Глава 13

Проснулся я чуть позднее обычного. Сон был крепкий и без сновидений — организм наконец-то отдохнул после всех потрясений последних дней. За окном щебетали птицы, а прохладный воздух нёс запах осенней листвы.

Время собираться.

Я поднялся с кровати и окинул взглядом избу. А ведь она стала настоящим домом — не просто пристанищем, а местом, где чувствовал себя хозяином. Сейчас предстояло оставить всё это и отправиться в неизвестность.

Впрочем, вызов барона меня не пугал. Наоборот — это была возможность, которую я не собирался упускать.

Я достал рюкзак и принялся методично укладывать самое важное.

Первым делом аккуратно завернул в плотную ткань коллекцию своих трав, собранных в опасной зоне. Корень ледяного дыхания — восемь отличных клубней, назначение которых ещё предстояло выяснить. Учитывая, как юлил Ганус, особо доверять ему не собирался. Узнаю в городе, Тимофей подскажет куда обратиться.

Дикий клыкокорень, Искровый мох, морозная мята — всё с собой.

Затем очередь дошла до рога козла. Алхимик Ганус оценивал его довольно низко, но на всякий случай возьму с собой.

И наконец — кристалл порченого сердца. Эрика экспериментировала с тем больным медведем, превращая его в монстра. Возможно, в городе найдутся алхимики или учёные, которые помогут разобраться в её методах. Приблизиться к знаниям о том, как Раскол меняет живую плоть. Понять тайны друидов? Или хотя бы возможностей Эрики.

Слабо верилось Ганусу. Неужели такую редкую вещь можно использовать только одним способом? Система ведь специально подчеркнула важность. А что, если его можно применить на себе? Кристалл порченого сердца… Даже звучит зловеще. Но если Друиды используют подобные вещи для усиления, например, то может и я могу?

Я осторожно обернул кристалл в несколько слоёв мягкой кожи и уложил в специальный отсек рюкзака.

Пока укладывал припасы, мысли работали на полных оборотах. Столица — это совершенно новые возможности. Драконий Камень — не просто административный центр барона, это крупнейший торговый узел региона, если верить Тимофею. Там есть гильдии алхимиков и Звероловов, библиотеки, Мастера высочайшего уровня, торговцы со всего королевства.

И что самое важное — там есть информация.

Возможно, я больше смогу узнать о том, как работает порченая магия. О том, какие ещё враги могут скрываться в глубинах опасных зон. В деревне таких знаний не найти, а вот в столице — вполне возможно. Ведь в этих гильдиях Звероловов есть какой-то плюс?

Я продолжал собирать рюкзак, тщательно распределяя вес. Нож отца — на поясе, он всегда должен быть под рукой. Приличный для меня запас монет — в потайном кармане.

Проверил всё дважды и закрыл рюкзак.

Теперь нужно было разобраться с питомцами.

Я вышел во двор и окинул взглядом свои владения. Тренировочный полигон, склад — всё это останется. Но обязательно вернусь. Эта земля теперь моя, и я намерен превратить её в настоящую базу для серьёзных операций.

Солнце прогревало воздух до приятной теплоты. Река текла неспешно, её чистая вода манила прохладой. Я сбросил одежду и с разбегу плюхнулся в воду.

Класс!

Афина сидела на берегу и смотрела на меня с тем особым выражением, которое у кошек означает: «Хозяин окончательно сошёл с ума».

— Девочка, иди сюда! — позвал я, брызгаясь водой. — Хоть искупаемся, кто знает, когда ещё доведётся.

Кошка фыркнула и отвернулась, демонстрируя полное презрение к идее добровольного намокания.

— Ну же, моя броня ходячая! — Я выбрался на мелководье и подкрался к ней сзади. — Не капризничай!

Одним движением я обхватил её мощное тело руками и начал толкать к воде. Афина возмущённо заурчала, но серьёзно сопротивляться не стала — знала, что это игра.

— Раз, два… — начал я отсчёт, упираясь в её бок плечом.

— Не смей! — донеслось из её сознания.

— Три!

Я со смехом рухнул в воду вместе с ней. Афина взвыла от возмущения, но не стала сразу убегать — вместо этого с достоинством прошлась по мелководью, как бы давая понять, что купается исключительно по собственному желанию. Её мощные лапы уверенно переступали по речному дну, а ментальная связь передавала смесь возмущения и удовольствия от прохладной воды.

— Актриса, твоя очередь! — объявил я, поднимаясь на ноги.

Самка ветряной рыси лежала в тени куста и лениво наблюдала за происходящим. Услышав своё имя, она грациозно поднялась и, к моему удивлению, подошла к воде. Понюхала её, осторожно коснулась лапой поверхности, а затем элегантно вошла в реку. Рыси, в отличие от обычных кошек, плавать умели, и Актриса двигалась в воде с естественной грацией хищника.

— Вот это да, — усмехнулся, наблюдая, как она неторопливо плывёт вдоль берега. — А я думал, придётся тебя силой тащить.

— Красавчик! — переключился я на горностая. — Ты-то не откажешься?

Маленький зверёк сидел у самой воды и явно колебался. С одной стороны, вода его не пугала. С другой — поведение хозяина выглядело подозрительно.

Я аккуратно взял его в ладони и медленно опустил в воду по грудь. Красавчик недовольно пискнул, но плавать умел и даже с удовольствием поплескался в прохладной воде.

— Вот видишь, не так уж страшно, — улыбнулся я, поглаживая его мокрую шёрстку.

А вот Режиссёр демонстративно устроился в отдалении на небольшом валуне и наблюдал за нашими развлечениями с выражением глубочайшего презрения. Царственная поза, высоко поднятая голова, взгляд свысока — настоящий аристократ, которого просят участвовать в крестьянских забавах.

— Режиссёр, и ты с нами! — позвал я, выходя из воды. — Стая должна быть вместе!

Рысь даже не пошевелился. Лишь кончик хвоста слегка дёрнулся — единственный признак того, что он вообще услышал.

— Да ладно тебе, не будь таким важным, — поворчал я, приближаясь к нему. — Обычная вода, ничего особенного.

Режиссёр повернул голову и посмотрел на меня так, словно я предложил ему съесть навоз. В его глазах читалось искреннее недоумение: как вообще можно предлагать такое существу его уровня?

Ментальная связь донесла до меня смесь возмущения и непонимания. Рысь буквально не могла постичь, зачем разумное существо добровольно лезет в холодную воду, когда в этом нет никакой необходимости.

— Ладно, — махнул я рукой, — сиди на своём троне, Ваше Высочество.

Когда я выходил из воды, то заметил, что Актриса всё ещё стоит в реке. Самка рыси не плыла, не играла — просто стояла по грудь в воде и смотрела куда-то вдаль.