блага. Но злой Бог подслушивает, и я не могу рассказать тебе, что придумала. Вообще-то, я и сама не до конца поняла, что именно планирую. Ответ должен быть в книге.

— Понятно, — коротко ответил Хэй Юэ. Из-за того, что он был так скуп на эмоции, я не понимала, он обижается или просто подводит итог разговору.

— Это не потому, что я тебе не доверяю, — решила добавить я, чтобы все окончательно прояснить. — И не использую тебя. Я просто не знала, к кому обратиться с такой сложной миссией. Но я очень хочу тебе помочь, и одна птичка напела, что в этой книге есть какое-то решение.

Хэй Юэ сощурился, внимательно на меня глядя.

— Ты сильно изменилась, Бай Тао.

— То есть? — я рефлекторно схватилась за волосы, но дело было вовсе не в них. Я так-то блондинка с не особо длинной шевелюрой, а по плечам по-прежнему струился чёрный водопад.

— Раньше ты не оправдывалась передо мной и не объясняла свои распоряжения.

— Так раньше я была все равно, что другим человеком! Не помню ничего.

Хэй Юэ качнул головой.

— Потеря памяти не может изменить твоей сути.

— А если может?

— Не может. Душа все равно остается прежней.

Плохо дело! Нельзя, чтобы он так думал. Я хотела общаться с ним по-человечески, а не помыкать как слугой. Мне ведь говорили принимать свои решения. И вот к чему это привело! Довольны?

— Значит, ты была не такой надменной, какой пыталась казаться. — Хэй Юэ тепло улыбнулся. — Сейчас ты просто не задумываешься о том, чтобы держать какой-то образ. Настоящая Бай Тао мне нравится больше.

С такими словами он испарился из комнаты.

У меня подкосились ноги, и я едва не села мимо рядом стоящего табурета.

Нет, Хэй Юэ, Бай Тао была именно такой, какой ты ее знал.

Выходит, я ее обеляю?

Или…

Это был комплимент мне?

Глава 25

Стоило Хэй Юэ уйти, как иероглифы стали понятны. А-Няо молчал, никак не комментируя случившийся разговор.

Собравшись с мыслями, я стала искать нужные страницы. Кое-где были нарисованы картинки. Где-то в середине я наткнулась на изображение дракона. Иллюстрации были сделаны тушью, так что чешуя зверя была закрашена чёрным.

А рядом подпись — Черный дракон.

Нет, это не тот.

Я листнула вперёд и увидела на следующей странице незакрашенного дракона. Теперь подпись была нужная — Белый.

«Уверена, что не хочешь прочитать про Черного?» — заметил А-Няо.

«Да, хочу, но сначала про Белого».

«Лучше по порядку идти».

Птица явно на что-то намекала, а потому я воспользовалась его подсказкой и вернулась к предыдущей заметке. Все записи велись от руки, но на волшебный перевод это никак не влияло.

«Чёрный дракон — легендарный зверь, погибший сотни лет назад. Сильнейший Владыка демонов Цзинь Хэ убил его, вырезав глаз, и поглотил ядро. Темная суть духовного зверя проникла в мир людей, но даже Владыка Цзинь Хэ не смог с ней справиться. Она уничтожила его тело, а все его души слились в одну в потоке чистой тьмы, и так появилась душа Бога демонов. Чтобы воплотиться, он должен найти подходящий сосуд — благородного, доброго и открытого человека, который незаслуженно пережил ужасную несправедливость и испытал сильнейшую боль. К счастью, таковой ещё не родился, но рано или поздно, час настанет, и тогда мир обратится в прах».

— Теперь понимаю! — у меня по спине даже мурашки поползли.

Я перевернула страницу.

«Белый дракон — некогда сильнейший духовный зверь, после смерти брата, Чёрного дракона, ослаб. Все его силы уходят на поддержание равновесия в мире. Только он может выступить против Бога демонов, но для этого из его чистейших духовных сил должна появиться душа Бога дракона. Если Белому дракону удастся найти подходящий сосуд для воплощения — искреннего человека без корыстных стремлений — ещё до воплощения Бога демонов, в мире вновь воцарится гармония. Но пока что зверь дремлет в Льдистых горах, ожидая избранного».

— Чего? — я отложила книгу, пытаясь все это осмыслить.

Они как инь и ян. Одного убили, и равновесие в мире нарушилось. Оттого, наверное, школы заклинателей стали так жестоки даже к безобидным демонам! Тьма здесь словно оседала тонким слоем на душах каждого.

Но Бог демонов ещё не воплотился, а значит, есть шанс уладить все малой кровью. Кто-то должен забрать ядро Белого дракона как можно скорее!

«Уверена, что в книге говорилось о том, чтобы забрать ядро?» — А-Няо был опять недоволен.

Ну, да! Вся история пропитана тем, что тут властвует бессмысленная жестокость. Я тоже подвергаюсь влиянию тёмных сил, сама того не замечая, а потому совершаю поступки, которые бы никогда в жизни не сделала.

В оригинальном сюжете Сюань Фэн убил Белого дракона — как видно, повторил за Владыкой Цзинь Хэ и вырезал зверю глаз, — и теперь ясно, о какой нелогичности шла речь. Гармония и без того нарушена, благими намерениями прикрылось убийство. Сюань Фэн ничем не отличался от Цзинь Хэ. Мне еще не показали, чем закончилась дорама, но и гадать не нужно: Сюань Фэн с помощью сил дракона наверняка убил или заточил Хэй Юэ. А ведь смысл был не в том, чтобы победить тьму. Смысл в том, чтобы ее уравновесить со светом. Восстановить гармонию. Нет чистого добра и чистого зла, все существует во взаимодействии друг с другом, и победа одного из них сулит разрушением мира. Но даже так полноценной победой это назвать нельзя, ведь если ничего не останется, добро и зло тоже перестанут существовать.

«Сценаристы написали сюжет, противоречащий природе дао, — пояснил А-Няо. — В дораме это могло сработать, но в воплотившемся на основе этой истории мире — нет. Природа все исправляет. Убийство Белого дракона склонило энергии в сторону тьмы, как и последующее заточение Бога демонов в артефакте. Силы тьмы в итоге разорвали этот мир. Это был конец для всего материального, что тут есть, но не конец в привычном смысле этого слова. В бескрайнем пространстве свет и тьма продолжили свое взаимодействие, пытаясь восстановить гармонию. Ушли бы миллиарды лет, чтобы на этом месте родилось новое солнце, новые звезды и новая земля. Но если есть возможность спасти столько невинных жизней, погибших из-за перевеса, почему бы это не сделать? У этого мира появился шанс благодаря тебе».

Только сейчас я стала в полной мере