— Разумно. А если их будет больше? Человек семь, к примеру?

— Странное количество, — поморщился я, ощутив неприятное чувство чего-то знакомого. — У тебя есть кто-то на примете?

— Не то чтобы… Я, честно говоря, не знаю, как с ними связаться. Просто в курсе, что в том районе команда некого Ленина орудует. Как раз берёт подобные заказы по поиску и поимке людей. Чаще всего работают по зачистке территории от банд и всяких отморозков. Думаю, они с радостью подпишутся на заказ килограммов за пятнадцать.

— Забудь, — усмехнулся я, — нет больше лысого.

— В смысле?

— В прямом. Вчера вечером кончился, как и его команда.

— Брак, ты что, их убил?

— Немножко.

— Твою мать… Как так случилось-то?

— Жадность фраера сгубила, слышал такую поговорку? Этот твой Ленин собирался сдать нас выродкам и присвоить всё серебришко себе.

— Ясно. Значит, отпадают.

— Отпадают все, кто потенциально захочет нас поиметь. Так что ты там крепко мозгами пораскинь, ладно? Как ты там говорил: это же репутация.

— Ой, да иди ты в жопу, понял? Давай, связь через сорок восемь часов. Лучше сразу в журнал запишись, чтоб накладок не было.

— Принял. Ладно, бывай, дружище. Мы на тебя надеемся.

— Ты тоже там… Береги себя, в общем.

Я отключился и выдернул флешку с кодами шифрования. Выбравшись из комнаты связи, поймал на себе вопросительные взгляды товарищей.

— Ну чё вылупились? — ухмыльнулся я. — Подумает он, прикинет.

— Ну хоть согласился — и то хлеб, — с облегчением выдохнул Стэп. — Я думал, он нас пошлёт вообще.

— Не, ему нравится этим дерьмом заниматься. Так что всё нормально. Через двое суток на связь. Надеюсь, что-нибудь подкинет.

— Ура, выходные, — улыбнулась Полина.

— Ага, дудки, — оскалился я. — У нас двое суток, чтобы запас сердец пополнить. Так что сегодня ночью в рейд. А пока у нас есть четыре часа на сон, чтобы ночью на вышке носом не клевать. Всё, товарищи, симпозиум закончен, прошу проследовать в номера.

Глава 8

Трущобы

Центрального правительства у нас всё ещё не было, и каждая крепость регулировала порядок, опираясь на собственную правду. Где-то под строжайшим запретом находился выход за стены в ночное время суток. В других местах не разрешалось открыто носить оружие. Были и такие, где в качестве закона почитался военный устав. Нижний Новгород как раз находился в их числе.

Три года назад, когда предатель отравил здесь всех выживших, Старый быстро заполнил пустоту своими людьми. Не удивлюсь, если это изначально входило в его планы. Слишком лакомый кусок, чтобы отдавать его в руки гражданской власти. И теперь, когда на место коменданта сел настоящий боевой офицер, вопросов о том, кому подчиняется крепость, больше не возникало. Соответственно, и видение обороны у нового руководства было иным.

Каждый раз, за два-три часа перед рассветом, с часовой башни, самой высокой на территории кремля, выпускали с десяток разведывательных дронов. Некоторые их них вели съёмку в автоматическом режиме, курсируя по заданной траектории. Другие управлялись вручную, чтобы осмотреть самые укромные уголки мёртвого мегаполиса.

Исходя из этих данных, выстраивались часовые посты, чтобы обеспечить максимальную охрану в наиболее уязвимых местах. Ну или тех частях стены, где наблюдалось наибольшее скопление противника. Также начальство не брезговало и дневными рейдами на гнёзда изменённых, особенно если те наглели и подбирались к буферной зоне слишком близко.

Крепость изменилась очень сильно. Теперь в охране периметра участвовали не только вооружённые автоматами люди и пара пулемётных точек. Здесь появилась серьёзная артиллерия, в том числе и несколько машин с системой залпового огня. Отличный контраргумент миномётному расчёту. Помимо прочего, на стенах установили несколько АГС.

Но больше всего меня поразили автоматические тридцатимиллиметровые пушки, которые явно откуда-то сняли и смонтировали в бойницах. И смотрели они не только в сторону города, но на реку. Теперь, даже на искушённый взгляд, кремль выглядел совершенно неприступным. Понятия не имею, на что рассчитывали выродки, которые периодически пытались подобраться к его стенам. И самое странное, что они не собирались отказываться от этой затеи.

— О, постой. — Я тормознул попавшегося на глаза бойца. — Слушай, а кто у вас в ночную снайпером заступает?

— Как всегда, — пожал плечами мужик в форме. — Челубей.

— А где я могу его найти?

— А вам зачем?

— Дело у нас к нему, — мазнул ксивой Стэп. — Так где он?

— Понятия не имею, — мгновенно изменился боец, скорчив недовольную мину. — В казарме посмотрите. У нас сейчас пересменка начнётся.

— Ясно, — буркнул я.

Мужик быстрым шагом двинулся к северным воротам, тем, что выходили к реке. А мы отправились к часовой башне, которая являлась самой высокой точкой в крепости. Там как раз и располагалась основная снайперская точка. Перед стрелком открывался прекрасный вид на город, притом в любом направлении. Ну а в случае атаки с разных сторон ему, естественно, выделялось подкрепление.

— Солнце уже садится, — поморщился Стэп. — Хотелось бы по светлому в город выйти.

— Не ной, — толкнула его локтем Полина. — Сейчас вопрос решим и выйдем.

— Идут, кажется, — кивнул я в сторону группы людей.

И действительно, у ворот началась смена караула. Суета обозначилась и на стене, а к нам приближался огромный детина. Метра под два ростом, косая сажень в плечах, на одном из которых лежала не менее мощная винтовка.

— Это у него АСВК, что ли? — выпучила глаза Полина. — Фигасе.

— Лично я даже близко не понял, о чём ты, — хмыкнул Стэп.

— Про винтовку, — ответил я. — Мощная штука калибром двенадцать и семь. Такой даже серебряные боеприпасы не нужны. От обычной пули голова в щепки разлетится.

— А почему у нас такой нет? — покосился на подругу приятель.

— А кто из этой дуры стрелять будет? Там отдача знаешь какая?

— Здорова, — махнул снайперу я. — Это ты Челубей?

Вопрос я задал больше для проформы. И без того было ясно, что перед нами именно он. Здоровый, со слегка раскосым разрезом глаз. Эта кличка наверняка гуляла за ним со школы.

— Смотря кто спрашивает? — хмыкнул он.

Я едва успел придержать руку напарника, которую он уже сунул в карман, чтобы