гибкие «шланги» несли угрозу самому кораблю, но команде точно не следовало попадать под раздачу. Матросы пытались сбить цепкие «лианы» мощными струями воды из пожарных брандспойтов – но без толку. Решение проблемы взяли на себя морпехи. Крупнокалиберные пулеметы БТРов перенесли огонь чуть ниже ватерлинии, рискуя наделать в корпусе пробоин, и это быстро принесло результат: щупальца резко отлипли от бортов, взвились на миг в воздух и вяло опали в воду.

На несколько секунд стало тихо, и Илья успел подивиться – как же это он мог спать спокойно, пока корабль шел к американскому берегу? Будто бы вся эта мутировшая дрянь не могла затронуть и океаны. Наверное, хороший сон – от недостатка образования. Очевидно же, что вода – не барьер для повальной цепи мутаций. И жутко представить себе, что там может прятаться, в холодных темных глубинах.

Пофилософствовать вдоволь не довелось. ОНО полезло из воды на берег – отвратительная, бесформенная масса, копошащаяся, как гигантское желе, цепляющаяся за камни быстро расползающимися щупальцами. Оно не боялось суши, наоборот, прекрасно себя чувствовало и двигалось с поразительным проворством. А может, просто очень хотело жрать, чуяло добычу и было готово на временные неудобства.

Бойцы мгновенно переместили огонь на полосу прибоя. Тут же в отдалении рявкнуло – и в воздух взлетели фонтаны воды вперемешку с грязью и разорванной в клочья плотью: БДК успел отойти на дистанцию артогня. Вслед за семидесятимиллиметровым орудием затявкала скорострельная артиллерия меньших калибров. Изрядный сектор берега был превращен в кашу из воды, песка и мертвой плоти.

Но тут же с очевидностью стало ясно: мутировавшей дряни, решившей этим утром прогуляться по берегу, слишком много. Пока орудия БДК крошили тварей по центру, лиловая масса щупальцев наползала с флангов. Еще оставался шанс – бросить все и отступить в глубь материка, но эта затея, по-видимому, была не менее гибельной. Дело лишь в длительности отсрочки.

Майор рычал в рацию, отдавая приказы, БТРы при поддержке автоматного огня морпехов отхаркивались от наползавших с флангов тварей, но «клещи» продолжали смыкаться. Беда, наверное, была и в том, что бойцы понятия не имели, куда целиться: попадания в щупальца были их обладателям, как мертвому припарка: ничего, напоминающего головы, туловища и нервные центры у монстров не наблюдалось. Обездвижить часть этой массы удавалось лишь случайным образом и путем несоразмерного расхода боеприпасов. Смерть же тварей не пугала вовсе.

Был вариант – вернуть корабль к берегу и спасаться на борту. Но это означало снова остаться без поддержки артиллерии. Ситуация казалась патовой и грозила стать смертельной с окончанием боеприпасов.

Это прекрасно понимали и ученые, вынужденные пассивно наблюдать за происходящим. Может, и стоило выдать им оружие, да толку? Не ровен час, перестреляли бы друг друга. И без того видно, что нервишки у них ни к черту. Так и есть – один, все-таки, не выдержал. Лысый полноватый мужчина средних лет, который уже вовсю скулил от ужаса, вжавшись лицом в гальку, вдруг вскочил, пошатываясь и невидяще оглядываясь по сторонам, – и побежал, нелепо размахивая руками.

– Стой! Куда, твою мать?! – проорал майор, переходя на русский. – Лейтенант, поймать дурака, быстро!

Илья уже рванул вперед, как вдруг откуда-то из-за камней вынырнуло нечто длинное, черное и юркое, как гадюка. Резко дернулось – и паникер кубарем полетел на землю, оглашая округу истошными воплями. Словно почуяв страх жертвы, к ней метнулись несколько щупальцев потоньше – вполне достаточно, чтобы опутать несчастного, точно веревками.

