спускался прелюбопытнейший персонаж: то ли гном, то ли горбун, с длинной бородой «а-ля Черномор». В длинном белом одеянии, похожем на саван, и длинном ночном колпаке.

Огромный нос, большие руки. Кого-то сказочного он ей напоминал. Ой! Ощутимый щипок волка за задницу снова напомнил Агате все им сказанное только что. Руд стоял, наклонив голову и взгляд в пол опустив.

Сложно так, без тренировки-то. Смиренно повторяя за волком, Агата опустила глаза и отступила в его тень. Ну так, для конспирации, а то — мало ли.

— Доброго солнца, гости мои. С чем пожаловали?

Хозяин снисходительно оглядел их весьма затрапезный вид. Даже губы поджал, видимо, сожалея, что вообще почтил своим присутствием этих двоих.

— Лучей в дом твой, хозяин. Мы принесли приглашение от твоей давней подруги.

Лавочник весь подобрался, очень внимательно разглядывая собеседников.

— И куда же, скажите?

— На ужин в ближнюю Луну, как и договаривались.

Вот все-таки Агата — умница. Правильно она волка оставила разговаривать с Василисой. В жизни бы не запомнила всю эту дурь. Она вообще не особо любила учить и учиться. Скукотища. В Академию поступила, только чтобы сбежать от себя и от Канина.

Лавочник молча поманил их за собой, нырнув куда-то под лестницу.

Там скрипнула дверь, и последовав за этим загадочным типом, они оказались, кажется, в тайном кабинете: сразу за ними дверь самостоятельно закрылась, зажглись настенные светильники, осветив высокие стеллажи с рядами массивных кожаных переплетов.

Волк с хозяином тихо шептались о чем-то, а Агата замедлила шаг. Ощущала она себя попавшей в сказку — в который уже раз в этом мире. Не то чтобы она так уж интересовалась книгами, но вот такие ее просто заворожили своей аутентичностью: наверное, в каждой куча пожелтевших страниц и рукописные тексты, а еще — нарисованные тонкими кисточками художников иллюстрации. Просто… произведения искусства невероятной стоимости, да. Сокровищница ничуть не менее роскошная, чем пещера разбойников.

— Баронесса Гессер! — голос Руда, прозвучавший непривычно солидно и низко, заставил ее вздрогнуть. — Не одолжите ли вы нам свой нож? Нужно открыть тайник Василисы.

Подошла быстро, расстегивая поясные ножны и протягивая оружие.

Лавочник осторожно взял клинок, покачав головой, приблизил его к свету, рассматривая.

— Занятная очень вещица. Сколько вы хотите за нее, баронесса? Кстати, прошу прощения, ваша светлость. Вы не представились сразу, а я был введен в заблуждение вашим нарядом.

Агата приосанилась. Она вовсе не была самозванкой: в активе ее древних предков этих титулов было… местному королю впору завидовать, с баронессой она еще просто поскромничала. И этикету ее тоже учили. Уж учтивые слова наследница древнего рода усвоила. Как и очень рано научилась распознавать этот алчный огонек в глазах всех торгашей всех миров и сословий. Лавочник видел выгоду. Она его возбуждала. Не на ту «баронессу» напал, коротышка.

— Простите любезно, но подобные вещи деньгами не измеряются, — ей почудилось, или волк за плечом вдруг облегченно выдохнул? Нужно будет его при случае расспросить. — Давайте все-таки к делу вернемся. Взгляните, все ли в порядке, и разойдемся.

Хозяин посмотрел на нее с уважением. Ножик в дело пустили, разрезав шнур, которым был зашит их тайник.

Коротышка был в полном восторге от качества их работы. Говорил, что впервые все донесли так хорошо. Но следующий битый час жадный лавочник торговался. Волк потребовал три золотых еще сверх того, что положила им бабка, явно увидев тут выгоду, а он знал в этом толк. Мужчины сладострастно слились в своем алчном экстазе. Агата скучала, зевала, ковыряла пальцами стеллажи, ходила кругами. Что толку? Прервать этот упоительный для обоих процесс было невозможно.

Лишь все обстоятельно обсудив, оба остались довольны и разошлись. Лавочник сразу сказал, что ждет их через два дня с новой работой и платить будет втрое больше, чем Василиса, даже с учетом прибавки. Предложил услуги своего двоюродного племянника, сдающего домик в очень солидном районе и только своим. Адрес портнихи и лавок бакалейщика, пекаря, молочницы и мясника. Даже чайную лавку. Волк слушал внимательно, попросил листок бумаги и карандаш, все аккуратно и быстро записывая. И почерк у него был очень ровный, красивый. Надо же… бастард, выросший в горной деревне, говорите? Не похоже. Судя по всему, его учили как минимум каллиграфии, а как максимум… Парнишка, похоже, полон тайн и загадок. И вовсе он не тот, кем показался ей с первого взгляда. Не ошиблась ли «премудрая госпожа», сходу определив Рудика в оруженосцы? Или просто сама не хотела замечать все его странности? Отчего-то вдруг еще и поцелуи его вспомнила — там, в пещере с разбойниками. Нет, все это глупости. И даже не стоит ей думать об этом.

Распрощавшись с хозяином странной лавки, спутники вышли на улицу, на долю секунды ослепнув от солнца.

И тут же столкнулись с очередной неприятностью — Агата уже начинала привыкать, что в этом будто игрушечном мире они сыплются на нее, как из рога изобилия.

— Баронесса⁈ А вы что здесь делаете?

17. Мелкие хлопоты

— О, нет! — застонали волк и тигрица в один голос.

Принесла же нелегкая (в виде лошади большой темно-каурой) на их бедные уставшие головы этого… уже всем порядком надоевшего.

Маг был хорош. В седле держался прямо, уверенно, лошадку свою отвернул, спасая опешивших пешеходов из-под копыт.

— А вот и твой Жорик, везучая госпожа. Ты успела соскучиться? Я как-то не очень.

Волк задвинул Агату за спину, выступая вперед. А она в очередной раз заметила, как же он вырос.

Жозеф Лур (а это был он, конечно же) и раньше одевался весьма нарядно, но сейчас был при полном параде: в бархатном камзоле цвета горького шоколада, расшитом золотыми шнурами, в коричневых кожаных штанах и щегольских черных сапогах. Костюм был подобран под стать лошади. А маг-то — пижон… темные волосы убраны в короткий хвост. И выражение лица серьезное такое, хищное. Все, как ей нравится. Красавец-мужчина, явно знающий себе цену.

— А я вас заждался, — произнеся это угрожающе-низким голосом, маг спешился, крепко прихватив свою кобылу под уздцы.

Делать было нечего, пришлось отступить с мостовой, этот «первый встречный» явно не собирался пройти мимо.

— А разве сегодня пятница? — наивно захлопала глазками Агата. — Совершенно потеряла счет времени. Знаете ли, прогулка была до того увлекательной…

Встретив скептический взгляд королевского мага, Агата умолкла, но на всякий случай надула губки и потрепетала ресничками.

— Знаете ли, — тут он ее явно поддразнивал, — я был бы последним глупцом, поверив в мифическую «баронессу», тем более такую, хм, талантливую. Только сегодня вернулся из Урианы в Гилод, наводил