надеясь, что тот еще проявит свои таланты и займет достойное место на страницах пока не оконченной книги.

Александр Сергеевич продолжал смотреть в забранное решеткой окно палаты. По стеклу стекали капельки унылого мелкого дождя. Думая, что он утратил свой дар, Александр Сергеевич под воздействием психотропных лекарств, тоскливо размышлял о бессмыслице жизни, неминуемом конце и в смятении чувств призывал Госпожу Смерть.

Отворяясь чуть скрипнула входная дверь палаты. Госпожа Смерть пришла. «Да, не так я ее себе представлял!» – изумился Александр Сергеевич и растерянно сел на кровать.

От Смерти явственно несло алкоголем, она сильно пахла женским потом, а ее лицо было в жутких потеках.

- Здравствуй, князь ты мой прекрасный! Что ты тих, как день ненастный? Опечалился чему?[26] - знакомым чуть осипшим голосом ласково сказала выпившая спирта Госпожа Смерть и предложила:

- Пора домой, Саша,

- Что у тебя с лицом? – дрогнув голосом задал совершенно бессмысленный вопрос бледный Александр Сергеевич.

- Макияж потек, - расстроенно сказала Госпожа Смерть, взяла со спинки кровати полотенце и тщательно вытерла им лицо.

Александр Сергеевич облегченно выдохнул, поутру после бала Наталья Николаевна частенько также выглядела, да и запах ее утренней отрыжки после употребленного накануне шампанского тоже был знаком.

В палату зашел мрачный здоровенный санитар и занес объемную сумку.

- Переодевайся дорогой, - предложила Наталья Николаевна, - тут твои новые вещи.

- Ты поди, Наташа, поди, - распорядился Пушкин - а лакей мне поможет.

С великорусского матерного, на условный литературный язык, речь санитара перевести было возможно, но не нужно. Бить внешне щуплого больного он не стал, но выходя от души хлобыстнул дверью.

- Я помогу, - отвлекая внимание крайне удивленного Пушкина, быстро сказала Наташа и расстегнула молнию на сумке.

Мужской спортивный костюм был на размер больше, чем рост Пушкина, расстроено заметила Наталья Николаевна, по-женски оглядывая Александра Сергеевича, зато зимние ботинки впору, а пуховик вообще такого фасона, что кажется безразмерным. Да не велик ростом Саша, не велик, немного истощен, сухощав, плечи широкие, талия тонкая, мускулатура развита и соразмерна телосложению. Ничего откормим, сходим в Гостиный двор подберем вещи по размеру. Хотя нет, Гостиный двор, это очень дорого, сходим на вещевой рынок. Представила, как Пушкин стоя на подмокшей картонке примеряет джинсы, засмеялась, ладно в Гостиный так в Гостиный.

- Скоро еще? – чуточку сварливо спросил обувшийся Пушкин, уже одевший спортивный костюм.

- Готово, - подала ему пуховик Наталья Николаевна.

На выходе, в вестибюле диспансера, Пушкин в ростовом зеркале критично осмотрел себя в новом наряде. Мда-с, уродство то какое, но что делать раз в этом Лукоморье так принято.

- Карета подана, барин, - юродствуя с поклоном сказал охранник за стойкой и рукой показал на заметную через стеклянную дверь машину такси.

Пушкин уверенно взял под руку Наталью Николаевну и пошел в новую жизнь. Дверь на фотоэлементах бесшумно отворилась.Пушкина это не удивило, сказка так сказка, чему тут удивляться.

Через окно кабинета за ними с интересом наблюдал Александр Иванович Тургенев, диагноз больному именующему себя: Александр Сергеевич Пушкин, он поставил, лечение провел. Пушкин принял существующую реальность и готов к социализации в обществе. А вот Наталья Николаевна вызвала у него большой, но исключительно профессиональный интерес. То, что она чуточку не в себе он сразу определил, но что дальше? Если эта дама и его коллега врач, втайне признала себя Натальей Николаевной Пушкиной из девятнадцатого века, то она возможно психически не здорова, а вот передалась ли ей весьма необычная наследственность Натальи Николаевны Пушкиной, урожденной Гончаровой[27], пока неизвестно. А там есть за чем понаблюдать ученому генетику и врачу психиатру. Бабушка со стороны матери, психически неуравновешенная романтичная дама, иначе бы она не бросила мужа и дочь, чтобы сбежать с любовником. Дедушка со стороны матери, абсолютный эгоист и большой мерзавец, бросил беременную любовницу на руки законной жене и спокойно умчался и далее получать удовольствия от жизни. Дитя от этой связи и маменька Наташи, неврастеничка. Дедушка, папа отца, мот, развратник, с неуравновешенным характером. Бабушка, мама отца, лишилась рассудка и жила отдельно от мужа и сына, с внуками не общалась. Отец Наташи тоже стал умалишенным. В девятнадцатом веке эта наследственность внешне у Натальи Николаевны не проявлялась, а что за демоны бушевали у нее в душе пока не определить. Да и были ли они эти демоны? Любопытно! Да у Пушкина наследственность не нормальна, про Абрама Петровича Ганнибала[28] любителям изучения генеалогии поэта хорошо известно, а вот про его прадедушку Александра Петровича Пушкина, который будучи в сумеречном сознании убил свою жену[29] кроме специалистов мало кому ведомо. Очень любопытно, что у них получится в третьем тысячелетии в Лукоморье при такой генетической склонности обоих к нервическим болезням. Будем наблюдать с профессиональным интересом решил Повелитель Царства Мертвых, потер руки и отошел от окна, когда машина с Александром и Натальей отъехала от входа в дом скорби.

Раскладной стол в скромной однокомнатной квартире был сервирован на две персоны посудой девятнадцатого века. Этот сервиз производства фарфорового императорского завода семья Гончаровых сохранила и пронесла сквозь все войны и революции двадцатого века. К двадцать первому веку от семьи Гончаровых осталась одна Наташа. Интимным неярким теплым светом горели свечи, в хрустальные бокалы налито красное вино, мясо было жареным, курица тушёной, свежие фрукты спелыми. Он деликатно не спрашивал ее, как ей удалось растрепанной, потной, со смазанным лицом и запахом алкоголя, вырваться от Черномора, она не спрашивала его о дальнейших планах. Тихий семейный ужин. Болтали о назначении бытовых приборов в квартире, об одежде и погоде. Пушкин после горячей ванны и бриться был в длинном мужском халате и бос, она одета в милое золотистое платье и обута в туфли на низком удобном каблуке.

Мужской халат остался в квартире как память (руки выкинуть не дошли) о первом муже Наташи, а бритву, которую перед принятием ванны с удовольствием использовал при бритье Пушкин, Наталья Николаевна ранее использовала для эпиляции. Ну и что? Во-первых, Александр Сергеевич этого не знал, а во-вторых их семейная жизнь никого не касается.

Наталья Николаевна молча разобрала складной диван, расстелила постель с новым бельем, Александр Сергеевич поспешно задул свечи и снял халат. Сначала Александр Сергеевич не понял, что за предмет ему дала жена, но Наталья Николаевна мягко, ласково, настойчиво, умело помогла ему одеть, средство контрацепции. А потом они воссоединились во всех смыслах этого слова. Недолгая разлука прошла. Госпожа Смерть их не навещала, а Госпожа Жизнь не мешала.

[1] Автор