Я была накрыта теплым шерстяным одеялом, под которым было тепло и уютно.

В памяти принялись всплывать все произошедшие события перед тем, как я попала сюда. Я вспомнила прохладную руку и хриплый голос, и принялась осматривать комнату в поисках деревянного амулета. Или это был лишь сон?

Амулет обнаружился на груди. Он был выточен весьма умело: изящная деревянная звезда с восемью лучами, в центре которой горела яркая голубая искра. Амулет висел на плотном черном шнурке и почти не ощущался на коже. Машинально я потерла его пальцами, отчего он стал теплее, словно приветствуя меня.

Стало быть, Кэл мне не приснился? Почему он меня опекает? В чем его интерес?

Вопросы, не имеющие ответа. Ответы, не имеющие вопросов.

Я могла играть в эту словесную игру еще очень долго, у меня был большой опыт создания проблем из ничего. Но ситуация требовала моего личного присутствия в этом конкретном моменте, поэтому я выбралась из-под уютного одеяла и опустила ноги на холодный кафельный пол.

Солнечный свет из окна снова привлек мое внимание. Так странно, казалось, что только что было лето — там, в моем мире, а в этом мире уже вовсю хозяйничает осень. Моя палата находилась на первом этаже, и я видела деревья, растущие перед окнами. Листья на них были оранжевыми, красными, желтыми, некоторые все еще стояли зелеными. Золотистые лучи солнца отсвечивали на них, создавая яркий и красочный пейзаж.

Никогда не замечала за собой настолько философское настроение.

Глубоко вздохнув, я поднялась с кровати, и, почему-то пошатываясь, добралась до двери. Стояла оглушительная тишина, которая давила на уши. Я повернула дверную ручку и открыла дверь. Почти сразу же из-за двери на меня навалились звуки. Получается, тихо было только внутри моей палаты? Но зачем?

— Госпожа! — по коридору справа от меня спешила девушка в белом платье и черном фартуке. Она определенно направлялась именно ко мне. — Вам еще рано вставать!

Девушка добежала до меня и принялась заталкивать меня обратно в палату.

— Что я здесь делаю? — спросила я, позволив ей втолкнуть меня внутрь. Девушка замерла, обернулась, затем снова бросила на меня извиняющийся взгляд.

— Я не имею права ничего вам говорить, — ответила она. — Лягте обратно в кровать, пожалуйста. Я сейчас позову вашего врача.

Я кивнула ей, соглашаясь. Ложиться я никуда, конечно, не собиралась. Девушка выскользнула за дверь, оставляя меня вновь наедине с собой.

— Здравствуйте, Вера, — я так задумалась, наблюдая природу за окном, что не обратила внимания, как дверь вновь открылась, и на пороге оказалась упитанная фигура в белом халате. — Меня зовут Мариус Герт, я ваш врач. Господин просил позаботиться о вас, пока занимается делами.

— Что я здесь делаю? — вновь задала я интересующий меня вопрос.

— У вас случился выброс магии, что привело к абсолютному опустошению вашего резерва. Вы были очень близки к выгоранию.

— Что бы это могло для меня значить? — уточнила я.

— Выгорание для мага представляет собой состояние истощения ресурсов. В основе лежит дисбаланс между той магией, которую потратил маг, и ту, которую он может восстановить за короткий промежуток времени. Приводит к снижению концентрации, апатии, депрессии, безнадежности…

— Извините, — прервала я его лекцию по выгоранию. — Это очень похоже на моральное истощение.

— Магия очень тесно связана с психологическим состоянием мага, — согласился Мариус Герт. — Помимо истощения, вы можете стать очень уязвимой к негативным энергиям и влиянию опасных сущностей. Ну, и, в конце концов, вы можете просто лишиться магии.

Я удивленно на него смотрела, не зная с чего начать свои расспросы, но дверь снова отворилась и на пороге оказался Кэл.

— Господин Герт, — Кэл кивнул доктору. — Осмотрели Веру?

— Еще нет, — отрицательно покачал головой врач. — Вы позволите?

Мариус вопросительно взглянул на меня, и, под внимательным взглядом Кэла, я кивнула врачу. Тот, в свою очередь, протянул ко мне ладони, которые засветились голубым свечением. Тонкий луч, похожий на сканер из моего мира, заскользил по моему телу.

— Состояние стабилизировано, господин, — после завершения осмотра Мариус Герт вздохнул. — Магические каналы не повреждены, ментальная защита не пострадала. Амулет ей пригодится, — врач жестом указал на амулет, висевший на моей шее. Кэл кивнул и улыбнулся. — Оставлю вас наедине, — смущенно заключил врач и вышел за дверь.

Кэл и я замерли почти в центре палаты.

— Как ты? — спросил парень. Он выглядел все так же, как и в том сне, где он мастерил амулет для меня. Я пожала плечами. — Понимаю, — согласился Кэл.

— Почему ты заботишься обо мне? — спросила я у него, помня, что спрашивала уже во сне, но так и не получила ответа.

Парень задумчиво пожевал нижнюю губу, и это получилось у него возмутительно привлекательно. Как вообще в таком состоянии я могу думать о чем-то подобном?

— Давай сядем, — предложил он наконец, нарушая неловкую паузу, повисшую между нами. Я покорно прошла к своему временному пристанищу — кровати, и села на самый краешек, давая понять, что я не собираюсь задерживаться тут надолго. — Хм, с чего бы начать.

Я ободряюще улыбнулась ему.

— Почему ты думаешь, что для ритуала разделения нужно выкачать из тебя всю кровь? — спросил Кэл самый неожиданный для меня вопрос.

Я недоуменно покачала головой.

— Тебе кто-то это сказал? — он говорил со мной спокойно, тихо, даже настороженно, словно боялся спугнуть. — Ты можешь мне все рассказать, я со всем разберусь.

— Пф, — фыркнула я. — Никто мне ничего не говорил, в том-то и дело.

— Но ты же читала книги? Путеводитель? — уточнил Кэл.

— Там все размыто, непонятно. Зачем кому-то на меня охотиться?

— Хм, — прикрыл глаза Кэл. — Я все время забываю, что ты из другого мира с другими порядками и традициями. Ритуал разделения — это хм…

Кэл замялся, словно не знал, как выразить то, что собирался сказать.

— Это когда мужчина и женщина… хм, — слова словно застряли у него в горле. Он нервно сглотнул, и продолжил: — проводят время в постели, ласкают друг друга…

Я очень удивилась тому, что он сказал.

— Занимаются любовью? — уточнила я. Кэл кивнул и улыбнулся доброй обезоруживающей улыбкой. — Так зачем столько сложностей? Не проще ли написать прямо: пока не убедишься в том, что именно от тебя нужно, не вступать в близость. Коротко и по делу.

— Хм, — вздохнул Кэл. — Видишь ли, таковы традиции, что в обществе обсуждение близости считается оскорбительным.

— Но это же книги с рекомендациями для людей, которые ничего не смыслят в вашем мире! — возмутилась я. — Чего сложного в том, что написать все, как есть, и не ходить вокруг да около. И что же за секретный ингредиент?

— Это