Как мы могли быть разными?

«Ладно, Уилбур», — сказал я, поворачиваясь обратно к Жнецу. «Я тебя выпускаю. Смотри не заставь меня об этом пожалеть, ладно?»

«Я не причиню тебе вреда», — пообещал он.

Я засунул руку в карман куртки и вытащил свой перочинный нож, отщелкнув его с приятным кликом. Обычно для того, чтобы разрезать что угодно, я использую свою косу, но здесь от нее толку мало. Круг можно разорвать только физическими предметами из этого мира. Ворча под нос по поводу неоправданных идиотских рисков, я принялся ковырять засохшую краску. Она легко отслаивалась благодаря недавнему костру Уиллоу.

По мере того, как я прорезал линию, мое чувство тревоги усиливалось. Нет, это была далеко не самая тупая вещь из всех, что я творил в жизни. Но планочка тут, признаю, занижена. Если бы идиотизм был видом искусства, меня бы точно причислили к великим — эдакий Микеланджело или Ван Гог от слабоумия. Я ведь как-то раз добровольно и в здравом уме прогулялся в сам Ад. Так что это вообще семечки.

И все же, есть в этом некий шарм — собственноручно приглашать волков к себе домой. Я знал, что он был другим. Смерть что-то делает с тобой. Уилбур был человеком, но теперь уже нет. Во всяком случае, не в привычном смысле. Он был Смертью, а голод Смерти невозможно утолить в принципе.

«Была не была», — бросил я в пустоту и соскоблил последний кусочек черной краски, который еще удерживал кольцо. Уилбур выдохнул с облегчением, когда круг разорвался, словно его только что освободили от тяжелого груза, давившего на него. Чувствуя себя Красной Шапочкой перед серым волком, я поднялся на ноги и вопросительно выгнул бровь, глядя на Жнеца.

«Как мы это сделаем?» — спросил я Уилбура, когда он переступил черту.

«Просто возьми меня за руку». Высокий мужчина улыбнулся, наклонившись вперед и протянув ладонь для рукопожатия. Я облизнул губы и потянулся к нему, мысленно готовясь к неизбежному холоду. Как и ожидалось, когда мы соприкоснулись, меня пронзил холод, более глубокий, чем в самые лютые зимние дни.

На мгновение я почувствовал знакомый голод, движущий преемником. Затем во мне пробудилось нечто иное — мрачное знание, бдительное и хищное, как ястреб. Я почувствовал, как оно наблюдает, ищет, готовое к охоте в любой момент.

Ощущение было такое, будто у той силы Жнеца, которую я умудрился сохранить после отказа от титула преемника, появился новый рычаг управления. Совершенно другая мышца, которую я мог задействовать в любую секунду. Я понял это инстинктивно так же, как знал, как двигать каждым из своих пальцев.

А затем все закончилось. Уилбур отступил, изучая меня с любопытством на лице. «Хочешь, чтобы я передал это и ему?» Он кивнул в сторону Алекса. «Думаю, я мог бы оформить его в нашу контору…» Его фраза оборвалась внезапно, когда он исчез. Вот только что стоял здесь — и бац, пустота.

Мы с Алексом мгновенно напряглись и встали спина к спине посреди этого крошечного бетонного мешка, судорожно высматривая источник угрозы. Но кругом было тихо. В комнате не осталось ничего, кроме свечей и банок с краской. Уилбур просто испарился.

«Походу, у него батарейки сели. Или типа того».

«Знаешь, почему-то такой расклад пугает меня даже больше, чем если бы он тупо на нас напал», — заметил Алекс, когда тишина стала совсем уж зловещей. Я чувствовал, как он за моей спиной постоянно переминается с ноги на ногу, пытаясь одновременно следить за всеми направлениями.

«Ага», — согласился я, перепуганный не на шутку.

Его явно кто-то грубо выдернул отсюда, и список сущностей, способных на такое, был очень коротким и очень пугающим.

«Давай-ка сваливать отсюда».

Глава 9

«Давай установим правило», — предложил Алекс, когда мы погрузились в его минивэн и благополучно вырулили на шоссе. Время близилось к полудню, так что час пик еще не начался. Машины резво заполняли полосы, превышая скорость миль на десять в час. «Больше никаких призывов, никогда».

«Отличное правило», — буркнул я в знак согласия. «Но что, если это будет вопрос жизни и смерти?»

«А когда у нас в последний раз вопрос стоял иначе?» — мой блондинистый друг наградил меня косым взглядом. «Давай, вещай, я жду».

«Ну… чисто технически, с Лилит все было не так критично».

«Ты собирался склеить ласты через десять лет. Это считается».

«Ладно, уговорил. Больше никаких призывов».

В салоне повисла долгая пауза, после чего мы одновременно прыснули со смеху. Ни один из нас не верил в это обещание ни на грош. Но, по крайней мере, мы могли над этим поржать.

«Как думаешь, я вдохновил какого-то подражателя?» — спросил я в образовавшейся тишине, озвучив страх, который грыз меня изнутри с той самой секунды, как Уилбур подтвердил, что атам не имеет никакого отношения к Жнецам.

Мой друг промолчал, явно не зная, как реагировать на вопрос, ответ на который мы оба прекрасно знали. Да.

От необходимости врать его спас телефонный звонок. Я выудил мобильник из кармана и с удивлением уставился на номер звонящего. На экране было написано: ДОУН — КОРОЛЕВА ВСЕХ ФЕЙРИ. «Хм, полагаю, Доун вернулась в мир смертных», — заметил я Алексу, прежде чем ответить. Новоиспеченная королева обычно проводила большую часть времени в Стране Фейри, скрываясь в Голдхолле, резиденции своей власти. Но то был другой мир, и сотовая связь там не ловила. Раз уж она смогла мне набрать, значит, зачем-то соизволила явиться в мир смертных.

«Телефон Мэтта, Мэтт на проводе», — бодро выдал я в трубку.

«Твоя сестра только что пыталась убить Мэв. Опять». Тон Доун был ровным и совершенно не предвещал ничего хорошего. «Тебе нужно поговорить с ней».

Я не сдержался и сухо хмыкнул.

«И что, по-твоему, я должен сделать». Меган с энтузиазмом приняла свои новообретенные силы. Ни для кого не стало сюрпризом, что дорогой старый папочка Дэмиен был только