разочарование, и Арабелла поняла, что сказала что-то не то. Им нужна была её активность. Им нужно было, чтобы она продолжала действовать, чтобы они могли подтолкнуть.

— Здесь душно, — сказала она, чтобы сменить тему. — Я выйду в сад.

— Мы с тобой! — воскликнула Кора. — Нам тоже нужно подышать.

Арабелла не стала возражать. Она взяла бокал с подноса проходящего лакея и направилась к выходу. В дверях она обернулась и увидела Деймона. Он стоял у колонны и смотрел на неё. Его лицо было напряжённым, и он явно собирался подойти.

Но в этот момент рядом с ним оказалась тётя Ирэн. Она взяла его под руку и что-то зашептала на ухо. Деймон нахмурился, но не отстранился.

Арабелла замерла. Тётя Ирэн и Деймон? О чём они могут говорить? Это было странно. Она хотела подождать, посмотреть, но кузины уже тянули её к выходу.

— Идём, идём, — сказала Изабель. — Не стоит отвлекаться.

***

Сад был тёмен и тих. Луна пряталась за облаками, и только редкие фонари освещали дорожки. Арабелла шла впереди, кузины — следом. Она держала бокал в руке и думала.

— Арабелла, ты какая-то бледная, — заметила Эмма. — Тебе плохо?

— Нет, — ответила она, но голос прозвучал глухо.

Внутри разливался жар. Не тот, что от духоты — глубокий, тянущий, от которого кружилась голова и слабели ноги. Она остановилась, опираясь на скамью.

— Мне нужно сесть, — сказала она.

— Мы проводим тебя домой, — предложила Кора, и в её голосе прозвучало что-то, чего Арабелла раньше не замечала. Нетерпение. Или… предвкушение?

— Нет, — Арабелла покачала головой. — Я сама. Я посижу здесь, и всё пройдёт.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Изабель. — Мы пойдём. Но будь осторожна.

Они ушли, оставив её одну на скамье. Арабелла смотрела им вслед и чувствовала, как жар поднимается выше, к голове. Она попыталась встать — и не смогла. Ноги не слушались.

— Ловушка, — прошептала она. — Я угодила в ловушку.

Она поняла это слишком поздно. Бокал, который она взяла у лакея, — кузины, которые увели её в сад, — жар, который разливался по телу, лишая воли. Всё было подстроено.

Она заставила себя встать, сделала шаг, другой. В голове шумело, перед глазами плыло. Она знала, что должна уйти, спрятаться, позвать на помощь. Но куда идти? К кому?

В темноте сада она увидела фигуру. Высокую, широкую в плечах. Деймон.

— Арабелла? — он шагнул к ней. — Что с вами?

— Ловушка, — прошептала она. — Уходите. Они… они хотят…

Она не договорила. Ноги подкосились, и она упала бы, если бы он не подхватил её.

— Вас отравили, — сказал он, и в его голосе прозвучала сталь. — Кто?

— Кузины… бокал… — она с трудом выговорила слова.

Он понёс её прочь от беседки, в глубь сада, туда, где было темно и безлюдно. Арабелла закрыла глаза, чувствуя, как его руки сжимают её тело, как сердце колотится где-то в горле. Она знала, что это опасно. Но ничего не могла с собой поделать.

— Держитесь, — сказал он.

Она хотела ответить, но слова застряли в горле. Мир поплыл, и она провалилась в темноту.

Глава 15. После скандала

Арабелла пришла в себя от резкого света, бьющего в глаза. Она лежала на кровати в своей комнате, и над ней склонялась встревоженная Мириам.

— Госпожа! Слава богам, вы очнулись.

Арабелла попыталась сесть, но голова закружилась, и она опустилась обратно на подушки.

— Что случилось? — спросила она, голос звучал чужим, хриплым.

— Вы не помните? — Мириам побледнела. — Вас нашли в саду на руках у принца Деймона. Кто-то вышел в сад и … она поднял крик. Сбежался весь зал.

Арабелла закрыла глаза. В голове — пустота. Она помнила только, как выпила бокал, как вышла в сад, как почувствовала жар. А потом — темнота.

— Где отец? — спросила она.

— Внизу, госпожа. Он ждёт вас. И он… он очень зол.

***

Она спустилась в гостиную, опираясь на перила. Голова всё ещё кружилась, но она заставляла себя идти прямо. Лорд Эдрик стоял у камина, его лицо было багровым от гнева.

— Ты! — он повернулся к ней, и голос его дрожал. — Ты опозорила нашу семью! Ты опозорила меня! Что ты наделала?

— Я ничего не делала, — ответила Арабелла, стараясь говорить твёрдо. — Меня отравили. Подсыпали что-то в бокал.

— Отравили? — он усмехнулся. — Удобное оправдание! Ты сама выпила этот бокал, сама пошла в сад, сама бросилась на шею принцу!

— Я не бросалась! — она почувствовала, как внутри закипает злость. — Я не помню, что было, и вы это знаете! Но вам всё равно, правда? Вам важно только ваше место в совете. Ваша власть. А на меня вам плевать!

— Плевать? — отец шагнул к ней. — Я всё делал ради тебя! Я дал тебе имя, дом, будущее! Я хотел сделать тебя королевой!

— Вы хотели власти! — выкрикнула она, не сдерживаясь больше. — А я всего лишь инструмент! Как и всегда!

Отец замер, тяжело дыша. Потом медленно опустился в кресло.

— Король в ярости, — сказал он глухо. — Он не хочет больше слышать о свадьбе. Ты опозорена. Он не простит.

Арабелла почувствовала, как внутри поднимается странное облегчение. Свобода. Наконец-то.

— Я уеду, — сказала она. — В наше поместье на побережье. Подальше от двора, от сплетен, от всего этого.

— Уезжай, — отец махнул рукой. — Может быть, со временем все уляжется.

Она развернулась и вышла, не прощаясь.

***

Вернувшись в свою комнату, Арабелла села на край кровати и закрыла лицо руками. Внутри всё кипело — обида, злость, стыд. Она думала, что стала сильнее, что сможет переиграть врагов, но в итоге снова угодила в ловушку. Снова её использовали. Снова сделали посмешищем.

Она не заметила, как в комнату вошёл Деймон. Только когда он тихо кашлянул, она подняла голову.

— Как вы здесь оказались? — спросила она, не пытаясь скрыть слёз.

— Через чёрный ход, — ответил он, закрывая за собой дверь. — Ваш отец не пускает меня в дом, но слуги оказались сговорчивее.

Он подошёл ближе, сел рядом на кровать. Арабелла отвернулась, чтобы он не видел её лица.