– Вот об этом мы Келларду не расскажем, – задумчиво сказал некромант.

Лиза кивнула, не в силах отвести взгляда от целительницы и Первого рыцаря. Донния единственная из присутствующих на площади не улыбалась, а когда жених попытался поцеловать её, увернулась и крепко сжала губы. В охваченной радостью толпе этого никто не заметил.

Глава 12

В полумраке подземелья царила гулкая тишина. Заряженные свежей порцией магии светильники, с которыми Лиза провозилась несколько часов, горели ровно и ярко, но даже они не могли до конца разогнать затаившуюся по углам темноту. Это место изо всех сил стремилось сохранить свой первоначальный мрачный облик, каким задумывали его древние строители Храма Ньир. Любой случайный гость почувствовал бы себя неуютно за массивными дверями, под нависающими над головой арками, выложенными тёмным кирпичом. Кое-где в хитросплетении коридоров можно было расслышать, как ветер завывает в вентиляции да капает вода из проржавевшей трубы в стене, собираясь в большую бочку.

Келлард улыбнулся, разглядывая отражение в слегка дрожащем зеркале, которое держала коллега, стоящая в двух шагах перед магом. В конце концов Рин фыркнула и закатила глаза:

– Долго ещё ты собираешься красоваться? У меня руки устали!

– Раз в жизни можно и покрасоваться, – ответил призыватель и, нахмурившись, провёл рукой по свежевымытым волосам. Ещё влажные тёмные пряди не желали слушаться расчёски и упрямо выбивались в разные стороны, хоть подкалывай их заколками.

До украшений дело у мага не дошло, но всё же он закрепил на запястье обсидиановый браслет и спрятал за ворот рубашки пару амулетов на тонких серебряных цепях. Ринарет вздохнула и подперла тяжёлое зеркало согнутым коленом.

– Ты знаешь, я не люблю лукавить, потому скажу прямо. Мне не нравится, что ты вырядился как все они, эти городские хлыщи и королевские прихвостни.

– Это свадьба, Рин. Неприлично явиться ко двору в штопаном рубище и сапогах, которые просят каши. А я всё же собираюсь сказать пару слов новобрачным, ведь Донния хотела, чтобы я пришёл.

Он провёл ладонями по гладко выбритым щекам и поправил лацканы строгого сюртука. Девушка не сводила с мага взгляда внимательных глаз, и, хотя время от времени она корчила рожи и высказывала вслух всё, что она думает о лощёных аристократах, беспокойство охватывало её с каждой минутой всё больше. Когда Келлард примирительно махнул рукой и поблагодарил за помощь, Ринарет устроила зеркало на его обычном месте и кинулась к другу, хватая его за плечо.

– Как ты собираешься это сделать? Неужели ты думаешь, что тебе позволят творить колдовство посреди торжественной церемонии? Там будет королевская стража, храмовники, волшебники из Гильдии Магов…

– Ты не остановишь меня, – спокойно, но твёрдо сказал призыватель, убирая её руки. – Я всё решил. Это единственный шанс.

– Они схватят тебя, бросят в темницу! – в отчаянии крикнула девушка.

– Я не собираюсь вырывать невесту из рук Первого рыцаря и насиловать её на праздничном столе, – усмехнулся Келлард. – Обещаю вести себя прилично.

– Ты просто нарываешься, по-другому это назвать никак нельзя, – простонала Рин и уткнулась лицом в грудь призывателя.

Он осторожно погладил её по ёжику волос. Пальцы мага были холодными и чуть дрожали, выдавая сдерживаемое волнение.

– Всё будет в порядке, – прошептал он. – Лабиринт забвения можно снять незаметно для того, кто зачарован, и тех, кто находится рядом. Это контрзаклятие не имеет визуальных эффектов. Она почувствует, что чары разрушаются, но в общей суматохе свадьбы никто не обратит внимания. Невесты ведь всегда трепещут перед алтарём.

– Ты жестокий эльф, – заметила Рин и покачала головой. – Сначала избавил подругу от сердечных мук, теперь хочешь снова причинить ей боль.

– Я поступил по отношению к ней бесчестно. Нарушил данное ей слово, а всё потому, что, как ты правильно сказала, был круглым идиотом. Знаешь, я всегда знал, что недостоин её, но всё-таки хочу исправить хоть что-то. Если успею.

Вместо элегантного цветка или расшитого вензелями платочка Келлард опустил в нагрудный карман сюртука маленький флакон с собственной кровью. Разумеется, призывать верных теней на самой церемонии он не собирался, но всё же маг понятия не имел, как окончится этот день. Вполне возможно, что Никс и Данэль пригодятся ему после свадьбы, или после снятия Лабиринта забвения, или… Так и не додумав шальную мысль, он в последний раз критически осмотрел себя с головы до ног и взял со стола приглашение.

Верховная жрица позаботилась о том, чтобы все приглашённые получили специальные карточки, отмеченные магическими печатями двух родов. Празднование решили организовать на одной из лужаек дворцового сада, а для того, чтобы на торжество не смогли попасть незваные гости или многочисленные попрошайки из бедных районов Фэита, маги из Гильдии зачаровали ограду и ворота вокруг места проведения свадьбы Первого рыцаря. Также, Келлард не сомневался в этом, гильдейские волшебники наверняка предусмотрели защитные заклинания, и рассчитывать на портал посреди королевского газона, конечно, не приходилось.

Он отправился во дворец пешком, крутя в руке верный посох, хотя был уверен в том, что его потребуют сдать на хранение в специально отведённое для оружия место. Впрочем, теневые маги не так нуждались в материальном оружии, они имели возможность призывать кинжалы, мечи, копья и щиты из междумирья, но Келлард чувствовал, что тяжёлое древко, увенчанное остроконечным дымчатым камнем, может внезапно пригодиться ему. К тому же с посохом он ощущал в себе силы оставаться невозмутимым, насколько это было возможно.

Возле приветливо распахнутой калитки сада образовалось маленькое столпотворение из гостей. Келлард остановился в сторонке и ждал, когда привратники проверят приглашения и запустят внутрь стайку пышно разодетых эльфиек в сопровождении их богато наряженных кавалеров. Компания возбуждённо переговаривалась и благоухала разнообразными духами и пудрами так, что у скромного призывателя едва не заложило нос. Он инстинктивно отвернулся, но тут его вдруг окликнули: одна из дам у входа оказалась давней подругой его погибшей жены Лиавен.

– Надо же, кого я вижу! – вскричала она, устремляясь к призывателю. – И ты здесь! Ещё и отворачиваешься. Не знала, что ты водишь дружбу с Первым рыцарем… ах да, вероятно, тебя позвала Верховная жрица. Кажется, ты живёшь в одном из подвалов Храма?

– Кажется, да. – Келлард сдержанно поклонился знакомой. Он помнил, что эта эльфийка отличалась взбалмошным характером и особой любовью разносить сплетни по всему Фэиту.

– Ты один? Какая жалость! – притворно скуксилась она, подхватывая мага под руку. – Должно быть, ни одна девушка не снизошла до того, чтобы лезть в грязные вонючие подземелья, куда тебя милостиво поселили. Бедняжка Лиавен, если бы не ваши некромантские авантюры, она была бы жива