будто на повторе крутились в моей голове первые сутки.

На вторые я начала действовать, искать возможность безопасно вернуться в страну.

Шакуров хорошо постарался оградить меня от окружающего мира, посадив буквально под замок. Нанятая им охрана категорически отказывалась выпускать меня за пределы виллы, аргументируя это «приказом моего мужа».

И сколько бы не пыталась, желанного результата это не дало.

Спасение пришло откуда совсем не ждала.

Два дня назад мне позвонил Лёня и так своевременно предложил помощь. Я знаю, что Айдар против нашего общения, но в сложившейся ситуации я готова принять помощь от кого угодно.

Не знаю как у друга получилось вернуть меня в страну, но склонна думать, что он воспользовался связями своего влиятельно отца.

— Прошу уважаемый суд, — перевожу взгляд на адвоката, когда он встаёт и начинает говорить, — выслушать показания основного свидетеля и участника печальных событий, Альфу оборотней-волков Демида Астахова.

Возникшая после его слов тишина давит на барабанные перепонки.

— Альфа согласился свидетельствовать? — раздаётся отчётливый вопрос.

Я получаю удар в грудь и резко дёргаюсь назад, потому что голос… принадлежит Леону.

Когда первый шок отпускает, я привстаю с места и кручу головой пытаясь найти его взглядом.

А дальше всё становится хуже…

Настолько что, мне кажется, ещё немного и я потеряю связь с реальностью.

Мои глаза безошибочно находят друга детства, одетого в универсальную форму… карателей.

Замираю на какое-то время, отказываясь верить тому, что вижу.

Но как?..

Он ведь по возрасту не подходит на роль того, кто в мире двуликих вершит правосудие.

Медленно выдыхаю и прячу лицо в ладонях.

Айдар с самого начала знал кем является Бережнов?

Поэтому был против нашего общения?

Господи…

Всё происходящее дальше воспринимается с трудом.

Наблюдаю за тем, как в зал входит мужчина, которого ранее представили как Демида Астахова. Из-за внутреннего гула не слышу большую часть сказанного им, но суть улавливаю.

Альфа рассказывает о том, что если бы Шакуров не подоспел вовремя, то его истинная пара, вероятнее всего, погибла бы. Он приводит ещё множество доводов в пользу Айдара.

Это немного успокаивает.

Зная, насколько трепетно оборотни относятся к истинным, то думаю есть большая вероятность что действия Шакурова переквалифицируют как единственно правильные в сложившейся ситуации.

После Альфы опрашивают так же и его пару, миловидную блондинку, которая так же поддерживает моего мужа, при том, что погибший является её братом.

Сторона защиты предъявляет такие доказательства, что на месте судей я бы уже закончила процесс. Конечно же полным оправданием действий Айдара.

Даже не зная подробностей случившегося, я уверена, что он поступил так по крайней необходимости.

— Слово предоставляется стороне обвинения, — говорит один из судей.

Напрягаюсь всем телом, когда замечаю, как с места встаёт Лёня.

В самом жутком кошмаре я не смогла бы увидеть подобное. Друг детства против моего мужа.

— Уважаемый суд, — начинает свою речь Бережнов, — с учётом всего вышесказанного может возникнуть мысль что на скамье подсудимых сегодня находится невиновный оборотень, жертва сложившихся обстоятельств. Но спешу вас уверить что это не так. Господин Шакуров уже не впервые идёт против природы оборотней.

Всё моё нутро покрывается колючими мурашками.

— Позвольте предоставить вам доказательства. — говорит Бережнов и берёт в руки темную пластиковую папку, лежащую на столе, у которого он стоит.

Один из судей кивает, и Лёня спешит подойти. Передаёт ему в руки папку, и вернувшись на место, продолжает.

— Своим поступком обвиняемый в очередной раз показал мерзкое отношение к самой природе двуликих. Но как вы понимаете это не всё. Айдару Шакурову посчастливилось встретить свою истинную пару.

Тело одновременно ошпаривает огнём и сковывает льдом, а в кожу впиваются сотни острых игл.

Врезаюсь взглядом в затылок друга детства, пытаясь переварить жуткую для меня правду. На Айдара намеренно не смотрю, не уверена, что выдержу.

— И вы думаете он её признал? Как сделал бы любой оборотень на его месте. — демонстративная пауза, вызывает приступ тошноты. — Нет! Он сделал хуже.

Когда Леон замолкает, а затем медленно поворачивается спиной к судьям, моё сердце перестаёт биться.

Столкновение наших взглядов не предвещает ничего хорошего.

— Шакуров женился на ней по людским законам, но по закону оборотней она ему по-прежнему никто.

У меня внутри происходит невероятной глубины разлом.

Открываю рот и жадно тяну в себя воздух, но всё равно, кажется, что задохнусь от удушья.

Создаётся впечатление что окружающий мир замер пораженный жестокой правдой.

Я не оборотень, но даже я знаю, что для них значит истинность…

А он… зная, что я его пара… отказался…

Медленно поворачиваю голову и сталкиваюсь взглядами с Айдаром. Его глаза транслируют высшую степень сожаления. Я не понимаю, что это значит. Да и в принципе уже не важно.

В груди образуется дыра, чёрная бездна, которая грозит поглотить меня, если я не прерву этот бесконечный поток острой боли.

— Он не управляет своим зверем, чем ставил под угрозу свою пару. — доносится как сквозь вату голос Бережнова. — И Шакуров это полностью осознавал. Сдерживающий амулет на его шее — прямое тому подтверждение.

Тело немеет, в какой-то момент начинает казаться что я не заметила, как мне вкололи убойную дозу транквилизаторов, иначе почему я до сих пор жива?

— Ты что несёшь?! — всегда сдержанный Айдар резко вскакивает с места опрокидывая стул, на котором всё это время сидел.

Судьи тут же реагируют возмущением.

— Сядьте на место, господин Шакуров, или слушание продолжится без вашего присутствия.

Айдар дышит часто, хлёстко. Давит окружающих своей энергетикой.

Создаётся впечатление что в эту минуту у него происходит серьёзная внутренняя борьба.

Благоразумие берёт верх, и Шакуров нехотя садится.

— Позвольте мне продолжить? — соблюдая протокол, как ни в чём небывало, интересуется Леон.

Шум в ушах становится невыносимым. Мне хочется уйти. И я бы сделала это если можно было выйти, не привлекая к себе внимания.

— Продолжайте.

— Думаю суд примет во внимание что вина Айдара Шакурова отягощается тем, что он полностью отдавал отчёт своим действиям, когда принимал решение не брать в пары свою жену Валерию Шакурову.

Это даже звучит странно.

В сердце будто острый клинок вонзается. Прижимаю руку к груди пытаясь уменьшить боль, но это не имеет никакого смысла.

— Подсудимый, — обращается к Айдару один из судей, — вам есть что сказать в своё оправдание.

Видимо нет, потому что он молчит.

И Леон опять берёт слово.

— Так же прошу суд ознакомиться с предоставленными мною данными, в которых приведены неопровержимые доказательства того, что шестнадцать лет назад Айдар Шакуров уже убил свою истинную пару. И чтобы трагедия не имела повторения, обвинение требует лишить подсудимого его зверя