выстроено по единой схеме: вход, периметр, окна, возможные отходы. Каждая секунда просчитана.

— Работаем чисто и без лишнего шума. Наша цель взять всех живыми, — говорю тихо, но так, чтобы каждый понял: ошибки не будет.

По сигналу двое уходят влево, перекрывают задний выход. Еще двое направляются к воротам. Я иду первым.

Я люблю этот момент перед входом, когда мир сжимается до одной задачи.

Начинаю отсчет.

Три.

Два.

Один.

Взлом замка происходит тихо и профессионально, дверь открывается без хлопка.

Я захожу первым, сразу же чувствую запах дорогого табака. Под ногами лакированный деревянный пол, часы тикают в прихожей.

— Всем на пол! Работает спецназ!

Мужчина в гостиной успевает только вскочить с места. Я вижу, как он тянется к столу, к телефону или к оружию, не важно.

Я перехватываю его руку, разворачиваю и прижимаю мордой к полу. Я не применяю всю силу, только так, чтобы он понял: сопротивление бессмысленно.

— Лежать, — жестко рявкаю я.

Сверху слышен грохот, вторая группа берет этаж. Раздаются крики, команды, а через секунду все стихает.

— Чисто, — докладывают в наушник.

Я поднимаю задержанного за ворот рубашки и ставлю на колени. Лицо у него знакомое. Наши проработали его досконально, он всего лишь финансовый посредник, покладка между заказчиком и исполнителем.

— Я ничего не делал, начальник, — возмущается он.

— Ты знаешь, за что, — говорю спокойно.

Пот струится по его вискам.

Торпеда появляется из коридора, планшет уже в руках.

— Подтверждение есть, — тихо говорит он. — Переписка с анонимным аккаунтом, переводы. Они и заказали объект для взлома бухгалтерии «СеверПрома».

Я чувствую, как внутри все победно содрогается. Вот мы и вышли на их след.

— Покушение? — спрашиваю строго.

Торпеда качает головой.

— Пока нет связки. Заказ был только на взлом.

Значит, стрелок – другая линия.

Я смотрю на мужчину передо мной.

— Кто еще в вашей цепочке?

Он ломается быстро, такие всегда ломаются. Деньги любят, а ответственность – нет.

Мы пакуем всех троих аккуратно, мы ж вежливые люди. Документы изымаем, технику раскладываем в пакеты. Все по протоколу.

Когда выходим из дома, небо начинает светлеть.

Я снимаю балаклаву и провожу рукой по коротким волосам.

Работа сделана чисто без жертв и без шума. Так и должно быть, но внутри нет удовлетворения.

Потому что сегодня мы нашли лишь часть пазла. Эти люди заказали Машу, использовали ее мозг, но не они не брали ее на мушку. А значит, где-то еще ходит тот, кто решил, что ее можно убрать.

Я смотрю на горизонт, где медленно разгорается рассвет.

* * *

Двадцать часов без сна. Организм уже не спорит, он просто работает на автомате.

Я стою за стеклом и наблюдаю за допросом.

Задержанный нервничает, потирает ладони, отводит глаза. Следователь давит аккуратно и без истерики.

— Я не знал, что все так серьезно, — бормочет он.

— Вы заказали взлом бухгалтерии «СеверПрома», — спокойно повторяет следователь. — Через подставной аккаунт.

— Да, но это бизнес…

Бизнес, блядь!

Я стискиваю зубы, и тут в дверь комнаты для наблюдения заходит полковник. Маслов всегда двигается без шума, но его присутствие чувствуется сразу.

— Юшков, — недовольно произносит он, — тебя тут быть не должно.

— Мне нужно найти того, кто покушался на жизнь Токаревой, — не отрывая взгляда от стекла, отвечаю я.

— Это уже не твоя зона ответственности.

Я медленно поворачиваюсь к нему.

— С уважением, товарищ полковник, — произношу ровно. — Пока стрелок не найден, это моя зона ответственности.

Он смотрит на меня дольше обычного. Видит, что спорить со мной бессмысленно.

— Не перегибай, Сергей.

— Все под контролем.

Но через десять минут я понимаю, что сидеть и ждать отчетов я не могу. Связи с Марией нет, мне нужно убедиться, что она в порядке.

Я паркуюсь у дома, смотрю на окна. Затем бесшумно поднимаюсь по лестнице, открываю дверь своим ключом.

Внутри темно и тихо. Я ощущаю запах женского шампуня и чего-то ягодного, может, чая.

Я делаю шаг вперед, и замечаю тень на полу в проеме комнаты, затем резкое движение.

— Черт!

На меня летит что-то тяжелое. Инстинкт срабатывает быстрее усталости. Я перехватываю руку в воздухе, второй ладонью ловлю горшок с цветком, который она собиралась обрушить мне на голову.

Земля осыпается на пол.

— Тихо! — шепчу резко и вжимаю ее в себя.

Маша замирает, глаза огромные, в них читается паника.

— Нельзя так вламываться в квартиру! — шипит она, пытаясь вырваться. — Ты вообще нормальный?!

— Я открыл ее ключом, — отвечаю так же тихо, но жестко. — Кого ты ожидала увидеть? Вежливого киллера?

Мы стоим почти вплотную, ее дыхание сбивается.

Я медленно отпускаю ее запястье.

— Надо предупреждать, что ты приедешь, — тихо произносит она и облизывает свои губы. — А если я тут голая хожу?

— А ты не ходи и всегда жди меня.

ГЛАВА 25.

ГЛАВА 25.

Маша

Мне надо придерживаться намеченного плана.

Поэтому я успокаиваюсь и иду в кухню за веником, затем подметаю рассыпавшуюся землю. Делаю все без резких движений и думаю о мужчине, который сейчас слышит каждое наше слово.

Да, я сама впустила Кардинала в свой ноут. Так мне будет проще угодить ему, потому что я до сих пор не знаю, что именно ему нужно и какая информация его интересует.

О Сергее? О деле? О старом незакрытом гештальте?

— Кофе будешь? — спрашиваю буднично, загребая землю в совок.

— Буду.

— Тогда не топчись тут и иди в комнату, — ворчу я, как старая бабка.

Пока закипает чайник, я думаю, с какой стороны подступить к этому Юшкову?!

Наливаю нам кофе и иду в комнату. Сергей сидит на диване, я отдаю ему кружку с ароматным напитком.

— У вас сегодня что было? — бросаю будто между делом. — Ты выглядишь уставшим, вон глаза красные.

— Задержание было, — тихо произносит он и делает глоток кофе.

— Удачное?

— Более чем.

Я осторожно присаживаюсь на край дивана, рука нервно дрогнула и я налила себе кофе до краев, теперь не пролить бы на себя.

— Люблю, когда ты так коротко отвечаешь, — с сарказмом произношу я. — Мужчины вообще любят недоговаривать?

— Мы любим результат.

— И какой же результат? — вытягиваю из него каждое слово.

Меня