появится время отдохнуть. А мне не хотелось бы предоставлять им время для отдыха.

- И что же делать?

- Придётся делать то, что мне совсем не хотелось бы! – призналась я, – Вот, ни капли не хотелось бы! А придётся.

- А как… Ванька? – подруга спросила с запинкой, опасаясь меня расстроить.

Напротив, я радостно встрепенулась.

- Ты знаешь, лучше! Я сплю чутко. И вот, вчера слышу, как Горюн завозился. Я вскакиваю, в руках два кинжала, глаза горят…

- Представляю!.. – хмыкнула русалка.

- А Горюн мне: «Тс-с-с-с!!!». Оглядываюсь, смотрю, что такое? Ничего понять не могу. А Горюн мне шепчет, дескать, показалось ему, что Ванька во сне шевельнулся! Представляешь? Столько времени лежал без движения – и шевельнулся!

- Может ему, и впрямь, показалось?

- Не знаю, – я опять побултыхала ногами по мелководью, – Лично я верю, что пробуждается он, мой богатырь!

Глава 13

- А это что? – потянул носом Гарик.

- Это настойка на жимолости! – гордо сказал Фунтик, – Ты понюхай, понюхай! А? Каков аромат! А вкус! Впрочем, сейчас сам отведаешь!

- На жимолости? – насторожился Гарик, – Не вредно?..

- Ну, если у тебя гипотония, может и повредить, – рассудительно заметил Фунтик, аккуратно разливая ароматную жидкость в маленькие, с напёрсток, рюмочки, – А гипертоникам только на пользу, ибо слегка снижает давление. Ты же не страдаешь гипотонией?

Гарик отрицательно помотал головой и потянулся к рюмочке. И тут же получил по рукам. Фунтик осуждающе покачал головой.

- Алкоголик, что ли? Не торопись. Закрой глаза, – голос Фунтика стал похож на голос гипнотизёра, размеренный и баюкающий, – Представь: весна. Деревья в цвету. Вишни, яблони, груши… все словно в белом наряде из нежных, лепестков. В обрамлении зелёных-презелёных листьев. Воздух ещё бодрит, но чувствуется, это весна! Скоро будет тепло. И над землёй плывёт цветочный аромат. Вдохнёшь этого аромата, и понимаешь, как пахнет в раю. Представил? Теперь возьми рюмочку и понюхай. И медленно выпей. А теперь, не дыши! Не дыши, пока не почувствуешь послевкусия! Ну, как?..

- Душевно пошла! – признался Гарик.

- Ну, дык! – выгнул грудь дугой Фунтик, – Кто делал? Фигни не держим-с! Теперь вот это…

- А это?..

- Тоже настойка. Только на вишне. Это уже не весна, это лето. Закрывай глаза, я буду мантру говорить!.. Закрыл? Хм!..

Ты в перелеске, в тени. А вокруг бесконечная степь, где ветер гонит серебристые волны, качая ковыль. Жара. Такая жара, что даже тебе, в тени, понятно, что вот выглянешь ты на открытое пространство, и сваришься! Может и не сразу, но сваришься непременно! А позади тебя дикая вишня. И вся усыпана тёмно-красными точками ягод. Вся налита этой жарой. Ты никогда не замечал, что срываешь вишенку, а она вся тёплая? Потому что жар солнца в себя впитала? Так вот, оглядываешься ты, видишь вишню, собираешь пригоршню ягод, и всю пригоршню себе в рот – ам! Представил? Бери рюмку! Нюхай! Пей! И не дыши!

- Ух ты! – счастливо выдохнул Гарик, – Лепота!

- После лета – осень! – возгласил Фунтик меняя бутылки.

- А это что?

- Рябиновка! – зажмурился Фунтик, – Лично настаивал!

- А ещё что-то есть?

- А как же?! Отметим зиму чистой водочкой, без добавок, ибо, какие добавки зимой? Просто водка, правда, хорошенько охлаждённая. И пойдём по второму кругу! Есть настойки на смородине, на крыжовнике, на облепихе… Опять зима… Потом третий круг! Настойка на…

- Стоп! – не сказать, чтобы Гарик возмутился. Совсем наоборот! На лице его появилась мечтательная улыбка. Но Фунтика он остановил.

- Давай так, – заявил он, – Вот напишем новую главу… какая там она?..

- Тринадцатая…

- Какая?! –