Кнопка звонка красным пятнышком выделяется на белой подъездной стене. От темной металлической поверхности двери веет таким холодом, что неприятные мурашки ползут по спине.

Оглядываюсь назад. Две соседних квартиры тоже защищены массивными покрытиями, но от них льда я не чувствую. Почему так? Копаюсь в себе, ищу причину, по которой не хочу звонить.

А все просто.

У одиноких мужчин я окна еще не мыла, поэтому сейчас трушу. Не за качество работы переживаю, а за то, что останусь одна на один с незнакомцем в чужой квартире. Вот у Егора я бы, наверное, не боялась, потому что с ним я более-менее знакома, а тут жутко, потому что я не знаю чего ждать за этой дверью.

«Ничего, Варвара, это знакомый Светы и Ромы, а значит, тебе боятся нечего. Быстро вымоешь три окна и домой — к Егорке. К обеду должно потеплеть, пойдешь гулять, а потом можно к Свете в гости зайти, пусть Аленка с Кирей поиграют с сынишкой» — уговариваю сама себя. Планирование дня немного успокаивает.

Пора звонить, но боязно.

Два часа. Два часа на три окна — это максимум, за который я смогу управиться. В идеале полтора. Через два часа я увижу сына и забуду этот дурацкий мандраж, неприятно пронизывающий все тело.

Настраиваюсь. Хозяин может вообще старый и больной, Света же не сказала сколько ему. Да и я бледная поганка, кто позарится? Не накрашена, в широких спортивных штанах, чтобы удобнее было прыгать на стул и обратно, в спортивной кофте, застегнутой до самого верха, а поверх всего этого обычная дутая курточка и тонкая вязаная шапка. В руках пакет с моющими средствами, щетками, тряпками и перчатками.

Это просто работа. Просто работа. Оплата за которую еще на шаг приблизит меня к долгожданной свободе от мужа.

Звоню. Сердце отбивает бешеный ритм и замирает, когда по ту сторону слышу неторопливые шаги. Поворот ключа и вот дверь открывается.

— Здравствуйте! Я Варвара, подруга Светы Морошкиной, она договорилась с вами, чтобы я вам окна помыла. Я пришла в назначенное время, надеюсь, она вас предупредила? — от волнения тараторю не знаю что мужской фигуре в темном коридоре квартиры. Из-за грохота пульса в ушных перепонках не слышу собственного голоса.

— А да, я в курсе, проходите.

Довольно-таки приятный мужской голос у этой фигуры. Успокаивающий. Что-то зря я себя накрутила.

Мужчина щелкнул выключателем и отступил назад, приглашая меня внутрь.

Лампа осветила узкий коридор и хозяина квартиры. Он не высокий, буквально на полголовы выше меня, чуть полноват, с небольшим пузиком. На вид мужчине лет за сорок. Лицо круглое, с небольшими бороздками-морщинками. Одна вертикальная — на переносице и несколько поперечных — на широком лбу. Глаза блеклые, бесцветные, с редкими ресницами. Это все, что я заметила, шагнув через порог, а потом пялиться на мужчину посчитала неприличным.

— Здравствуйте, я Андрей, — протягивает мне руку клиент.

— Варвара. А как вас по отчеству? — неловко подаю свою в ответ.

— Не надо отчества. Просто Андрей.

Андрей пожимает мою руку. Ладонь у него теплая, мягкая и немного влажная. А женщины, к которым я приходила, ограничивались сухим приветствием и сразу показывали, где, что, как надо помыть. Не рассматривали меня с ног до головы оценивающим взглядом, от которого хочется поежиться и спрятаться. Я слегка растерялась.

Андрей наклоняется и вытаскивает из обувницы комнатные тапочки, ставит передо мной. Помогает мне снять верхнюю одежду, вешает ее на крючок, пока я переобуваюсь.

Щелкает дверной замок — я зашла, а дверь за собой не закрыла. Ее за моей спиной запер Андрей.

Не могу избавиться от нарастающего волнения. Надо бы извиниться, сослаться на срочные дела, но я глушу в себе все предостережения внутреннего голоса.

— Проходите, Варвара, — дружелюбно приглашает Андрей.

Следую за хозяином квартиры в глубину его жилья. По пути кручу головой в разные стороны осматриваюсь. В квартире даже запахов нет, какие бывают в каждом жилом доме, и это тоже меня смущает.

— Здесь кухня, — Андрей открывает первую дверь по коридору. Внутрь мы не заходим, идем дальше. — Здесь зал, — продолжается экскурсия, — там спальня, но там мыть не надо.

В спальню Андрей дверь открывать не стал. Не надо там мыть, так не надо, мне же лучше, закончу раньше. На два окна хватит и часа.

Света оказалась права — квартира запущена. Зеркало в пол в прихожей под тонким слоем пыли, на полу давно не чищенное ковровое покрытие, обои на стенах пожелтели, а в углах и с потолка свисают тонкие нити черной паутины. Мебели минимум, но на нее я не смотрю, мой объект — окна. Они еще серее, чем зеркало в коридоре. Пластиковые рамы с налетом сажи. На первый взгляд, в этой квартире никто не жил года два. Возможно, Андрей в эту квартиру только въехал? Хотя мне какая разница. Есть заявка — выполняй, Варенька, работу.

— Вам же только окна надо помыть? — уточняю, готовая сразу приступить. Достаю из пакета перчатки, натягиваю их на руки.

— Да, только окна.

— Тогда я начну с кухни, если вы не против.

— Как вам будет удобно.

Андрей мало говорит, больше смотрит на меня и мне не ловко. Даже не так. Мне не комфортно и тревожно.

— Я думаю, что за час управлюсь, а вы пока можете заниматься своими делами и на меня внимания не обращайте, пожалуйста, — только сейчас поворачиваюсь к клиенту, ловлю его внимательный взгляд в мою сторону, растягиваю губы в улыбке.

— Да, конечно, не беспокойтесь, — зеркалит Андрей, не двигаясь с места.

Разворачиваюсь, иду уже к знакомой двери в кухню, чувствуя пятой точкой обжигающий взгляд хозяина квартиры.

Надо было слушать интуицию.

18

Егор

Утром я проснулся раньше обычного. Хотя вру. Совсем не спал. Ворочался всю ночь, думал о Варваре. О предстоящем разговоре. О возможных последствиях нашего представления.

Всем сердцем желаю, чтобы у девушки не было из-за меня неприятностей. Увижу, спрошу что, да как, и вообще надо поговорить с ней откровенно. Мне ведь действительно ничего о ней неизвестно. Ни-че-го. Косяк.

Поднялся после бессонной ночи на час раньше, оделся и побежал в парк. Я же не знаю, во сколько туда Варвара приходит. Обычно я прибегаю — она уже там. И сегодня время у нас с запасом — будет время и побегать, и поговорить нормально.

Бабье лето кончилось, сменившись промозглой сыростью и холодным ветром. Низкие рваные тучи нависли над хмурым городом, вот-вот упадут дождевой тяжестью или мокрым снегом. Деревья стоят голые и некрасивые, коряво