сто пятьдесят тысяч в качестве извинений. Плюс ещё пятьсот на капоте. Всего шесть с половиной сотен. В общем, приношу свои извинения… за все, короче. — Он помолчал, перекатываясь с пятки на носок, и спросил: — Сработаемся теперь? С тебя шняга всякая, с меня сбыт.

Он протянул руку, и я, подумав, пожал ее. Это удобно. Лишние ингредиенты я смогу сбывать через Григория и получать за это деньги. Теряя на посредничестве водителя, буду брать объемами.

Но во всем этом была и еще одна интересная новость. В этом мире существует черный рынок алхимического сырья. Если им торгуют, значит, кто-то его покупает. Кто, если не алхимики? С одной стороны, это хорошо, с другой — надо быть осторожным в высказываниях и действиях. Вряд ли местные алхимики будут рады конкуренту, зелья которого куда сильнее их.

Но об этом я подумаю потом.

— Признавайся, Григорий, — сказал, собирая свертки с деньгами; карманы распухли от них, — там, куда продал, можно ведь и купить что-то, верно?

— Хех, ну поехали, покажу одно местечко, — улыбнулся водитель, сверкнув золотым зубом. — Но предупрежу сразу: без меня туда не суйся. Чужих там не любят. И деньги в машине припрячь… Бери только ту сумму, которую планируешь потратить.

— А ты держи рот на замке, что мы вместе работаем, — посоветовал в ответ, садясь в машину.

— Базар-вокзал, фраер!

* * *

Григорий остановил машину возле приземистого серого здания в один этаж. Оно стояло за небольшим подлеском из берез, высаженных между дорогой и домами. В подлеске пряталась парковка на дюжину автомобилей, на которой Пантелеев заглушил свой внедорожник. Справа, так же пряча фасад, но уже за голубыми елями, стояло офисное здание энергетической компании. Слева — не слишком новый жилой дом. Помимо нашей машины, на парковке располагались еще несколько автомобилей. Весьма простые на вид, не шедшие ни в какое сравнение с рабочим внедорожником компании или седаном барона Листницкого.

Ширма и не более. На меня она не сработала. Но то я, человек с опытом в триста лет. И не такое повидал.

— Нам сюда? — для проформы спросил Григория, кивнув на вывеску «Автозапчасти». Свет в окнах не горел.

— Ага. На вывеску не смотри, она для отвода глаз.

— Да это и так понятно…

Поднялись на крыльцо по обшарпанным ступенькам, и Григорий условным стуком постучал в металлическую дверь.

— Чего надо? — спросил обладатель злых глаз в открывшейся прорези.

— Это Пантелей, — ответил мой провожатый. — За покупками мы.

— Тебя знаю, а этого — нет. Валите отсюда.

— Да он ровный фраер! — успел крикнуть Григорий, но прорезь с лязгом закрылась. — При лавэ… Черт.

Глупо было ожидать, что нас просто возьмут и пустят отовариться на черном рынке алхимических товаров. Не знаю, на что рассчитывал Григорий, когда повез меня сюда. Хотелось бы посмотреть, что есть в этой таинственной лавке. Поэтому попасть внутрь я все же должен.

— Эй! — уже сам настойчиво постучал в дверь кулаком.

Задвижка снова отошла в сторону, колючий взгляд вперился в меня.

— Я же сказал…

Но я перебил, грубо приложив поперек смотровой щели пачку купюр:

— Что мне надо сделать, чтобы потратить деньги в этой дыре?

— Ой зря…

Щель закрылась, на той стороне начали лязгать многочисленные засовы и замки. Когда дверь распахнулась, из помещения хлынул поток тусклого света, а вместе с ним показались сразу три шкафоподобных молодчика.

Один — тот, что повыше, в белой футболке с черным черепом, — вышел на крыльцо.

— И что помешает нам просто забрать твои деньги, заморыш? — спросил он тем же голосом, который мы слышали из-за двери.

На крыльце зажегся свет, и под футболкой парня проступила рукоять пистолета.

Двое других выглядели под стать первому. Высокие, мускулистые и бритые налысо. У левого белел уродливый шрам на щеке, он поигрывал дубинкой в руках и был одет в джинсы и черную футболку. Второй, что справа и явно моложе, жевал жвачку и разминал пальцы, вдетые в кастеты. Оба стояли за спиной говорившего.

Не люблю, когда мне угрожают. А парень явно угрожал, специально встав так, чтобы я видел оружие. Как будто меня можно этим напугать.

— Здравый смысл, — ответил на его вопрос и пояснил, видя непонимание в глазах. Говорил медленно, чтобы он точно понял. — Знакомые слова? Я пришел сюда, чтобы потратить деньги. ДЕ-НЬ-ГИ.

— Лавэ, говорит, — подсказал Григорий.

— Я знаю, что такое «деньги»! — огрызнулся привратник.

— Уже успех! — хлопнул я в ладоши, отчего парень вздрогнул и нехорошо прищурился. Пусть нервничает — это не моя проблема, пока он оружие не достал. — Так вот. Деньги я потрачу и приду снова. Для вашего местечка это означает доход. Боишься, что купюры меченые? Так проверь. Или в вашей лавчонке даже этого не умеют?

Я выжидающе смотрел на него. Парень явно злился, но не я первый начал строить из себя самого важного вахтера. Кому-то необходимо было напомнить, что он просто… Как бы сказал Григорий? Кажется, шестерка. Шестерка, которая на воротах стоит.

Скрипя зубами, парень будто из воздуха вытащил серую перчатку. Она напоминала кольчужную, только с очень мелкими звеньями. Буквально в пару миллиметров.

— Протяни деньги, — сказал он.

Я протянул пачку, позволяя ему утолить свою подозрительность. Он провел рукой в перчатке по верхней купюре, большим пальцем отогнул уголок и прошелестел остальными оранжевым бумажками. Перчатка слегка переливалась волнами серебристого света и больше ничего.

— Чисто. Шрам, проверь его на прослушку.

Громила со шрамом на лице подошел ко мне. В руке у него уже был серый камень, который едва слышно вибрировал.

— Чаевые вам тут, наверно, редко оставляют? — спросил я.

В ответ мне неразборчиво промычали.

Парень с камнем поводил им вокруг меня и подтвердил, что я чист. Этот артефакт, видимо, должен реагировать на электронику или следящие артефакты. Несессер я благоразумно оставил в машине. Неизвестно, сработал бы артефакт на собранные сегодня образцы или нет.

Вообще, я решил, что буду отыгрывать роль парня, которому просто деньги жгут ляжку.

У этих ребят только на входе целых два артефакта. Так что парни явно серьезные, и чем меньше они будут обо мне знать, тем лучше.

— Ладно, проходите, — вынес вердикт парень в белой футболке. Перчатка и камень исчезли так же, как и появились. Словно их и не было. — Пантелей, знаешь, куда идти. И не шастайте лишнего, а то Барон с тебя шкуру спустит.

— Что за Барон? — спросил я шепотом, когда мы оказались внутри.

Небольшой холл, зеленые облупившиеся стены, справа каморка охранников или, как я по привычке их называл, привратников. Двери — врата, ну и понятно дальше. Слева маленький