ногу в воспитательных целях прострелю? — и Бобби изобразил глаза маньяка, дорвавшегося до бензопилы.

Очкарик побледнел и бухнулся на колени.

— Не надо ногу! Вот терминал, там все! Жизнью клянусь, не могу починить!

Капитан обреченно махнул рукой.

— Ладно. Бобби, этих тоже пакуем и на склад. Надо дать механикам возможность работать, вдруг у них что-нибудь получится.

…Когда Стивен и Бобби с победой вернулись в шлюзовую камеру перед транспортным лифтом, там уже бурно шло обсуждение обратного, бескровного переворота. Бескровного, конечно, в первую очередь для команды и пассажиров. С самим же угонщиками — тут уж как им повезет. Стивен уже собирался объявить, что они свою работу выполнили, теперь дело за технарями, как внезапно голоса в комме замолчали.

— Что у вас? — напряженно рявкнул Стивен, инстинктивно отбирая комм у старшего и потряся им, словно это могло поспособствовать отладке сети. — Меня вообще слышно?

— Да, — поспешно ответил бортинженер из кабины. — Бандюки из кинотеатра на связь с главарем вышли. Мы пока отключили контакт, может, его люди решат, что помехи. Мой голос совсем не похож на их «первого». А если бандиты занервничают? У них слишком много заложников. Ситуация станет безвыходной.

Вот только этой проблемы им не хватало! Стивен, в целом далекий от употребления ненормативной лексики, жестко выругался. Но внезапно заговорил самый молодой из группы техников:

— А какой у главаря голос? Я могу попробовать. Я в театральный поступал, умею немного пародировать. Вот, например, «Уважаемые пассажиры! Наш лайнер отправляется по маршруту Эрера — Тигарден-Би».

Парнишка так лихо изменил тембр, что Стивен восхищенно присвистнул. Если бы не видел из чьего рта вылетают слова, был бы уверен, что это речь командира лайнера.

— Погоди-ка, — обрадованно послышалось в комме. — Сейчас включу последнюю запись. Вот: «Пересаживайся и вводи код-подтверждение».

Для лучшего запоминания Артем Валерьевич прокрутил фразу несколько раз. Парнишка прочистил горло и повторил. Да так похоже, что все облегченно выдохнули.

— Я сейчас подключу тебя к наушнику, — принялся командовать главный бортинженер, — сделаешь вид, что связи не было, только говори четко. Самоуверенно. Этот павлин тут нисколько не колебался.

— А говорить-то что?

Глава 25

Мира любила смотреть боевики. Обычно в них главный герой, который обязательно был неимоверно крут, если и получал на орехи, то все равно в финале всех побеждал, и ему доставалось все: девушка, слава, награды, признание… Ну или хотя бы он гордо и эффектно уходил в закат.

Наблюдать же по мониторам в режиме реального времени, как твой любимый мужчина сперва без страховки спускается по сорокаметровой шахте лифта, а потом ввязывается в несколько схваток одна за другой даже без бронежилета, не говоря уже про негарантированный счастливый финал, было… нет, «страшно» — совершенно неподходящее здесь слово. Миру сковывало от ужаса и беспомощности, ведь, стоя на мостике, она абсолютно ничем не могла Стивену помочь!

Между тем капитан с Бобби выполнили очередные и вроде бы пока последние из возложенных на них задач: обезвредили бандитскую тройку в транспортном отсеке и отправили в космос пустую спасательную капсулу. На ней в автономном полете включалось переговорное устройство и режим связи с космопортом на Эрере. С точки зрения Артема Валерьевича, это был самый надежный способ передать информацию о случившемся на лайнере и их планируемой посадке на Митриг. Собственно, ни бортинженер, ни Мира не сомневались, что ее придется совершать: спасательных капсул все равно бы на всех не хватило. Да и дрейфовать в открытом космосе, рискуя, что пираты их выловят поодиночке — ничуть не менее опасно.

Убедившись, что капсула успешно отстыковалась и уже передает сигнал, Мира наконец перевела взгляд на другие экраны. На паре из них с разных ракурсов группа техников пыталась оживить двигатели, на остальных же последовательно шла сложная, только что прямо здесь коллективно разработанная операция «Мышеловка». Одна из главных ролей в ней отводилась юному механику, озвучивающему гида:

— Отставить сортировку! Проклятая связь! Я потерял контакт с группой из машинного отделения. Бери своих и дуй туда по служебной лестнице!

— А как же кинозал?

— Шлюзы задрай, да и все! Куда они денутся? — командовал парень, просто шикарно вжившись в необходимый образ.

— Есть в машинное! — отчеканил охранник.

Через некоторое время бандиты спустились на второй этаж. Однако не прошли они и десяти метров, как их ждал сюрприз: разом опустились переборки, предназначенные, чтобы отсечь лестницу и раздевалки от основного зала. Ловушка захлопнулась. Охранники кинулись к панелям управления со своими коммами, но было поздно — Артем Валерьевич уже заменил пароли и даже включил глушитель для внутренней связи, чтобы угонщики не имели возможности послать сообщение дружкам.

— А они бластером переборки не распилят? — опасливо поинтересовался «профессор», снова принявшись надраивать очки.

Видимо, у него это было вроде нервного тика или личный лайфхак, как справиться со стрессом.

— Нет, — успокоил бортинженер. — Там такой металл, что намного быстрее на оружии сядут заряды.

Операция повторилась еще дважды: группу бандитов из кафе вывели в находящийся на другом конце палубы ночной клуб, а тех, кто охранял жилые комнаты на пятом, загнали в один из стыковочных отсеков между этажами.

Мира глянула на часы — до подхода к Митригу оставалось сорок семь минут. Понятно, что в машинном делают все возможное, но на душе от этого спокойнее не становилось. К тому же Кантор молчит, как в рот воды набрал. Никак в спасении лайнера не участвует, а словно сторонний наблюдатель смотрит за всем происходящим. Может, он вообще не в себе? Можно ли ему доверить сажать корабль?

— Слушайте, я же забрал наушник у бандита с седьмого. А начальник группы как раз отправил его проверить кого-то, не выходящего на связь, на пятый этаж в сектор А2. Эта та часть, что изолирована от жилой. Я до нее так и не добрался, — отвлек девушку от неприятных мыслей голос Стивена.

Бортинженер принялся перещелкивать все камеры, попросив народ тщательно смотреть, не затаились ли еще где-то лжеохранники. Сам же выбрал сектор А2 — технические помещения. Пустота. Пробежал по всем камерам — никого. Но куда-то же этот пропавший делся?

— А это что за пиявка в нашей каюте? — кажется, впервые за весь полет подала голос дама в бриллиантах, указывая на монитор, на котором в антураже античной Италии с колоннадами и величественными статуями суетился тощий невысокий мужик в форме охраны.