рядом с тобой, спроси у него сам! – палец Вики прилетел Артамону по лбу. Она присмотрелась к нему и неожиданно смягчилась: – Ты, наверное, устал и истощил свой резерв. Кушай, тут ещё есть сладкое. Я тебе даже чайку налью!

- Если ты скажешь, что ты что-то отсюда уже прикарманила, я сравню тебя с моей матерью, - наследный принц Очарованной Империи, по которой скучал так сильно, как только может скучать молодой мужчина по дому, заторможенно пил сделанный ему чай. Он оказался горячим, в самый раз, чтобы огненный дракон вскипятил кровь, в меру сладким и не чересчур крепким. То, что нужно, чтобы почувствовать себя в относительной безопасности даже в столь странных обстоятельствах.

- Твоя мать что-то прикарманивала? Она, определённо, куда веселее тебя!

Артамон нисколько не удивился одобрительному тону Виктории. Ведьмочке мог понравиться любой факт из его жизни, если он несерьёзный и безрассудный.

- Она была расхитительницей сокровищ. Она бы оценила склеп, как место, потенциально полное ловушек, - добавил дракон.

- О, не переживай, если они тут и были, Гарри уже все обезвредил! – успокоила его Вика. – Знаешь, я буду рада послушать побольше о твоей маме, ты упоминал, что она ещё и красивая, как я!

Девушка внимательно следила за тем, как он ел, потом повернулась к своему… Гарри.

- Тебе следует набраться сил, потому что способ рассказывать что-то в подробностях у Гарри очень своеобразный. Болезненный. Но я считаю, что ты должен узнать всё первым, потому что это связано с твоими сородичами, огненными драконами.

Артамон уловил в эмоциях Вики сочувствие. И прежние переживания, появившиеся у него по приезде на станцию, во время разговора с Берасом, разгорелись с удвоенной силой.

- Виктория… - дракон произнёс её имя, когда дожевал последнее имевшееся пирожное.

Девушка посмотрела на него, печально улыбнулась и замахала руками.

- Поздноватый официоз, когда впереди и позади так много всего! – она нервничала, потирая плечи. – Гарри, постарайся сделать всё аккуратно.

Монстр напрягся, словно у него что-то застряло во рту.

- Я… постараюсь, - пообещал он глухо. Голос прозвучал, словно он говорил через несколько слоёв ткани.

- Я уже вижу это и хвалю тебя, ты такой молодчина! – ведьма потрепала химеру по голове.

Монстр зашевелился. Он подступил к Артамону и, будто спрашивая разрешения, указал на того подбородком. Драконий принц, не уверенный сейчас ни в чём, позволил ему… неясно толком что. Костяной палец чудовища коснулся его виска – и мир закрутился, как птица, подбитая в полёте.

Дракона затянуло в водоворот чужих мыслей и образов, слишком быстрый и сумбурный, чтобы в нём можно было уловить хоть что-то. Но в итоге картинка как бы остановилась.

Принца-фамильяра всё ещё крутило, как при падении в полёте, но теперь Артамон понимал, что он действительно падает. Тот, чьими глазами он видел, не мог управлять пронзёнными арбалетными болтами в нескольких местах крыльями, истекал кровью и падал, пока не рухнул в каком-то овраге.

Вокруг журчала вода – и это не помогало пострадавшему, потому что он был огненным, силы черпал из огня. Арти… тот, кем он был в не своих, а в демонстрируемых химерой воспоминаниях, встал, покрутился, перекинулся в человеческое обличье. Пострадали у него непривычные для этой ипостаси крылья – и из-за боли их не получалось убрать, они оттягивали несчастного дракона назад и оставляли в воде розовые следы.

Он слышал, как кто-то кричал и бежал к нему, но не рассчитывал на помощь. Дракон попытался бежать, поскальзываясь на влажных камнях, зачерпывая воду и грязь в ботинки.

- Нашёл!!!

Когда он обернулся, то увидел того, кого не знал сам, но кого узнал Артамон. И не зря драконий принц его опасался, не зря ему не нравилось ни выражение его лица, ни уверенная, чересчур высокомерная манера держаться. Колдун Дисепт, наставник его ведьмы, улыбался, держа в руках арбалет, от которого фонило магией.

Глава 12. Давайте сыграем

Глава 12. Давайте сыграем

Я никуда не выходила из склепа, но от долгой ходьбы туда-обратно и частой жестикуляции у меня уже болели и ноги, и руки.

- Это возмутительно! Бесчеловечно! Как вообще можно было поступить подобным образом?!

Я возмущалась, наверное, уже битый час, пока химера и дракон, иначе говоря – мои мужчины, сидели на лавке, подпирая друг друга плечами, и то ли общались мысленно, игнорируя мои крики, то ли были слишком измотаны и вместе с тем слишком умны, чтобы прерывать меня, пока я не закончу.

- Они создали химеру из тех, кто не был согласен на подобный эксперимент! Более того, не только из повелителя мёртвых, без обид, Гарри, но и из дракона, который изначально был живым до столкновения с ними! И, судя по всему, когда они потеряли контроль над тем, кого создали, они… вместо того, чтобы объявить тревогу и прислать сюда кучу квалифицированных специалистов, вместо того, чтобы самим справиться с угрозой, они бросили целый регион на милость химеры и отправили расправляться с проблемой… нас! Меня, недоучку, и Артамона, который хоть и дракон, но они его совсем не знают!

Я перевела дыхание и обхватила себя за голову.

- И вообще, насколько уместно, что я говорю «они», учитывая обрывочность наших знаний? Гарри, ты точно не припомнил ещё что-то, пока я тут круги нарезала? – не то что бы я дала химере вставить хоть слово. Вопросы от меня сейчас поступали исключительно риторические. – Нет, точно они! Один этот скользкий колдунишка бы всё не провернул, а ещё я уверена, что в том воспоминании при поимке дракона слышала ещё голоса, помимо наставника. Ненавижу Дисепта! Какого куска нижнего белья чудовища он послал меня убирать за собой грязь? И как вообще можно поступить так с живыми… ну, относительно живыми существами, опять же, прости, Гарри! Мне так тебя жалко! – простонала я, устало опустившись на свободную скамью.

Гарри указал на чайник, и я поняла, что таким образом этот вежливый добрый мужчина предлагал мне чай. Чуть снова не подскочила, испытывая острое желание отстоять его честь и загубленные старые жизни перед всеми недоразвитыми этого мира.

- Да, пожалуйста, угости меня, – согласилась я, пряча лицо в ладонях.

Хотелось расплакаться, но внутренняя я бунтовала против подобного, желая обернуть всё в злость и силу. Плечи мои, однако же, потряхивало, и я осознала это, когда ощутила на них тёплые ладони. Отняла руки от лица – дракон делал мне ободряющий