Илья замер, как вкопанный, и высадил в основание этого отвратительного извивающегося кома весь магазин одной очередью. Пара щупальцев, дернувшись, отпала, но и оставшихся хватило, чтобы утащить беднягу прежде, чем морпех успел поменять магазин. Лишь мелькнули за камнями дергающиеся ноги в дорогих ботинках, а в следующий момент из-за булыжника взметнулось в воздух облачко кровавых брызг.

– Чтоб тебя!.. – выдохнул Илья, пятясь обратно. Чисто рефлекторно послал в сторону шевелящейся мерзости пару коротких очередей. Да толку от автомата – здесь огнемет нужен. Огнеметы, кстати, у ребят есть, только что-то не торопятся применять. Берегут, как последний аргумент?

А твари, похоже, сомкнули кольцо, и отступать просто некуда. Да что ж это за дрянь такая? Илья впервые столкнулся с такой разновидностью мутантов. Ученые, видать, тоже: вон, как таращатся, все штаны, небось, мокрые. Но тут, как говорится, дело житейское: хочешь, не хочешь, а обгадишься; не мешало б и свои проверить.

Илья с сомнением подкинул на руке гранату, выдернул чеку, встретился взглядом с майором. Лицо командира было невозмутимо и непробиваемо – как всегда. Интересно, хоть что-нибудь способно произвести на него впечатление?

Граната полетела точно в расщелину между камнями – туда, где сейчас пожирали первую жертву. Бахнуло, взметнулись и опали ошметки щупальцев. Чтобы через полминуты снова полезть из-за камней с тупой и бессмысленной энергией. Илья хмуро разложил перед собой оставшиеся магазины. Негусто для такого напора. Перевел взгляд влево, где замер брошенный механиком тягач.

Трудно сказать, что это был за порыв. То ли отчаяние, то ли мальчишеская тяга к эффектам. Илья старался не думать, когда, стиснув зубы, заводил двигатель. Тягач конвульсивно дернулся, заглох. Завелся снова – и рванул вперед. Странное дело, но первым ощущением от этого поступка был какой-то нелепый азарт. Руки сами собой шарили по панели управления в поисках нужного тумблера.

– Есть! – выдохнул Илья, дергая рычаг.

То, что нужно: опустившись, взметнул гальку бульдозерный нож. В следующий миг тягач тряхнуло: машина врезалась в копошащееся живое «желе». Илья потянул рычаг, блокируя правую гусеницу, – и машина завертелась вокруг собственной оси, давя, смешивая с грязью враждебную плоть. Широкий стальной нож перед кабиной защищал от яростных бросков щупальцев, подымался, падал, рубя и кромсая, и, казалось, решение проблемы найдено. Наблюдая как отлетело в сторону еще одно обрубленное щупальце, Илья довольно хохотнул.

Как оказалось, преждевременно. Надсадно завыл двигатель, с трудом проворачивая траки, намотавшие мертвого мяса. Кашлянул, выпустив клубы черного дыма, – и заглох. В ту же секунду десятки длинных цепких плетей захлестнули машину, поползли, впиваясь присосками, по узкому стеклу в броне кабины. Тряхнуло. Илья ощутил, как тяжелая машина заваливается на бок.

«Ну, вот, доигрался…» – мелькнуло в голове. Илья попытался завести двигатель – безрезультатно. И тут же, болезненно ударившись о борт, взлетел к низкому потолку кабины: деятельные твари умудрились-таки перевернуть многотонный тягач.

Страха не было. В конце-концов, попробуй, выковыряй его из бронированной «консервной банки». Другое дело, что отсюда он не в состоянии помочь товарищам…

Илья пробрался к люку в днище тягача. С усилием вскрыл проржавевшие запоры, потянул крышку на себя – и едва успел захлопнуть: внутрь шустро полезли длинные тонкие отростки. Обрубленные крышкой, они продолжали извиваться под ногами