class="p1">В это время в кабинет главного мага империи вошёл высокий атлетического телосложения мужчина с аквамариновыми глазами.

— Не понял, что тут вообще происходит, Верион? — удивился император.

— Ничего. Решил напиться, имею право

Красные мутные глаза взглянули на друга.

— Хм, кто же мог довести бесстрашного доблестного мага до такого состояния? Я не видел тебя пьяным лет десять точно, — усмехнулся император, присаживаясь на диван.

— Подожди, — пролепетал Верион неповоротливым языком.

Встав, он обвел взглядом стол, на котором кроме бутылки лежало несколько конфет. Пошатываясь, пересек кабинет и вошел в ванную комнату. Оттуда послышались звуки льющейся воды и довольное пофыркивание.

— Девушка, а точнее женщина по имени Любава Инсигнис, — поморщился мужчина, произнеся её имя.

— Инсигнис, говоришь? Уж не травница ли она? — заинтересовался император.

— А ты откуда знаешь?

— О-о-о, дружище, считай, нам крупно повезло, что мы получили сильнейшую травницу, которая ещё существует в этом мире, — ответил, счастливо улыбаясь, Риониэль. — А теперь рассказывай, чем она тебя так довела?

— Своим присутствием. Знаешь, друг, когда увидел её, у меня словно рассудок помутился. Она до того прекрасна и восхитительна, что я не мог оторвать от неё взгляда и пытался любыми путями оставить её во дворце. Словно она меня околдовала. Хотя вначале я так и подумал, но когда бы она могла это сделать, если находилась под моим постоянно изучающим взглядом.

— Не хочешь же ты сказать, что она твоя суженая? — император весело и задорно рассмеялся. — Ну наконец-то! Я уже думал, что не дождусь такой счастливый минуты. Знаешь ли, надоело отгонять родителей молодых дев с просьбой устроить ваш брак.

Верион лишь хмуро посмотрел на друга детства.

Глава 24

Проснулась Любава от того, что ей сильно захотелось есть. Вспомнив, что она с дочерью не ужинала, решила пойти на поиски слуги и узнать, где можно будет позавтракать.

Выйдя из спальни в смежную комнату, она увидела молодую девушку в форменной одежде служанки, которая расставляла на журнальный столик тарелки с завтраком.

— Доброе утро, госпожа, надеюсь, я вас не разбудила? — Она сделала небольшой книксен и опустила голову.

— Доброе утро, как тебя зовут? — поинтересовалась Любава.

— Фиделис, госпожа, я ваша служанка, пока вы живете во дворце, — ответила девушка.

— Фиделис, красивое имя. Скажи, пожалуйста, если мне понадобится информация или что-либо нужно будет для нужд дочери, как я могу вызвать тебя?

— Это несложно, госпожа, здесь есть кнопочка, просто нажмите на неё — и я получу сигнал всегда, где бы на данный момент ни находилась. Завтрак я принесла, в обед обычно все спускаются в большую столовую, но относительно вас приказа не было, поэтому я принесу вам в комнату. Что из еды вы предпочитаете?

— На твое усмотрение, Фиделис, — улыбнулась Любава.

В комнату зашла Марьяна, вытирая кулачком глазки, видимо, потеряв мать, она пошла на поиски.

Неожиданный стук в дверь отвлек Любаву от созерцания дочери. Она подняла голову и произнесла.

— Войдите!

Отворилась дверь, и на пороге показался невысокий худощавый мужчина, одетый в форму гвардейца императора.

— Госпожа Любава Инсигнис, император Рионэль Лаунид Прованский приглашает вас позавтракать вместе с ним.

Выражение очевидного удивления на лице женщины ввело гвардейца в ступор.

— Вы ведь и есть травница Любава? — на всякий случай ещё раз переспросил гвардеец.

В ответ Любава лишь кивнула.

— Фиделис, присмотри, пожалуйста, за Марьяной и посиди с ней до моего возвращения, — попросила она служанку и последовала вслед за мужчиной.

Пройдя богатыми коридорами, где навстречу попадались надменные аристократы в не менее богатой одежде, с недоумением смотрящие им вслед, Любава молилась лишь об одном: скорее оказаться в кабинете императора.

Открылась дверь, пропуская девушку в помещение, посередине которого возвышался накрытый на завтрак стол, а рядом стояли два стула. Из мебели был небольшой шкаф, в углу находились два кресла с журнальным столиком посередине.

— Хм, ничего так, мило, — произнесла Любава, когда ее оставили одну.

— Мне тоже нравится, — послышался сзади мужской бархатистый голос, от которого у Любавы пробежала по спине толпа мурашек, дружно обгоняя друг друга. Она нарочито медленно повернулась к говорящему и утонула в глазах цвета аквамарина.

— Теперь я понимаю своего друга, — усмехнулся император.

— В каком смысле понимаете, Ваше Величество? — поинтересовалась Любава, откашлявшись. Непонятный ком застрял в горле и мешал ей говорить.

— Избавьте меня от объяснений, надеюсь, он сам вам расскажет когда-нибудь. Но если это произойдет как можно быстрее, будет лучше всем, — сказал мужчина и выставил руки ладонями вперёд.

Тут распахнулась дверь, в которую влетел господин главный маг собственной персоной.

— Я не опоздал?

Император, увидев Вериона Гласканиэля, разразился громким смехом. Сам маг, покраснев, опустил голову, а Любава стояла в недоумении, совершенно не понимая ситуации, которая всё больше начинала её раздражать. Наконец успокоившись, император вытер платком выступившие от смеха слёзы и приказал слуге принести ещё один стул. Сели завтракать молча. Его Величество периодически поглядывал то на Любаву, то на своего мага и загадочно улыбался. Пришло время окончания завтрака, к великой радости травницы. Она считала минуты, чтобы покинуть столовую.

— Не думаю, что главный маг может помешать нашему разговору, — начал император. — Я бы хотел убедиться, вы на самом деле травница из самого сильного рода, который проживал в нашем мире, пока злые люди не уничтожили их из зависти?

— На самом деле так, Ваше Величество. Издревле мой род славился самыми сильными травницами, они могли вылечить любую болезнь, если она была немагического характера, а также изготавливали противоядия от любых ядов, кроме тех, которые моментально приводили к смерти.

— А всеми способностями, перечисленными выше, вы тоже обладаете? — удивился император.

— Обладаю, Ваше Величество. Кроме того, у меня дар целителя, я могу параллельно работать сразу в двух направлениях. Только по отношению к знаниям о травах целительство у меня еще на очень низком уровне. Обучаться было не с кем и негде.

— А травам вас кто обучал? — поинтересовался император и с нескрываемым любопытством посмотрел в глаза травницы, отчего она засмущалась.

Рык, который послышался со стороны сидевшего мага, удивил Любаву.

«Заявился как непрошеный гость, ещё и характер свой показывает», — возмутилась про себя травница.

Девушка не успела ответить, как в помещение влетела очень красивая женщина в нежно-голубом шёлковом платье со светлыми волосами и с прищуром голубых глаз. Она сходу накинулась на императора.

— Дорогой, почему мне доложили, что ты сегодня завтракаешь с какой-то непонятной особой, когда мне в этой привилегии отказал?

Подбородок девушки был приподнят, губы поджаты, а крылья носа яростно раздувались.

— Сивиэлла, тебе не кажется, что ты неприлично ведешь себя перед гостьей?

Император пытался приобнять