Я чувствовала и не чувствовала, как слуга тихонько вынимает у меня из пальцев перстень, я видела и не видела злобную, торжествующую ухмылку королевы. Передо мной всё качалось, как в мареве. Словно издалека, или через слой ваты, я слышала как король говорит сочувственным тоном:

- Я понимаю, что эта девушка сама была уверена в своих словах. Она рассказала мне одну любопытную и запутанную историю… Но мне кажется, что эта история запутана ещё больше! Мне кажется, что ведьма Вильма, вражеский агент, и ведьма Пелагея, предательница, они не доверяли друг другу. И обе меняли внешний вид детей, втайне друг от друга. Пока сами не запутались! Каждая из них была уверена, что перехитрила другую. А в результате оказалось, что на месте принцессы оказалась… принцесса! И мой артефакт это подтвердил. Мы и до этого неоднократно проверяли кровное родство. Поэтому и я, и королева были уверены, что эта девушка – самозванка. А вот она сама искренне верила своей сказке.

- А я вам не верю! – выкрикнул вдруг Ванька, – Пусть она ещё раз примерит!

И выхватил перстень из ларца, протягивая его мне. И перстень ярко вспыхнул у него в руках.

Глава 25

- Почему?! – с надрывом в голосе воскликнул Фунтик, – Почему у Васьки перстень не вспыхнул?!

- А я знаю? – равнодушно зевнул Гарик, – Наверное, потому что не почувствовал в ней королевской крови…

- Как? Как он мог не почувствовать родного человека?

- Значит, это не родной человек…

- Как не родной?! Мы столько сил потратили, чтобы доказать, что Васька – принцесса, а теперь выходит, что она не принцеса!!!

- Значит, не принцесса. Значит, нам показалось…

- Не юли! Не смей!!! Получается, вся война была за ложные цели?!

- Эй, а война-то здесь при чём? О причинах войны читай у классиков: война есть продолжение политики господствующих классов иными…

- Не финти! Какая тебе Васька – господствующий класс?..

- Так я и говорю: из-за неверной политики короля и королевы в отношении реликтовых рас, разразилась гражданская война…

- Опять? – взвизгнул Фунтик, – Опять разговор в сторону уводишь?! Ты мне прямо скажи: принцесса Васька или не принцесса?!

- Откуда же я… ну, ладно, ладно! Не принцесса. Думала, что принцесса, ан нет, не повезло.

- А если не принцесса, то кто она?!

- Не о том ты думаешь! – сторого заметил Гарик, – Ты всё о прошлом. А надо думать о будущем. Вот, что теперь с бедной Васькой будет? После того, как она слово дала, что сама в руки правосудия отдастся?

- А что будет?.. – голос Фунтика дрогнул.

Прежде чем ответить, Гарик с видимым наслаждением набил трубочку табаком, раскурил её и хорошенько затянулся вонючим дымом. А потом кинул прищуренный взгляд на друга, мол, не забывай, спор я выиграл, за тобой должок! Должо-о-о-ок!

- А будет то… – наконец-то пустил клубы дыма к потолку Гарик, – будет то, что ты сейчас напишешь! Под мою диктовку! Пиши: «Глава двадцать пятая». Написал? Точно написал? Ну, ладно, верю. А теперь начнём!

Глава двадцать пятая.

Политика так же увлекательна, как война. Но более опасна.

На войне вас могут убить лишь однажды, в политике - множество раз.

Сэр Уинстон Черчилль.

- А-а-х-х-х!!! – пронеслось по залу.

И все замерли. И Ванька замер, удивлённо таращась на перстень в своих пальцах. А что касается короля с королевой, так те вообще окаменели.

И все молчали, только переглядывались понимающе. А на меня, словно умопомрачение нашло: я силилась понять происходящее, но смысл всё время от меня ускользал. Я и до этого с трудом понимала что творится вокруг, а теперь и вовсе запуталась. Я недоумённо крутила головой, но никто не спешил мне помочь.

- И что это значит?.. – не выдержала я.

И сразу все ожили. Королева, та вообще подскочила на своём месте.

- Дорогой! – колюче проговорила она королю, – Нам нужно поговорить. Наедине. Немедля!!!

И мне показалось, что