— Пробки. И… я хотел убедиться, что за мной не следят.

— Разумно. Рассказывай, — Игнатий махнул рукой.

Антон Владимирович вздохнул.

— Испытания приостановлены на две недели.

Сорокин никак не отреагировал. Только чуть наклонил голову. Из-под воротника его рубашки показался край татуировки.

— Почему?

— Побочные эффекты. Солдаты под «Авангардом» стали проявлять агрессию. Один из них едва не убил соперника на спарринге. Комиссия решила взять паузу и провести дополнительный анализ, — пробормотал Маслов.

Тишина. Где-то в глубине тёмных коридоров больницы монотонно капала вода. Этот звук действовал барону на нервы.

Игнатий цокнул языком и произнес:

— Главы Чёрной касты ожидали лучшего результата. Они вложили значительные ресурсы в этот проект. Формула, лаборатория, твоё прикрытие. Всё это стоило денег.

— Я знаю…

— И взамен они хотели видеть армейский контракт.

— Послушайте, я сделал всё, что мог! Но я не контролирую побочные эффекты! — повысил голос Маслов.

— То есть ты обвиняешь наших алхимиков?

— Не моя вина, что ваш эликсир оказался не так уж хорош! Побочные эффекты слишком заметны! Агрессия, нарушения сна — это всё фиксируется! Как я должен был это скрыть⁈ — барон едва не сорвался на визг.

Сорокин молчал. Его тёмные, бездонные глаза буравили Маслова.

Антон Владимирович понял, что зашёл слишком далеко. Обвинять Чёрную касту в некомпетентности — не самая здоровая идея.

— Простите, — он опустил голову. — Я… я просто…

— Ты просто испугался. Это понятно. Страх — естественная реакция, — Сорокин усмехнулся.

Он отошёл к грязному окну, сквозь которое едва пробивался свет уличного фонаря.

— Ничего страшного не случилось, ваше благородие. Это даже хорошо, что будут ещё испытания.

— Хорошо? — переспросил Маслов.

— Конечно. Две недели — достаточный срок. Алхимики касты доработают формулу. К следующим испытаниям «Авангард» будет работать идеально.

— Это возможно?

— К моменту испытания у тебя будет новая партия эликсира, — ответил Игнатий.

— А если комиссия заметит изменения в формуле?

— Не заметит. Внешне эликсир останется тем же. Вкус, цвет, консистенция — всё идентично. Изменения будут на молекулярном уровне.

Сорокин повернулся к нему.

— И тогда ты победишь. Контракт достанется тебе. А Серебров останется не у дел, — он хищно улыбнулся.

Антон Владимирович кивнул. Что ему ещё оставалось?

Он уже жалел, что влез в это дело. Но показалось, что всё просто и выгодно — формула эликсира, армейский контракт, большие деньги. Сорокин нашёл его сам, предложил партнёрство. Маслов согласился, не задумываясь о последствиях.

Теперь он понимал, что значит «партнёрство» с Чёрной кастой.

Это значит — делать то, что скажут. Без вопросов. Без возражений.

Потому что те, кто возражает касте, имеют свойство исчезать.

— Я сделаю всё, что нужно, — пробормотал барон.

Игнатий подошёл и похлопал его щеке.

— Конечно, сделаешь. Ты же умный человек, барон. Ты понимаешь, на чьей стороне сила.

Он направился к выходу, но у двери остановился.

— И ещё кое-что. Серебров опасен. Умнее, чем кажется. Будь с ним осторожен.

— Я буду.

— Хорошо. До связи, барон.

Сорокин вышел, растворившись в темноте.

Маслов остался один. Стоял посреди заброшенной больницы, слушая, как капает вода, и думал о том, как глубоко он увяз в этом дерьме.

Слишком глубоко, чтобы отступать.

Теперь оставалось только идти вперёд. И надеяться, что каста сдержит слово.

Российская империя, город Санкт-Петербург, гостиница «Астория»

Вечером я устроил онлайн-совещание.

На экране ноутбука — два окна. Дмитрий в своём кабинете в поместье, Лев в лаборатории «Аргентума».

Мы уже обсудили кое-какие текущие вопросы, и теперь переходили к самому важному.

— Итак, поставщики. Что удалось сделать? — спросил я.

Дмитрий вздохнул.

— Нашли временное решение. Четыре мелких поставщика согласились работать с нами. Но объёмов не хватает. Производство замедлилось на тридцать процентов.

— Тридцать процентов — это много, — качнул головой я.

— Знаю. Мы справляемся, но с трудом. Если ситуация затянется — начнём срывать сроки по контрактам, — развёл руками Дмитрий.

Я задумался. Белозёров и его люди действовали грамотно. Не уничтожали бизнес напрямую — это было бы слишком заметно. Просто методично перекрывали кислород.

— Хорошо. Вот что сделаем. Свяжись с Некрасовым, пусть оформит несколько подставных фирм. Две-три, с разными названиями и адресами. Будем закупать расходники от их имени.

— Зачем такие сложности? — спросил Лев.

— Чтобы не спалиться с объёмами. Если одна новая компания начнёт закупать столько же, сколько мы раньше — это заметят. А вот три мелких фирмы, каждая со своими небольшими потребностями — другое дело. Главное — враги не должны знать, что мы нашли выход. Пусть думают, что давление работает, — объяснил я.

— Разумно, — пробормотал Бачурин и сделал какие-то пометки в своём блокноте.

— Что-нибудь ещё по этому вопросу? — поправив очки, уточнил Дмитрий.

— Да. Передай Ефиму и Васе, пусть узнают, почему бывшие поставщики отказались. Как именно на них надавили, кто звонил, что говорил. Нужны доказательства. И пусть ищут новых партнёров — таких, которые не соскочат так легко. Может, из других регионов.

— Сделаем.

— И ещё одно. Проведите расчёты: будет ли выгодно производить расходники самим? Реагенты, колбы, упаковку — всё, что нам нужно, — сказал я.

Лев поднял брови.

— Это серьёзные инвестиции, Юрий Дмитриевич.

— Знаю. Но если получится — избавимся от зависимости. Никто больше не сможет нас шантажировать через поставщиков.

— Посчитаем, — кивнул Дмитрий. — Но это долгосрочный проект. Год минимум, а то и два.

— Решение примем позже, когда будут цифры, — я сделал глоток остывшего кофе и повернулся ко Льву. — Теперь давайте о хорошем. Что там с эликсиром для иммунитета?

Лицо Бачурина просветлело.

— Прошёл сертификацию! Сегодня утром получили документы. Пока что только на продажу в аптеках. Для медицинского применения ещё не одобрили — говорят, нужны дополнительные испытания.

— Отлично. Запускаем в продажу. Название придумали?

— Пока рабочее — «Иммунит», — пожал плечами Лев.

— Слишком прямолинейно. Назовём его… «Барьер». Защита от болезней, барьер для инфекций. Звучит привлекательнее, — добавил я.

— «Барьер»… Да, неплохо. Я передам в отдел маркетинга, — согласился Дмитрий.

— Сколько времени нужно на запуск?

— Производственная линия готова. Упаковку переделаем за неделю. Думаю, через две недели первая партия выйдет на рынок, — ответил Лев.

— Хорошо. Держите меня в курсе, — велел я.

Мы обсудили ещё несколько мелких вопросов — графики