я полагаю, что тебе нужно искать другую работу, — аккуратно сказала я.

К моему искреннему удивлению, нянька восприняла эти слова совершенно спокойно, даже, кажется, с облегчением.

— Анна Васильевна, честно вам скажу, я много раз об этом думала! Станислава — она очень хорошая девочка, добрая, умная, веселая. Но она совсем меня не слушается! Меня уже звали нянькой в дом Лукиных, у них недавно родились двойнята. Но я пока не дала ответа, мне очень неловко от вас уходить. Да и к Стасе я крепко привыкла.

Я пристально поглядела в смущенное лицо девушки и вдруг явственно вспомнила то, что никак помнить не могла: как Татьяна ловко и весело успокаивала плачущего младенца, как качала его на руках, как терпеливо учила держать ложку. Она ведь и вправду отличная нянька… но Стасе не нужна больше нянька, ей нужен наставник!

— Вы дадите мне рекомендации? Когда можно собирать вещи?

— Думаю, что могу отпустить тебя хоть завтра. И письмо рекомендательное, конечно же, напишу.

Аннет! Аннет! Я не знаю, как писать такие письма! Ты должна мне помочь!

Но хозяйка здешнего дома вновь молчала. А что, если… она совсем исчезла? Может быть, я ее окончательно «выдавила»? Или испытательный период с подсказками закончился?

Получается, что дальше мне нужно все делать самой?

Впервые за все время, проведенное здесь, мне стало по-настоящему страшно. И тело мое, и дети мои, и Илья тоже мой, хоть и немного другой — и подруги все мои. Но жизнь, жизнь-то чужая! А моя жизнь — где-то там осталась. И если тут у Кристины и Станиславы есть и мать, и отец, то в моем мире я, возможно, того… скопытилась. И это мне совершенно не нравится. Конечно, отец позаботится о девочках. Но этого недостаточно!

Мне вдруг стало ужасно жаль себя прежнюю. Да что же это, я только-только жить нормально начала! Я ведь была так счастлива! Занималась любимым делом, начала зарабатывать в кои-то веки. Криска в художественном, Стаська в спорте, родители на пенсию вышли… Почему все так глупо вышло? Как они там без меня?

Слезы хлынули из глаз. Я поднялась на второй этаж в спальню, упала на кровать и заплакала. Пока рядом была Аннет, мне казалось, что все это — лишь забавная игра. Я должна решить ее проблемы, а потом, конечно же, смогу вернуться домой, к настоящей жизни. К интернету, собственному автомобилю, нормальному водопроводу. И пусть я там не так уж и молода, да еще и не слишком красива (и не совсем здорова, если честно), но это была моя жизнь! Та, в которой я наконец-то знала, чем хочу заниматься, когда вырасту.

«Ой как ты меня бесишь! — раздался вдруг в голове знакомый голос. — Ладно, продиктую я тебе это письмо, только не ной! Неужели я — такая же страдалица?»

«Аннет! Ты где была?»

«Не знаю, тут. Но ты и сама справляешься, я просто наблюдаю. Как тень.»

«А это вообще нормально?»

«Откуда мне знать? Меня все устраивает, мешать тебе не буду.»

Я скрипнула зубами. Какая я все-таки бываю противная! Так бы и высказала самой себе, что так делать нельзя, что нужно быть ответственнее, тем более когда на кону жизнь и судьба дочерей!

«Истеричка! — вынесла вердикт Аннет. — Уж кому-кому, а тебе я могу доверить девочек без колебаний!»

«А Илью? — вкрадчиво спросила я. — Что, если я его вздумаю соблазнить? Как ты, согласна быть наблюдателем?»

«Соблазнить? Его? Между нами все кончено. Ты же знаешь, что он упрям. Думаешь, я не пыталась его вернуть? Попробуй, конечно… но лучше найди ему новую жену. Думаю, всем будет от этого лучше.»

«Кроме тебя?»

Аннет промолчала, но я и так прекрасно все знала. Двадцать лет брака бесследно не проходят. Мы были близки. Мы спали в одной постели. Мы выплатили ипотеку, а это немалого стоит! Мы построили дом, родили двух дочерей, завели собаку. И даже после развода Илья оставался частью моей жизни.

Если бы он женился, смогла бы я его отпустить? Тогда я считала, что да. Сейчас уже сомневалась.

В дверь спальни постучали.

— АнВасильна?

— Да, Ксана?

— Там младшая барышня…

— Что она опять натворила?

— От ужина отказалась, капризничает. И, кажется, горячая.

Так. Этого я и боялась. Падение в пруд все же не прошло бесследно.

Глава 14

Приоритеты

Ничего страшного, все дети болеют! Я — опытная мать, я знакома с ветрянкой, гриппом, бронхитом и даже переломами. Станислава всегда отличалась железным здоровьем. У нее даже насморк больше трех дней не держался. Поэтому я не слишком встревожилась. Скорее всего, это обычная простуда.

Интересно, антибиотики уже изобрели?

Я отправилась в детскую и убедилась: дочь выглядит не так уж и плохо. Румяная и спокойная. Жар? Да, есть небольшой. На ощупь и не поймешь, какая температура, но не сказать, что девочка прямо пылает. Просто вяленькая немного, грустная, тихая.

— Давай-ка в постель, моя дорогая, — предложила я. — И молока с медом на ночь.

Станислава печально вздохнула. Я же, подумав, велела Ксане:

— Стася будет сегодня спать со мной. Кровать в верхней спальне большая, места хватит. И мне так спокойнее, и ей.

— Вот это правильно, — одобрила горничная. — Детки рядом с мамами выздоравливают быстрее.

— А детскую нужно будет как следует проветрить, полы помыть, ковер почистить, белье постельное прокипятить.

— Все сделаю, АнВасильна.

— Стася, пошли.

Дочь послушно поднялась наверх, в мою большую спальню. Улеглась в постель, раскинула руки и ноги. Я прилегла рядом и еще раз потрогала ее упрямый лоб. Да, все-таки горячая.

Стася всегда болела одинаково. Сначала температура, потом, на следующий день, насморк. На вторую ночь — кашель. Сильный, пугающий. И уже через день все симптомы резко исчезали. Я даже ее не лечила, только своевременно проветривала, заваривала чай с медом и лимоном, да каждый день меняла постельное белье.

Конечно же, и в этот раз все будет хорошо.

Ночь прошла почти спокойно. К утру у Станиславы потекло из носа, она проснулась, расчихалась, а потом заплакала. Я поднялась вместе с ней, разбудила Ксану и попросила горячего чаю. Нашла в детской книгу со сказками и читала дочери. Она внимательно слушала, а потом задремала. Лоб был прохладным и влажным.

Вот и славно.

Оставшуюся половину дня дочь дремала. Кашляла, просыпалась, не открывая глаз, требовала моего внимания. На руках вновь успокаивалась. Я не роптала: дело совершенно привычное. Завтра ей уже станет намного лучше.

И ничего страшного, что поездку пришлось отложить.

На третий день Стася проснулась веселая и