ветвей золотой кувшин — с узким горлышком, изогнутой ручкой и тончайшей узорной резьбой.

Хитрость была в том, что висел кувшин на дереве вверх дном, чтобы всем казалось, будто стоит он в воде, как и должно, вверх горлышком.

Снял юноша кувшин с дерева и принёс его царю.

Царь удивлённо всплеснул руками.

— Не ожидал я, что ты настолько умён! — воскликнул он. — Неужели ты сам додумался, как достать кувшин?

— Нет, — честно признался юноша, — сам бы я не додумался. Но мне помог мой старик отец, которого я спрятал в горном ущелье от твоих милостивых глаз, он-то и догадался, где искать кувшин. А я лишь послушался его совета.

Задумался царь.

— Девяносто девять юношей не смогли догадаться, а один старик смог! Видимо, старики умнее молодых, — рассудил он.

И с тех пор в том царстве-государстве никому не дозволено было обижать стариков, все чтили их седины и мудрость, а когда встречали старого человека на пути, уступали ему дорогу и низко кланялись.

Бык-великан

или на свете три брата, и был у них бык. Да не простой бык, а особенный — такой огромный, что он, не сходя с одного места, пасся на лугах семи гор. Всей воды рек Марта, Пшиша и Пчаша не хватало ему, чтобы утолить жажду, и он пил из других рек — Лабы и Шхатдащи.

Однажды братья решили отвести быка на водопой к большой реке Пшиз — Кубани. Старший из братьев сел быку на загривок, средний — на спину, а младший — поближе к хвосту. Взяли они с собой провизии и отправились в путь.

По дороге навстречу им ехал всадник. Старший брат попросил его:

— О мардж, когда встретишь моего среднего брата, скажи ему, чтобы живее подгонял быка.

Целую неделю скакал всадник, прежде чем встретил среднего из братьев.

— Старший брат велел передать тебе, чтобы ты живей подгонял быка, — сказал он.

— Коли так, когда встретишь нашего младшего брата, поторопи и его!

И снова целая неделя миновала, прежде чем всадник встретил младшего из братьев и передал ему просьбу старших.

А братья после этого ехали на быке в течение ещё одной недели, пока наконец не добрались до реки Пшиз. Всю реку выпил бык-великан — ни капли не оставил.

— Слава богу, в кои-то веки наш бык напился! — обрадовались братья. — Теперь немного отдохнём да вернёмся домой.

Там же, на берегу реки Пшиз, и расположились они на отдых. Вдруг налетел гигантский орёл, растерзал быка, почти всего съел — только одна бычья нога осталась. Орёл схватил её и улетел.

Долго ли, коротко ли он летел, как вдруг заметил его чабан, пасший на лугу овец. Чабан запрокинул голову и стал пристально в небо всматриваться, а в это время из клюва орла выпала бычья нога да прямо в глаз чабану угодила.

Возвратился чабан домой и говорит семи своим молодым невесткам:

— Попала мне сегодня в глаз какая-то соринка. Садитесь-ка в лодки, возьмите по веслу и плывите в мой глаз, а то беспокоит она меня, хорошо бы её вытащить.

Молодые женщины сели в лодки, взяли семь вёсел, заплыли в глаз свёкру, поискали-поискали, с трудом нашли подранную орлом бычью ногу и вытащили её.

Чабан взял у них бычью ногу, вынес в руке из дому и выбросил.

Прошло много лет. Бычья нога покрылась землёй и превратилась в высокий холм. Густой травой порос тот холм, звонкие ручьи по нему текли — полюбилось то место людям, и начали они там селиться. Образовалось на холме семь аулов.

Возчики соли заезжают на подводах в пробитую орлиным клювом дыру на бычьей ноге, едут семь дней и семь ночей, нагружают соль и едут семь дней и семь ночей обратно.

Однажды вернулись семь подвод с солью. Старуха увидела их и сказала дочери:

— Сходи, деточка, попроси у них горсточку соли и принеси мне.

Высыпали возчики ей на ладонь всю соль из семи подвод, но на полную горсть всё равно не хватило. Принесла дочка соль матери, старуха высыпала её в рот и проглотила.

Как-то лиса увидела продырявленную бычью ногу. Начала грызть и, конечно, слегка тряхнула, а вместе с бычьей ногой затряслись все семь аулов. Удивились люди: отчего это земля трясётся?

Шло время, и однажды люди заметили лису, которая грызла кость. Они послали охотников, и те убили лису.

Охотники сняли с лисы шкуру с одного бока и сделали из нее папахи всем мужчинам семи аулов. Хотели снять шкуру и с другого бока, но не смогли перевернуть лису.

Убитая лиса так и осталась лежать неподалёку от аула. Проходила однажды мимо молодая женщина. Смотрит: лиса лежит. Взяла женщина в одну руку ведро, в другую — коромысло и крючком коромысла перевернула лису.

«Может, хватит на шапку для моего маленького сыночка», — подумала она и сняла с лисы оставшуюся шкуру. К той шкуре она добавила ещё меху и сшила младенцу шапку.

А теперь скажите, кто же был больше всех?

Ногайские сказки

Старик Женали

давние-давние времена жили на свете два хана — Хан Запада и Хан Востока. Однажды гонец от Хана Востока привёз Хану Запада письмо: «Когда твои люди гнали табуны лошадей с горных лугов в степь, — говорилось в том письме, — мой знаменитый на весь мир жеребец, услышав их топот, заржал. Стало быть, весь приплод твоих табунов в этом году будет принадлежать мне!»

Удивился Хан Запада дерзости и глупости соседа. Удивился и задумался: что делать? Войну начинать ему не хотелось, но и потерять всех жеребят, которые появятся на свет в его бесчисленных табунах, было бы обидно и несправедливо.

Решил Хан Запада созвать на совет стариков, прославленных в народе. Созвали мудрейших, и хан поделился с ними своей озабоченностью.

Был среди мудрейших седобородый старик по имени Женали. Выслушав хана, он сделал шаг вперёд и сказал:

— Прикажи, владыка, вооружить сорок храбрых всадников да вели им слушаться меня во всём беспрекословно. Дай мне сорок пустых мешков, рослого верблюда, маленького ослика да козла с длинной бородой, и можешь не беспокоиться — я избавлю тебя от этой заботы.

Обрадовался хан, распорядился дать старику Женали всё, о чём тот просил, и наказал своим всадникам:

— Повинуйтесь мудрому Женали,