Я судорожно сглотнула. Одно дело — романтичные поцелуи и разговоры о доверии, и совсем другое — реальная брачная ночь. А что, если в Штормфорде как-то по-другому «это» делают? А не покажусь ли я распутной? Тысячи «А» и «если» закрутились в голове вихрем. Штирлиц во мне был готов проколоться на истории с попаданством, но… не на супружеском долге!

Я скосила глаза на Арчибальда. Он смотрел на штормовое море, суровый, красивый, с профилем, высеченным из камня.

«Ну же, Софи, спроси его! — подбадривал меня внутренний голос. — Ты же взрослая женщина! Просто открой рот и скажи: „Слушай, Арчи, а как будет проходить брачная ночь?“».

Я открыла рот. Вдохнула ледяной воздух.

— А… Арчибальд, — пискнула я.

— Да? — он повернул ко мне голову, и его серые глаза посмотрели на меня с такой искренней готовностью ответить на любой вопрос, что вся моя решимость лопнула, как мыльный пузырь.

— А…, а дрова в поместье на зиму завезли? — ляпнула я первое, что пришло в голову, мысленно отвесив себе звонкую оплеуху.

Трусиха! Какая же ты трусиха, Софи!

Лорд удивленно моргнул, явно ожидая другого вопроса, но затем серьезно кивнул:

— Завезли. Роксана об этом позаботилась. Не волнуйся, замерзнуть я тебе не дам.

В его словах не было никакого скрытого подтекста, но мои щеки все равно предательски вспыхнули.

— Вот и отлично, — пробормотала я, кутаясь в шаль по самый нос. — Дрова — это хорошо, очень хорошо…

С моря донесся протяжный гул ветра. Я смотрела на пустой порт, на далекие крестьянские дома и замерзшую реку. Город, который еще недавно казался мне чужим и опасным, теперь лежал передо мной как огромный, сложный механизм. И ключи от этого механизма через три дня должны были оказаться в моих руках. А еще через четыре — я останусь тут без Арчибальда, который сможет исправить мои косяки. А что? К хорошему быстро привыкаешь…

Я уже говорила «зашибись»?..

Главы 17. О том, что брачные клятвы можно прописывать мелким шрифтом

Последние два дня можно было описать одним словом — дурдом!

Если бы мне сказали, что я буду планировать свадьбу, учиться управлять целым городом, готовить банкет на весь город и попутно стараться не сдохнуть от нервного напряжения в течение трех дней и даже выйду из этой схватки живой в тот день, когда я попала в Штормфорд — я бы построила плот и свалила бы в закат! Вот вплавь, держа юбку как парус и руками пытаясь грести!

Еще добавим к этому муки совести и панику насчет моей лжи Лорду-Протектору про Адлер и получим четкое предписание для посещения комнаты с мягкими стенами.

Я проснулась задолго до рассвета от того, что мне катастрофически не хватало воздуха. Липкий холодный пот пропитал тонкую ночную рубашку, а сердце колотилось где-то в горле, отбивая бешеный ритм. Я лежала в своей постели на втором этаже трактира, пялилась в темный потолок, слушая завывания морского ветра за окном, и почувствовала, как желудок скручивается в тугой, болезненный узел.

Предсвадебный мандраж? Если бы. Животный, первобытный ужас.

Сегодня я выхожу замуж. В Гроте Истины. В проклятом месте, которое буквально выжигает ложь.

«Магия карает за ложь, Софи», — голос Арчибальда эхом раздавался в моей больной голове. Он был так уверен в нашей честности и даже не подозревал, что его будущая жена несет к алтарю тайну, масштабов которой хватило бы на десяток костров инквизиции.

Я не София Марлоу. Я — самозванка из другого мира, случайно или по чьему-то замыслу поразительно похожая на внучку Руперта. А если верить прозрачным намекам Ириса, именно мое появление могло спровоцировать пробуждение Народа Льда. И с этим багажом я должна подойти к древнему алтарю, который реагирует на малейшую фальшь? Может, лучше еще раз нырнуть туда прямо в свадебном платье и не выныривать?..

От мысли, что черная вода Грота распознает обман и превратит меня в горстку пепла прямо на глазах у жениха, меня затрясло. Вчера, не выдержав напряжения, я попыталась найти хоть какую-то лазейку и зажала в углу Ириса — благо, именно он, а не местные религиозные адепты, должен был проводить церемонию по решению лорда. В голове снова зазвучал наш разговор:

— Ирис, — начала я тогда, приперев мага к горячей печке на кухне. — А если невеста… ну, чисто технически скрывает одну деталь своей биографии? Очень большую деталь. Скажем так, из прошлой жизни? Грот сильно разозлится?

— Софи, во имя всех Богов, замолчи! У меня под домом лежит артефакт, из-за которого нас могут повесить на площади, в управе сидит Маркус, жаждущий моей крови, а мне сегодня вас венчать! Если ты втайне пиратская баронесса, незаконнорожденная дочь Короля или, упаси Эл, сама разбудила ледяных тварей — я не желаю этого знать! Моя нервная система не казенная, а магия Грота бьет только по фактам, произнесенным вслух! Не скажешь — не сгоришь!

Я прокручивала наш разговор почти всю ночь, даже думала рвануть к лорду и все рассказать, но так и не собралась с силами. Я не хотела ему врать, но признаться в таком в ночь перед свадьбой… Я не была уверена, что он примет это. И так вся моя легенда про Адлер была шита белыми нитками, он точно догадывался что я как минимум не договариваю…

«Не скажешь — не сгоришь». Легко сказать!

Я с головой накрылась одеялом, стараясь выровнять дыхание. Вдох-выдох. Я — хороший менеджер. Я спасала кофейни от налоговых проверок, выкручивалась из кабальных договоров аренды, находила замену прогульщикам и всегда знала, как правильно поступить. Проблему нужно решать на уровне составления контракта!

Грот реагирует на ложь? Значит, нельзя лгать. Нужно просто… переформулировать клятву. Обойти магическую систему. Не говорить классическое: «Я, София Марлоу, внучка Руперта…». Сказать правду, но так, чтобы никто не понял подвоха, кроме меня самой и местной магии.

От формулировок у меня уже дымился мозг, когда за дверью послышались торопливые шаги. Дверь распахнулась, впуская в комнату облако пара и суету.

— Просыпаться, леди Орникс! — звонко скомандовала Айла, внося таз с горячей водой.

Следом за ней, бережно неся на вытянутых руках нечто потрясающее в чехле, вплыла Лира. За ней в комнату забежал Энзо, поставив на тумбочку кружку с кофе и быстро скрылся.

Началось. Паника была безжалостно задвинута в дальний угол сознания — времени на нее больше не осталось.