же не полезет в Индию. Мда! Не успело тогда британское правительство получить разъяснения по поводу циркуляра Горчакова от российского посланника барона Бруннова, как события в Центральной Азии породили сомнения в искренности данного документа. Было предпринято нападение на Ташкент, город, где проживало оседлое население, занятое в сельском хозяйстве и торговле. Горчаков заявил британскому послу в Санкт-Петербурге Бьюкенену, что «Российское правительство не будет удерживать город». Ташкент взяли штурмом и когда победа была публично оглашена, санкт-петербургская газета «Русский инвалид» написала: «Наши войска могут занимать город только в течение короткого времени, пока его независимость от Коканда перестанет быть под угрозой. Дав независимость Ташкенту… Россия, не имеющая никакого желания присоединить к себе эти земли, будет только наблюдать за спокойствием и безопасностью своих торговых отношений с Центральной Азией».

Британцы не получили никаких заверений. Лорд Джон Расселл, министр иностранных дел, настаивал на официальном обмене нотами, в которых державы объявят, что «они не имеют намерений расширить свои территории таким образом, что их границы приблизятся к друг другу больше, чем было ранее». В случае если одно из государств почувствует необходимость расширения, ему следует проинформировать другую сторону о причинах, вынудивших его так поступить, «и о степени предполагаемого увеличения территории». Обе стороны должны уважать существующее состояние владений в Центральной Азии, и «обе державы должны признавать независимость Персидской монархии и не вторгаться на территорию Персии; им следует действовать в согласии и поддерживать и усиливать власть Шаха».

Горчаков же сделал вид, как будто не понимает, что имел в виду Расселл. Разве Россия уже не продекларировала свои миролюбивые намерения в отношении Центральной Азии? Что касается Персии, то его величество признал, что не может понять взаимосвязи между Центральной Азией и персидской монархией, которая и вызвала появление этой декларации. Он объявил, что декларация вполне удовлетворительна и соответствовала взглядам правительства Российской империи, но, приняв ее с удовольствием, он (Горчаков) должен заявить, что никогда не подозревал правительство ее величества в намерениях вторгнуться на территорию шаха. Подтвердив с видом наивной невинности свою веру в добрые намерения Англии, он уклонился от сути проблемы и сохранил Россию не связанной подобными обязательствами.

Вопреки обещаниям, российское правительство не распорядилось покинуть Ташкент. В мае 1866 года отношения с Бухарой были разорваны, генерал Романовский повел свои войска против населения Бухары и разгромил их на Ирджаре. В июне Ходжент был взят. Лорд Кларендон, ставший к тому времени министром иностранных дел в кабинете лорда Джона Расселла, проинструктировал сэра Эндрю Бьюкенена в Санкт-Петербурге, чтобы тот донес до российского правительства, что, в то время как Англия признает право России силой освободить плененного в Бухаре русского посла, изменение российских границ едва ли совместимо с уверением уважать независимость государств Центральной Азии.

На запрос Бьюкенена относительно границ завоеваний России Горчаков ответил, что такие вопросы находятся в компетенции военных, а также добавил, что было бы абсурдно предположить, что продвижение России могло бы угрожать Британской Индии.

Так сложилась модель поведения. Год за годом российские войска продолжали продвигаться все глубже в самое сердце Азии. Волны тревоги двигались из Калькутты и Симлы в сторону Уайтхолла. Английский посол в Санкт-Петербурге будет обращаться к министру иностранных дел России, просить объяснений, получать уверения в намерениях царя не присоединять ни дюйма земли где бы то ни было, посылать соответствующую депешу статс-секретарю по иностранным делам ее величества и оставлять вопрос на том же месте до тех пор, пока следующее продвижение России вновь не заставит вернуться к этой проблеме.

Британский посланник в Тегеране не сомневался, что Россия непременно займет Ахал и Мерв. Тогда она могла бы связать их железной дорогой с Каспийским морем и Туркестаном, что позволило бы ей сконцентрировать силы и угрожать спокойствию Индии. Англии пришлось бы держать такие большие силы на северо-западной границе, что ее ресурсам это нанесло бы большой ущерб. Томсон полагал, что Мерв можно присоединить к Афганистану или, в крайнем случае, к Персии, чтобы предотвратить его аннексию Россией.

Солсбери указал причины, по которым Россия не нуждалась в Мерве, и поэтому не станет тратить деньги и военные силы на бесполезную операцию. Анализ ситуации, сделанный Солсбери, показал, что в настоящий момент нет причин для волнения.

Глава 10

Прибыв на станцию Уссурийск, сплотившаяся было компания частично распалась — Ворошилов нашел свою роту, Джугашвили поспешил к царскому поезду, который пока стоял без паровоза. Дзержинский же на станции нашел местного особиста и предупредив того о возможном появлении польских террористов, отбил телеграмму в Санкт-Петербург и тоже вместе со своим отделением спецназа нашел царский поезд, а в нем начальника охраны поезда. Предъявив свои документы, Дзержинский и его подчиненные получили места в царском поезде, добившись при этом встречи со всеми сотрудниками охраны.

Феликс окинул строй подтянутых, ничем не уступающих по подготовке бойцам спецназа казаков — Ну что, господа станичники! На царскую семью готовится покушение. Исполнителями являются польские революционеры, которые могут быть в военной форме и даже с документами вот этой серии и с подписью некоего Петрова — Феликс передал начальнику охраны поезда стопку бумаги с описанием примет поляков и с данными выданными им документов. Начальник же раздал ориентировки своим подчиненным.

Феликс продолжил — Ваша задача не допустить проникновению в поезд подозрительных лиц и тех, кто не имеет особых пропусков, бланки которых были введены в Санкт-Петербурге перед вашей отправкой. Мало того, с этой минуты вводятся пароли, которые будут меняться раз в сутки. В случае незнания пароля подозрительными лицами их следует жестко захватить и связать, а в случае оказания сопротивления — уничтожить! Их Величества ни в коей мере не должны пострадать! Поэтому стрельбу можете открывать без предупредительного выстрела. Вы знаете всех офицеров и придворных с вашего поезда в лицо, но все равно вы должны убедиться в наличии у них пропуска и знания ими пароля! Вольно, приступайте к несению службы.

Николай в этот момент стоял у открытого окна штабного вагона и потому слышал инструктаж прибывшего Дзержинского.

Повернувшись к супруге, которая изучала отчеты от Драгомирова и Алексеева, Николай вздохнул — Опять эти поляки! Представляешь, Алекс, они отправились за нами с целью убийства!

Узнав о прибытии Джугашвили, я пригласила его в штабной вагон. Николай скучал, поглядывая в окно, вошедшего молодого чиновника он окинул рассеянным взглядом.

Поклонившись императору и мне, Иосиф почтительно поздоровался и протянул мне лист бумаги. Я пробежала глазами текст и нахмурилась. Затем повернулась к мужу — Похоже главноуправляющего твоей канцелярии пора менять.