниз. Собственно, этого было достаточно.

Фонари стояли редко, даже не представляю как, но мне придется найти монеты на новые столбы, чтобы обеспечить безопасность на улицах. И кажется нужно будет наведаться в ремесленный квартал, чтобы получить представления о ценах на материалы и работу.

По соседству с фонарём стояло небольшое каменное здание с потемневшей деревянной вывеской. Судя по рисунку круглой буханки, здесь располагалась пекарня. Даже дверь выглядела необычно. Нижняя часть была покрыта вмятинами и царапинами, будто её годами толкали тяжелыми корзинами с мукой или дровами.

Из приоткрытого окна тянуло тёплым запахом свежего хлеба. Запах оказался настолько домашним, что я невольно остановился. Где бы ни оказался человек — на Земле или в другом мире, — аромат только что испечённого хлеба почему-то всегда говорил об одном и том же: здесь живут люди.

Сквозь мутноватое стекло удалось разглядеть часть помещения. Каменная печь занимала почти всю дальнюю стену. Несколько широких деревянных столов были густо присыпаны мукой, а возле них стояли длинные лопаты для посадки хлеба в печь. Всё выглядело грубо, местами даже неуклюже, но чувствовалось, что каждая вещь служит своему делу уже не один десяток лет.

Над входом висел единственный масляный фонарь. Днём он был бесполезен, а ночью наверняка освещал лишь несколько шагов перед дверью. Для отчётности этого хватало. Для самой улицы — уже нет.

Я поднял взгляд дальше по улице.

Между двумя ещё жилыми зданиями неожиданно стоял пустой дом. Каменный первый этаж, деревянный второй. Когда-то добротный. Сейчас ставни перекосились, часть крыши провалилась, а через трещины в ступенях уже пробивалась трава. Молодые деревца вплотную подобрались к стенам, словно лес терпеливо ждал момента вернуть себе и этот кусочек города.

Странно… Дом выглядел слишком хорошим, чтобы его просто бросили.

Следующий фонарь стоял так далеко, что угадывался лишь силуэтом, в темноте между ними легко потерялся бы человек, в таком промежутке меня как раз чуть и не съели на днях монстры, едва убежать тогда успел.

Получалось не освещение улицы, а цепочка отдельных островков, между которыми человек несколько десятков шагов снова оставался один на один с ночью.

Странно…

Неужели настолько жалели металл? Или проблема была не в столбах? Дело было не только в стоимости самих столбов. Столб можно было поставить и деревянный, такие ведь даже встречались. Ведь каждый вечер кто-то должен был залить масло, подрезать фитиль, подняться по лестнице, зажечь его, а утром всё повторить в обратном порядке. Масло тоже не появлялось само собой. Значит, каждый