участников налёта, объявлены нарушившими Небесный Порядок. Их клятвы Астархату расторгнуты. Право на защиту престола с них снято. Храмовый город признаёт, что в провинциях Северных Пределов светская власть Астархата не выполнила свою обязанность по охране границы, жизни людей и закона.

В комнате стало тише, но никто не перебил.

Астарх положил на стол кожаную папку с белой печатью.

— Я предлагаю договор. Три северные провинции временно выводятся из светского управления Таваланского Астархата и передаются Шардалу для восстановления порядка, розыска пленных, суда над виновными, охраны границы и управления дорогами, налогами, оружием и гарнизонами. Северные гарнизоны получают приказ не сопротивляться шардальским частям и начнут выводится в Центральные и Южные Пределы. Пограничные посты снимаются с ручным оружием, но оставляя документы. Все сведения о пленных, телах убитых и путях отхода преступников передаются вашей Канцелярии.

Министр иностранных дел Шардала чуть поднял голову, но Логрис сделал едва заметный жест, и тот промолчал.

— Вы решили сами отдать три провинции, — сказал король.

— Я отсекаю поражённую часть, чтобы вы не пошли глубже. Не буду украшать это красивыми словами. Вы могли взять их войной. Я предлагаю вам взять их договором.

Ирталь, стоявший у карты, посмотрел на Логриса, но снова не вмешался.

Логрис открыл папку, бегло просмотрел первый лист, затем передал его Талису. Тот читал уже внимательнее, сразу отмечая карандашом несколько мест на полях.

— Что будем делать с храмами? — спросил Логрис.

— Таваланская церковь сохраняет право патриархата в этих провинциях. Храмы естественно не закрываются, паломники допускаются через новую границу, жрецы, не причастные к укрывательству преступников, остаются на местах. Но храмовое право не защищает убийц, похитителей, работорговцев, бандитов, торговцев оружием и тех, кто выступит против новой администрации. В этих вопросах действует ваш суд.

Корвос негромко сказал:

— Настоятель Каруша?

— Лишён сана до решения дознания. Если ваши люди найдут там пленных или тела, он ваш. Если понадобится жреческое подтверждение для местных, я дам его письменно и лично.

Логрис внимательно посмотрел на Астарха.

— Вы понимаете, что после подписания северные кланы назовут вас предателем?

— Уже называют. Но это дешевле, чем потерять ещё восемь провинций и Храмовый город. К тому же люди, режущие людей и прячущие пленных за храмовыми воротами, плохо подходят на роль судей моей верности Небесному Порядку.

Талис закончил читать первый лист.

— Ваша милость, основа приемлема. Нужно уточнить срок работы переходной администрации, порядок допуска жрецов и юрисдикцию по старым преступлениям.

Астарх кивнул.

— Архивы северных провинций ваши. Но прошу отдельно прописать неприкосновенность внутренних богословских книг, не связанных с судом, налогами, землёй, оружием, рабством, пленными и клановыми договорами.

Талис посмотрел на Логриса, и тот кивнул.

— Всё что захотите — вывезете или будет признано собственностью храма, а по нашим законам это не подлежит даже аресту или конфискации.

Министр иностранных дел поднял голову.

— Что насчёт компенсаций семьям погибших?

— Выплатим через вашу Корону, — ответил Астарх. — Сумму сделаем вдвое выше той, что указана в вашей предварительной ноте. Не как покупка молчания, а как признание ответственности за границу, с которой пришли убийцы.

— Пленные?

— Двое уже найдены живыми. Их передадут вашим пограничникам до рассвета. Остальных ищут. После подписания договора я прикажу северным храмам и кланам выдавать людей напрямую вашим представителям. Кто не выдаст, будет считаться не таваланским подданным, а мятежником против моего постановления и преступником против вашей администрации.

Логрис отошёл к карте и некоторое время смотрел на северные провинции. Потом взял карандаш и провёл короткую линию у перевала Сахарная Голова, отмечая новую границу.

— Шардал принимает передачу трёх провинций в светское управление. Переходная администрация вводится немедленно после подписания. Ваши жрецы сохраняют монополию на таваланский обряд, но все храмы регистрируются в нашем Министерстве Веры, все храмовые стражи разоружаются или переходят в статус охраны культовых объектов под нашим надзором. Паломничество без ограничений. Проповеди против новой власти будут считаться подстрекательством.

Астарх чуть склонил голову.

— Это законное требование.

— Северные кланы, сдавшие преступников, сохранят имущество и часть местного самоуправления. Которые не сдадут — будут зачищены. Без переговоров с каждым ущельем.

— Я издам соответствующее постановление.

— Каруш будет проверен первым.

— Я это понимаю.

Логрис повернулся к Талису.

— Подготовить договор. Короткий. Отдельные приложения: граница, переходная администрация, храмовые служения, пленные и тела убитых, компенсации, архивы, кланы. Генштабу — принять новые вводные по задачам. Готовность ноль. Корвос, ваши группы начинают работу сразу после обмена печатями.

— Будет исполнено, ваша милость, — сказал Корвос.

Астарх посмотрел на него.

— Я прошу, чтобы при входе в северные храмы ваши люди действовали без демонстративного оскорбления обряда.

Корвос ответил ровно:

— Если в храме не держат пленных, не прячут убийц и не стреляют из окон, у моих людей не будет причин оскорблять обряд.

— Это достаточно ясно.

В комнату вошли писцы Канцелярии с чернильницами, печатями и чистыми листами плотной бумаги. За ними появились два военных юриста и пожилой переводчик таваланского права, которого, судя по виду, тоже не будили, а просто отвели от соседнего стола.

Астарх отметил это молча.

Шардал действительно готовился к войне. Но и к договору тоже оказался готов.

Логрис снова сел за стол.

— До рассвета сделаем и подпишем основу, к полудню все приложения. Ваш летающий храм останется на дворцовом поле как ваша резиденция, если не возражаете. Это избавит нас от лишнего движения свиты по городу и даст вашим людям возможность передавать распоряжения напрямую.

— Не