добился, а вот взаимоотношения с магом, который напрямую влиял на возможность заработать сейчас и устроиться в ту же больницу в будущем, испортил бы. Самым обидным, конечно, будет, если итальянцы попытаются присвоить его изобретение. Северус лишь по прошествии времени осознал, что зря зашёл с одного из своих козырей. Надо было начать с чего-то менее важного, что не захотелось бы украсть, но поздно уже. Так что Северус, наученный горьким опытом, теперь старался сдавать сеньору Гарибальди исключительно безукоризненные зелья (чтобы у того не было возможности придраться и перестать давать Северусу заказы) и усиленно экспериментировал в свободное время. Встречи с друзьями пришлось сократить до минимума.

— Ты идешь? — как-то в пятницу спросил его Диего, когда занятия наконец завершились. — Мы сегодня приглашены к Чезаре, напоминаю.

Чезаре жил в общежитии Академии, как и остальные студенты, чтобы не выделяться, однако иногда выбирался домой, узнать, как там дела, повоспитывать младших сестрёнок, которых у него имелось целых трое, и наесться домашних вкусностей. Вся их компания прекрасно понимала приятеля, а Северус тихо завидовал про себя. Если бы не Тобиас, он сам бы очень скучал по дому. Но Тобиас всё уничтожил, и мама умерла… Так что, когда Чезаре приглашал друзей, Северус всегда откладывал другие дела и присоединялся к остальным. Сеньор и сеньора Панчини, родители Чезаре, всегда принимали его благосклонно и даже отказывались признавать иностранцем: по внешности и манерам они считали его настоящим итальянцем, которого по недоразумению вывезли в холодную и промозглую Англию. Сёстры у Чезаре были неплохими девчонками, со старшей, Фелицией, ровесницей Северуса они несколько раз весьма азартно обсуждали старинные яды из арсенала Медичи. Попробовал бы Северус обсудить что-то такое с Лили. Крику бы было!

— Помню, — ответил он со вздохом, — но не пойду. Нужно закончить заказ для больницы.

Собственно, Северус сам был виноват. Обычно он чётко планировал работу и старался не выбиваться из графика, иначе бы либо погряз в заказах, либо начал халтурить, либо серьёзно задержал бы несколько заказов, и тогда прощай репутация. Но в среду на этой неделе они писали сложнейший тест по всем дисциплинам в рамках промежуточной проверки знаний, после которого, как рассказывали старшекурсники, отчислялось человек шесть, не меньше. Чтобы подготовиться к шестичасовому срезу, Северус жил на Бодрящем зелье последние пять дней. А до этого он по дурости, не рассчитав, взял у сеньора Гарибальди большой заказ на микстуру Гауди-Клауцкого. Зелье объёмом в три пинты требовалось сдать уже завтра, и если не посвятить варке сегодняшний вечер, Северус ни за что не успеет. Капризная микстура варилась в два этапа, разделённые между собой сутками ожидания. Вчера он, пока остальные отсыпались, сделал всё, что требовалось для первого этапа, пусть и приполз в свою комнату далеко за полночь. Сегодня оставалось закончить зелье: ничего сложного или экстраординарного, никакого мучительного ожидания — просто выполнить определённую последовательность шагов с заранее заготовленными ингредиентами. Просто последовательность — правда, из пятидесяти шагов! Не меньше четырёх часов работы, требовавшей полной сосредоточенности, внимательности и аккуратности, иначе зелье будет уже не спасти.

— Опять? — Диего скорчил забавную опечаленную рожицу. — Мы скоро забудем, как ты выглядишь, амиго. Ты же в лабораториях сутками пропадаешь.

Это было крайне сомнительно, учитывая, что занятия ежедневно занимали не меньше восьми часов, а ещё часа три-четыре их компания просиживала вместе в библиотеке Академии. Жили они тоже по-прежнему все вместе, а комнаты Диего и Жака и вовсе соседствовали с комнатой Северуса через стенку. Однако язвить Северус не стал. До появления в его жизни друзей никто не баловал его напоминаниями, что нужно поесть, поспать, куда-то сходить, отдохнуть. Даже Лили если и делала так, то недовольным и приказным тоном. Северус, сам считавший себя злым на язык, попросту не мог грубить тем, кто проявлял живейшее участие в его судьбе. У него впервые в жизни появились настоящие друзья.

— А уж как расстроится Фелиция, — посмеиваясь, цокнул языком тот и шутливо поднял руки, когда Северус показал ему кулак. — Понял-понял, третий лишний, не буду влезать. Но ты смотри, как бы потом не пришлось жить на одном безоаре!

Северус тяжело вздохнул. Зная характер Фелиции, он был твёрдо уверен — просто безоаром обойтись не удастся. Гордая и эмоциональная, как и любая настоящая итальянка (несмотря на свои всего лишь пятнадцать лет), да ещё и дочь зельевара, та много раз его испытает и погоняет, прежде чем простить. В прошлый раз они договорились продолжить изучение ядов Медичи и сварить самый простенький (в категориях Медичи «простенький» содержал четырнадцать ингредиентов и готовился восемь часов обязательно в четыре руки), а Фелиция обещала добиться от отца разрешения использовать их семейную лабораторию. В конце концов, как ещё можно составить собственное противоядие, если не сварить перед этим сам яд? Словом, планировалось хорошее исследование, а Северус не мог прийти.

— Как-нибудь я уговорю её сменить гнев на милость.

Мысли об этом не вызывали никакого отторжения, как это бывало в прошлый год с Лили. У Лили приходилось именно что вымаливать прощение, чувствуя себя презренным рабом, нет, гладиатором на арене, которому императрица должна либо даровать жизнь, либо обречь на смерть. Фелиция же была абсолютно другой. В ней не было тщеславия и гордости ради гордости, она не кичилась знаниями, происхождением и приличным достатком их семьи, своей красотой, старшим братом, который мог легко решить многие её проблемы. Да Лили бы на её месте уже давно использовала все имеющиеся возможности и не раз! Выставляла бы их напоказ, хвасталась, королева… И как Северус столько лет продержался рядом с ней на должности то пажа, то шута? Конечно, Фелиция тоже устроит ему знатную головомойку, но он не будет чувствовать себя так, словно об него вытерли ноги, хотя в этот раз, в отличие от большинства претензий Лили, действительно будет целиком и полностью виноват.

Собрав учебники и конспекты, Северус закинул сумку в свою комнату, переоделся в рабочую одежду и направился в лабораторное крыло. По пути ему, наверное, встретилась вся Академия: пятница, вечер, многие спешили аппарировать домой на выходные или просто отдыхать. Даже стало обидно, что придётся корпеть над зельем до позднего вечера, но Северус напомнил себе, что деньги за этот заказ — ещё один вклад в копилку на редкие ингредиенты. Копить на то, чтобы обустроиться в Италии после обучения, Северус собирался начать со второго семестра, а сейчас по максимуму покупал ингредиенты для собственных исследований. Прежде чем искать нового мага, кому можно было бы предложить очередное модифицированное зелье взамен сеньора Гарибальди, это зелье нужно