развития разумных существ”. Значит, мне не привиделось. Они, действительно, оборотни, кикиморы, эльфы и демоны. Высшие демоны.

Я посмотрела на парня и резко остановилась, разворачивая его к себе. Не ожидавший ничего подобного, Павел даже проглотил свою обвинительную речь на полуслове.

– Всё. Хватит, – вырвала руку из его захвата. – Я услышала, поняла, прониклась. Спасибо, а теперь смогу дойти до шефа самостоятельно!

Резко развернувшись, устремилась к лестнице, закипая в душе. Ах, вы ж, Высшие! Что, нельзя было сразу всё объяснить, а не делать из меня дуру? Я совершенно не понимала подковёрной игры босса и Сантьяги. По оговоркам и услышанным разговорам уже давно стало понятно, что пресветлый не просто проверяющий, а вышестоящее начальство, которого все боятся, но стараются обходить его требования, получая выгоду для себя.

И вот тут возникал вопрос: что за контракт я подписала, на минутку, с демоном, да ещё и закрепила его поцелуем? Вспомнился сериал “Сверхъестественное”, там тоже поцелуями контракты закрепляли. Явно всё это бралось не с потолка. И ещё: зачем и почему ко мне в квартиру припёрся инквизитор в обнимку с боссом? Или мне его бессом называть?

Естественно, все рассказанные мне байки были ложью. Следовало ещё тогда в себе не сомневаться и не верить, что я напилась до беспамятства с одного бокала вина. Но понять скрытый смысл их действий я всё-таки не могла. Информации оказалось катастрофически мало, и я собиралась её вытрясти из шефа. И плевать на то, кто он по жизни и какую должность занимает в фирме. Уволить меня он не может: контракт заключён, и он действует как в одну сторону, так и в другую.

В коридоре мне попытался преградить дорогу помощник шефа, но я его просто проигнорировала, бросив:

– Мне назначено, – то что этого мальчика никогда не было здесь, да и места ему не было предусмотрено, как-то прошло мимо меня.

Дверь я распахнула без предупреждения, можно считать почти с ноги. Яркое солнце, бьющее в панорамное окно, ослепило на мгновение, а когда смогла проморгаться, поняла, что не вовремя, и почему секретарь пытался остановить меня. Кажется, я попала в самый разгар ссоры.

Красивая стройная девица стояла напротив шефа, вот только позы у них были, как у двух уличных котов: шерсть дыбом, спины выгнуты дугой, а хвосты – торчком. Вот-вот вцепятся друг другу в горло. “Очень интересное сравнение”, – мелькнула мысль, но по-другому я не могла ассоциировать увиденное.

– Так эта та самая блондинистая дрянь, которую ты принял на работу в обход правил? – нежный, но ледяной голос девицы отбил всякое желание извиниться.

После таких слов я точно останусь в кабинете и досмотрю комедию или трагедию, нет, скорее, фарс до конца. Знала бы, попкорн прихватила.

– И это у неё ты ночевал последнее время, не появляясь у себя, – она не спрашивала, а утверждала.

Так говорить с мужчиной может только глубоко обиженная, брошенная женщина. В другое время я бы пожалела её, но не сегодня. Я смотрела на фигуристую девицу модельной внешности в платье от Кардена из последней коллекции, удивляясь, что знаю не только бренд, но и из какой оно коллекции. Но тут же вспомнила, что на днях видела обзор по последнему показу мод и блогер расхваливал эту модель, а я смотрела и думала: “Кто вообще это купит?”. Ну вот и ответ на мой вопрос, стоит передо мной и брезгливо поджимает губы, бросая в меня ядовитые взгляды.

– Энжи, я тебе уже говорил, что между нами ничего нет… – кажется, босс повторял одно и то же уже не первый раз, но она его не желала слышать, а сейчас так вообще перебила.

– Уволь эту дрянь немедленно, и я прощу тебе измену! – потребовала мамзель, царственно глядя на мужчину, отчего он только тяжело вздохнул.

По всей видимости, она была не из простых лягушек, а из “паранормальной ветви развития разумных существ”, кажется так обозначил нечисть Сантьяга. Однако мне уже было наплевать на то, кто она, во мне проснулся бесёнок.

– Дорогой, – улыбнулась удивлённому шефу, делая шаг к нему и не обращая внимания на девушку, – так это та ненормальная, что бегает за тобой и устраивает истерики?

Из-за увиденных выражений лиц обоих я почти простила Мише мою раннюю побудку. Бесёнок внутри меня азартно хохотал и потирал руки, требуя закрепить результат. И я пошла у него на поводу. Подойдя к шефу, пока его пассия не пришла в себя от моей наглости, и еле дотянувшись, чмокнула его в щёку.

– Слушай, ночка была, ох, какая бурная, и выспаться я не успела, – состроив обиженную мордочку, жалостливо посмотрела на обалдевшего шефа, – ты же не против, если я возьму выходной, а то слушать тут ваши разборки нет никаких сил.

– Ах, ты, дрянь! – отмерла девица и замахнулась, явно собираясь дать мне пощёчину, но Дмитрий перехватил её руку.

– Энжи, не позорься…

– Ну, я вас оставлю тогда, сам решишь проблему с бывшей, – улыбнулась самой обворожительной улыбкой, на какую была сейчас способна, – а то мне Сантьяга кофе обещал, а тут Паша вдруг примчался, отвлёк…

Уже подходя к дверям, обернулась на замершую в нелепой позе парочку, и зачем я шефу-то решила подыграть? Он издевается надо мной, а я ему помогаю? Ну уж, нет…

– Ах да, совсем забыла, – понизив голос до интимно заговорщического, пропела, – пресветлому так понравились наши игрища, что он придумал новую тему для ролевой игры, так что не задерживайся и подготовь себя заранее. Судя по его горящим глазам, тебе придётся туго в постели, боюсь представить, в какой позе на этот раз он захочет тебя.

Несколько секунд полюбовавшись на совершенно ошарашенные лица парочки, с ангельской улыбкой выскользнула за дверь. Улыбка моментально исчезла с губ, а я направилась к себе, пылая желанием кого-нибудь убить. И, кажется, это будет всё-таки Мишка!

День, видимо, будет весёлым, так как за спиной в кабинете шефа раздался яростный рык. А я ещё не успела уйти. Открывшиеся двери лифта стали спасением, посланным богами, но вот толпа, ринувшаяся мне навстречу, испортила всё впечатление, а главное, возможность сбежать. Язык мой – враг мой, я это знаю, но ничего поделать не могу.

– Не подскажете, где кабинет директора российского филиала… – схватив меня за плечи, взволнованно спрашивал парень, причём складывалось странное ощущение, что он не в себе.

– Вы же здесь