К примеру, следственным отделом АНБУ, если такой есть, может руководить человек Третьего, которому указания нового каге не такие и указания. Ой как не хочется начинать игру в интриги! Не моё это всё.

Есть вариант — перебороть страх и сделать заход через Кушину. Весь мой иррациональный ужас в присутствии джинчуурики идет откуда-то снизу, от подсознания, из рептильного мозга. Его возможно победить, если постараться. Да хоть бы и набухаться. Прием “выпить для храбрости” не на пустом месте возник. Вот только как хокаге посмотрит, что я пытаюсь пролезть в подруги к его будущей жене, каждый раз напиваясь перед тем, как с ней встретиться? В любом случае откровенного разговора не избежать, да еще и лицо потеряю со своими детскими попытками интриговать.

— У меня есть разговор к Намикадзе-сану, — все же решилась я и обратилась к собачьему. Скажите ему, АНБУ-сан.

На следующий день, ближе к окончанию демонстрации остатков моего подхода к рукопашке я чуть увод спарринг партнера на болевой не запорола, когда сенсорные способности забили тревогу. Учиха, вероятно, из-за этого не совсем верное движение запомнил, с небольшим изъяном. Понятно, кто явился посмотреть на мою гениальность. Знала бы, что так будет, реально чашечку сакэ выпила заранее. Надо будет узнать, нет ли у шиноби каких колес-стимуляторов, прибавляющих храбрости. На всякий случай. Принимать их по пустякам, из-за случайной встречи с джинчуурики, будет верхом тупости.

Узумаки Кушина пришла поглазеть на меня не одна, а вместе с подругой, темноволосой девушкой чуть постарше. Уже наметанным взглядом я бы ее к родне кланов Учиха или Фума отнесла. Ну и топила та, одна из немногих, за Рью, а не меня, хотя и было ясно, что обижать маленьких джонин тут ни разу не собирается и вовсю поддается. Девушки перешептывались, хихикали, меня это как-то не особо коробило. Я к зрителям на спаррингах еще в Ивагакуре привыкла. Если бы не подспудное ожидание, что в следующую секунду мы все умрем, вообще бы Узумаки не замечала, сосредоточившись на учебной схватке.

— Оками-тян, а ты крутая, знаешь ли, — подошла по окончании демонстрации Кушина. Одна, без подруги, та пошла куда-то в сторону малышни, где на нее налетел мелкий карапуз лет пяти или шести. Меня аж всю едва не скрутило от того, что биджу-реактор настолько приблизился. — А пойдем ко мне в гости! — и подмигнула украдкой, я чуть не пропустила, находясь вся в раздрае. Но таки заметила.

— А может не надо? — с осторожностью спросила я. Чтобы коленки не дрожали, пришлось укреплять нужные мышцы, накачивая энергией.

— Пойдем-пойдем, тут недалеко, у меня для тебя сюрприз, — и под руку меня взяла. Ну у нее и хватка! Как у Миуры! Ничего удивительного, конечно. Когда внутри тебя такой переизбыток энергии, логично его пускать на укрепление и усиление организма.

И мы пошли. Куда-то в сторону административного центра, где офис хокаге. Я шла как на казнь, хотя умом понимала что ничего особенного мне грозить не должно. Ну то есть дожила ведь Узумаки до своих двадцати с чем-то лет не взорвавшись. Роши еще дольше прожил. Так чего ждать катастрофы здесь и сейчас? Но рациональное не всегда сильнее. Я не боюсь, я не боюсь, страх убивает разум…

Что, так кстати всплывшая мантра и правда помогла? Я перестала бояться! Ну нет, дело не в нескольких словах, сказанных самой себе во внутреннем монологе, конечно. Просто реактор внутри Кушины-сан вдруг перестал подавлять своей неукротимой мощью. Превратился из застывшего термоядерного взрыва в какой-нибудь банальный взрыв псевдолития, который я бы и сама могла устроить. Как будто графитовые стержни аварийно сбросили. Я даже с шага сбилась и девушке пришлось меня подхватить, не позволяя споткнуться. Так-то я бы и сама не споткнулась. Чай не безногая.

— Что, уже не боишься меня? — весело рассмеялась Кушина. — Нет, я не читаю твои мысли, знаешь ли.

И снова она меня подловила на предательском “она что, мне в голову влезла?”.

— А раньше не могла так сделать? — ощерилась я. — Я же тут не одна сенсор. Миуре-сенсею вон тоже некомфортно должно быть, к примеру.

Железобетонный самурай, следовавший за мной хвостиком шагах в пяти позади, не выказывал ни одного признака того, что ему некомфортно, но это он такой скрытный, не показывает эмоций, так как кодекс этого не рекомендует.

— Не могла, знаешь ли. Думаешь мне так нравится быть пугалом для маленьких девочек? — рыжая гордо вздернула подбородок, явно копируя выражения и позу Мито с той самой фотки.

— Не такая я и маленькая, — пробурчала я. — Я быстро повзрослевшая, физический рост не догнал.

— Официально ты несовершеннолетняя, знаешь ли, — продолжила невеста действующего каге. — А несовершеннолетним положен опекун. И он у тебя даже есть, как рассказал мне сегодня утром Минато. Он плотно занялся твоим официальным статусом. Пойдем, нам сюда, вход справа.

Здание, к которому Кушина меня привела выглядит странно, нетипично для Конохи. Такое, постепенно набирающее высоту в ущерб ширине, как будто ленту свернули в плотное кольцо, а затем вытянули вверх середину, получив башню. Если смотреть сверху, так и вовсе получится спиралевидный рисунок. На ум из глубин наследственных воспоминаний пришло название “зиккурат”.

Внутри так чересчур просторно для жилого помещения. Хотя какая-то обжитость на самом нижнем этаже присутствует, вон пара кресел, рядом с которыми журнальный столик с чайником, чашками и печеньками, например, в углу притаился.

— Это что за место такое? — не удержалась я от вопроса, хотя логичней было бы развивать тему с опекуном, она как бы актуальнее, так как ставит меня в подчиненное кому-то положение. Ну нафиг! Если без опекуна никак, пусть Миуру назначат и всех делов! Не для того я жилы независимости ради рвала, чтоб меня отдали на попечительство тому же дедуле Хирузену, к примеру. Не, тот мне ничего плохого не сделал, конечно, даже автограф дал, но скользкий какой-то, и это если забыть идиотскую пропаганду Камня про него и обезьян.

— Эта башня — огромный фуин, апогей мастерства клана Узумаки, результат трудов Мито-самы. Предназначена, чтобы сдерживать девятихвостого, создать безопасную зону, в которой он гарантированно не сможет вырваться, если я утрачу контроль. Мне она больше не нужна. Я держу биджу почти также крепко, как и сама Мито-сама до меня.

— Мои сенсорные способности с этим не согласны. Без обид, ты вроде ничо так, правильный человек, но могла бы и получше биджу экранировать. Или побольше времени в безопасной зоне торчать.

— Я в ней несколько лет безвылазно жила, пока не освоилась, знаешь ли! — вспыхнула Кушина. — Я говорю, что контролирую биджу, значит