— Да, маленькая лань?

— Пожалуйста, не оставляй меня здесь в таком состоянии.

— Ты действительно умеешь выбирать битвы, — говорит Кейден, и по его голосу понятно, что он немного впечатлен. — Когда нужно настоять на своем, потому что у тебя есть шанс победить. И когда следует молить о пощаде, а не изрыгать бесполезные фразы перед лицом неминуемого поражения. — Он цокает языком. — Если бы только остальные члены твоей семьи обладали таким же интеллектом.

Поскольку я не уверена, как на это реагировать, я ничего не говорю.

— Как насчет этого? — Продолжает Кейден. — Поскольку ты так хорошо справилась с моим последним заданием, я дам тебе еще одно. Если ты сможешь добраться до двери, я тебя развяжу.

Я бросаю взгляд на дверь. Учитывая, что я связана, расстояние кажется невероятно огромным.

— Договорились, — говорю я, потому что знаю, что ничего другого этот властный ублюдок мне не предложит.

С его губ срывается холодный и самодовольный смешок, который трудно назвать настоящим смехом.

Я просто стискиваю зубы и пытаюсь ползти по полу.

При первом же движении по моим венам пробегает молния.

Судорожно вздохнув, я подавляю дрожь удовольствия, в то время как мой разум отчаянно пытается понять, что, черт возьми, произошло.

Я снова ползу.

Еще одна волна удовольствия пробегает по моему телу.

Мои глаза расширяются, потому что я вдруг понимаю, чем это вызвано.

На веревке, которую Кейден обмотал вокруг моей талии и протянул между ног, а затем привязал к запястьям, был один узел. Всего один. И к тому же, она никоим образом не сковывала меня. Я подумала, что это странно, но не стала расспрашивать об этом. Теперь я понимаю, почему он это сделал.

Что за безжалостный, мать его, ублюдок.

Каждый раз, когда я двигаю руками, — а мне приходится это делать, чтобы ползти вперед, — я натягиваю веревку между ног. И этот чертов узел каждый раз трется о мой клитор. Поскольку на мне юбка, единственная ткань между узлом и моей киской — это тонкое нижнее белье. С таким же успехом я могла бы быть голой.

— Проблемы? — Дразнит Кейден, в его голосе слышится самодовольное веселье.

— Нет, — рычу я в ответ.

Он лишь снова самодовольно усмехается.

Я снова начинаю двигаться вперед.

Веревка трется о мой клитор, посылая электрические разряды по венам. Я стискиваю зубы и пытаюсь не обращать на это внимания.

Удовольствие пронзает меня, когда я продвигаюсь вперед. Кейден идет за мной. Я чувствую, как он скользит взглядом по моему телу, наблюдая за моей реакцией, что не очень-то помогает мне сохранять хладнокровие.

Этот чертов узел снова трется о мой клитор, и мне приходится прикусить язык, чтобы стон не сорвался с моих губ. Я продвигаюсь еще вперед.

Смущение и сдерживаемая потребность бурлят во мне, отчего мои щеки пылают.

Я наклоняюсь вперед, а затем мне приходится закрыть глаза и медленно дышать через нос, когда очередная волна удовольствия накрывает меня с головой.

— Сдаешься? — Насмехается Кейден.

— Нет, — огрызаюсь я.

Собравшись с духом, я снова двигаюсь вперед.

Но с каждым мучительным дюймом, который я делаю вперед, это пульсирующее напряжение внутри меня становится все сильнее и сильнее.

Сдерживая очередной стон, я ползу вперед и смотрю в сторону двери. Я преодолела только половину пути. Черт возьми. Как мне доползти до конца и не... не кончить.

При одной только мысли об этом мои щеки пылают жаром. Я не могу испытать оргазм. Только не здесь. Кейден никогда не позволит мне забыть об этом.

— В следующий раз, когда ты остановишься, я расценю это как то, что ты сдаешься, — сообщает мне Кейден. — Так что, если ты не хочешь провести ночь связанной в этой комнате, продолжай двигаться к двери, пока не доберешься до нее.

Я пытаюсь впиться в него взглядом, но, поскольку мне видна только половина его ног, это не срабатывает.

Сделав глубокий вдох, я снова начинаю двигаться.

Мой клитор пульсирует каждый раз, когда узел трется о него, и без этих небольших перерывов, напряжение, нарастающее внутри меня, достигает невыносимого уровня.

Жалобный стон срывается с моих губ.

Делая судорожные вдохи, я отчаянно пытаюсь сдержать оргазм, пока ползу к двери.

Удовольствие пронзает меня с каждым движением моих запястий.

Я стискиваю зубы.

Мой клитор пульсирует.

Напряжение пульсирует внутри меня подобно шторму.

Я снова ползу вперед.

Освобождение пронизывает меня насквозь.

Оргазм, который я так отчаянно пыталась сдержать, разливается по моему телу, как бушующий поток. Я задыхаюсь, когда наслаждение захлестывает меня с такой силой, что все мое тело содрогается на полу.

Кейден тут же садится передо мной на корточки. Я отворачиваюсь, пытаясь спрятать лицо. Но он хватает меня за подбородок и безжалостно запрокидывает мою голову назад, чтобы я смотрела прямо на него.

Стоны и всхлипы срываются с моих губ, когда я кончаю так сильно, что мои трусики намокают. Нависая надо мной, Кейден изучает каждый дюйм моего лица, как будто это самая захватывающая вещь, которую он когда-либо видел.

Удовольствие продолжает струиться по моим венам еще несколько секунд.

Потом оно угасает, и я, мокрая, смущенная и связанная лежу на полу, пока рука моего врага сжимает мою челюсть, а его напряженные темные глаза сверлят мои.

Моя грудь тяжело вздымается.

Я прерывисто вздыхаю и бросаю взгляд на дверь. У меня ничего не вышло. А ведь Кейден сказал мне, что если я перестану двигаться...

О Боже. Он собирается оставить меня здесь. Связанную и залитую моими собственными соками. Если кто-то еще, особенно один из моих братьев или кузенов, найдет меня в таком виде, я найду ближайший пистолет и выстрелю себе в голову, чтобы мне не пришлось переживать этот позор.

Присев передо мной, Кейден все еще изучает меня с тем же изумленным выражением в глазах. Меня пронзает удивление. Я снова пытаюсь опустить голову, чтобы он не видел моего лица и раскрасневшихся щек, но его рука, обхватившая мою челюсть, крепко удерживает меня на месте.

— Ты не добралась до двери, — говорит он, и его голос звучит странно хрипло.

Меня охватывает ужас, потому что это конец. Сейчас он встанет и выйдет за дверь, оставив меня здесь.

— Пожалуйста, — умоляю я. Потому что, несмотря на всю его власть надо мной в данный момент, я могу только умолять.

Его взгляд скользит по моему телу, а затем снова возвращается к моему лицу.

— Но я думаю, что ты, возможно, все равно заслужила свою свободу.

Во мне вспыхивает надежда.

Кейден отпускает мою челюсть