как мимо нас «проплыл» массивный чёрный внедорожник. Автомобиль припарковался у самого крыльца, дверца открылась, и из салона выбрался наш «нищий» алиментщик Никита Павлович.

— Я не опаздываю, — философски заметил я, провожая взглядом удаляющуюся спину Денисова. — Я приезжаю вовремя. Высшая Справедливость не терпит суеты.

Шеф на это лишь отмахнулся, ему было уже не до меня — все его мысли занимал Никита.

Мы вошли в здание. Внутри «СтройВектора» уже вовсю кипела жизнь, похоже, офис работал с восьми утра. Мы проследовали через просторный выставочный зал, заставленный образцами различной техники и штабелями облицовочного кирпича, в приёмную. Там за стойкой восседала миловидная секретарша. При виде нас она дежурно улыбнулась и произнесла:

— Доброе утро!

— Добрейшего утречка! — бархатным голосом произнёс Олег Борисович, включив своё фирменное обаяние. — Нам бы господина Денисова увидеть.

Девушка смерила нас оценивающим взглядом, сверилась с записями в ежедневнике и уточнила:

— А вам назначено?

— Ну разумеется! — ответил Маньков, да так искренне, что я сам на секунду поверил в его легенду. — Мы вчера обо всём с ним договорились. У нас горит грандиозный контракт на сухие смеси. Господин Денисов заверил нас, что прямо с самого утра будет ждать!

— Одну минуту, я сейчас уточню, — сказала секретарь.

Она поднялась из-за стола, подошла к массивной двери и, деликатно постучав, приоткрыла её, собираясь доложить начальству о внезапных визитёрах. Но Олег Борисович совершенно не собирался тратить время на соблюдение правил приличия. Как только отворилась дверь, Маньков, не дожидаясь приглашения и не обращая внимания на возмущение секретарши, бесцеремонно прошмыгнул в кабинет. Я отправился за ним.

Денисов в это время что-то разглядывал на экране ноутбука. Он среагировал на шум у двери, оторвался от монитора и презрительно скривился, узнав нас.

— Что? Передумали? — спросил он, усмехнувшись. — Поздно. Я уже нанял нормального адвоката, мы с ним всё обстряпали. Я в ваших услугах не нуждаюсь. Покиньте кабинет, не мешайте работать!

Маньков на это лишь улыбнулся. Он без приглашения уселся в гостевое кресло и торжественно произнёс:

— Дорогой вы наш, так это же хорошо! Просто замечательно! Вы не просто семью без денег оставили, вы теперь со своим «нормальным» адвокатом себе ещё и на полноценную уголовную статью наработали!

— Вы чего несёте⁈ — со злостью бросил Никита. — Быстро валите отсюда, пока я охрану не вызвал!

— Зачем вы нас гоните? Ведь мы даже не поговорили нормально. Чаю не попили.

— Мне не о чём с вами разговаривать! Я вам больше ничего говорить не буду! У вас наверняка диктофон в кармане!

— Это вы, Никита Павлович, дешёвых сериалов пересмотрели, — сказал Маньков. — Нам диктофоны без надобности. Бумага бьёт любую запись.

Шеф извлёк из папки лист и положил перед Никитой.

— Это что за бумажка? — спросил Денисов, брезгливо сморщившись. — Ни подписей, ни печатей. Филькина грамота!

— Это для вас огромное счастье, что она пока без печатей, — пояснил Маньков. — Были бы печати, вами бы уже Управление экономической безопасности и противодействия коррупции и налоговая интересовались. Вы в первый столбик гляньте. Вы за год на отпуска больше потратили, чем за десять лет способны заработать с вашей «официальной» зарплатой. В «Риксосе» останавливались? Молодец. Комфорт — это хорошо. Причём и барышень покатать умудрялись.

Лицо Никиты перекосилось, и он злобно прошипел:

— Я накопил! Имею право!

— Умница! — похвалил его Маньков. — Люблю целеустремлённых людей. Десять лет копил, сидел на хлебе и воде, чтобы за пару поездок всё в Дубае спустить.

— Да вы ничего не докажете!

— А вы сами всё доказали, — сказал Маньков и постучал пальцем по бумаге. — Квартиру в ипотеку взяли?

— Это не мне! — ответил Никита. — Это маме! Квартира на маму оформлена! Я просто помогаю!

— Ай, молодец! Какой хороший сын, маме помогает! Только суду нет дела до вашей сыновьей любви. Согласно Пленуму Верховного суда номер пятьдесят шесть, суд вправе оценивать реальные доходы плательщика алиментов по его расходам. И гляньте второй столбик: платежи по ипотеке. Каждый месяц — огромная сумма, намного большая, чем ваша минималочка. И вот тут налоговая задаст логичный вопрос: а не в серую ли вы зарплату получаете, гражданин Денисов?

Никита занервничал, но сдаваться не собирался.

— А не надо меня налоговой пугать! — заявил он. — Ничего они мне не сделают!

— И правда. Зачем мне вас пугать? — сказал Маньков. — Испугаться должен генеральный директор вашей конторы.

После этих слов шеф достал из папки второй документ — ту самую копию из ипотечного агентства и продолжил:

— Вы ведь не просто маме «помогаете». Вы выступили поручителем. И как поручитель, предоставили банку справку о своих реальных доходах. И вот эта справка уже со всеми нужными печатями и подписью вашего шефа.

Никита насупился, вжался в кресло и молчал. А шеф добивал его:

— И смотрите, какая магия получается! В суд по алиментам вы несёте справку с минималкой. А в банк — совсем не с минималкой. Мы сейчас выйдем из вашего кабинета, дойдём до приёмной генерального директора и положим ему на стол обе эти бумажки. А потом объясним, что завтра они улетят в ФНС, как доказательство чёрной бухгалтерии в его компании. Как думаете, через сколько минут после этого шеф расколется и расскажет, как вы уговорили его участвовать в подлоге? Или это не шеф? Это кто-то из бухгалтерии вам липу нарисовал? Но даже если и в бухгалтерии, не думаю, что шеф обрадуется такому раскладу и предстоящей проверке. А она будет, это я вам гарантирую!

Никита бросил на Манькова ненавидящий взгляд, скрипнул зубами и сказал:

— Не надо к генеральному! Сколько вы хотите?

— Мы хотим не так уж и много, — ответил шеф. — Наши услуги оплачиваются по действующему прайс-листу нашей фирмы, а вот…

— По какому ещё прайс-листу⁈ — взвился Денисов. — Прекратите нести дичь! Скажите прямо: сколько вы хотите?

— Олег Борисович, — вступил я в разговор. — Мне кажется, что Никита Павлович неправильно истолковал наши действия. Он думает, что мы пришли его шантажировать.

— Похоже на то, — согласился шеф.

— А что это, если не шантаж? — воскликнул Никита.

— Это попытка заключить досудебное соглашение, — пояснил шеф.

— Какое ещё соглашение?

— Об оплате алиментов двум вашим детям, исходя из вашего реального дохода. И если вы ещё не поняли этого, то я вам скажу: нас наняла ваша бывшая жена — Полина Денисова.

— Полинку нашли и втянули в вашу грязную схему? — со злостью прошипел Никита.

— Мы никого не втягивали, — ответил шеф. — Полина сама обратилась в нашу фирму с просьбой помочь ей выбить деньги из безответственного отца её детей. Что мы, собственно, и делаем. Вы человек неглупый, хоть и совершенно аморальный, поэтому не